Изгои
Шрифт:
– Похоже, здесь так и нет никого, – заметила графиня Эигейз с напускной веселостью в голосе. – С тех пор как выпал снег, на пирсе не было ни души.
– Такое чувство, что здесь уже много лет никого не было, – радостно согласилась Эшиала.
– Дай конфетку… – капризным голоском потребовала Майа, успевшая заметить, что графиня владеет поистине несметными запасами шоколада.
– Так говорить некрасиво. Попроси, как я тебя учила.
Эшиала считала, что в скором времени ее дочка станет такой же толстой, как и старая графиня.
– Возьми, деточка… Да, причалом, похоже, действительно не пользовались уже много лет. Думаю, Юкка покажется вам забавной. Конечно, она странная, но ничего удивительного в этом нет – сколько лет она провела в одиночестве… Конечно, после дворца здесь будет скучновато…
Последнее утверждение больше походило на вопрос.
– Кому-кому, а уж мне скучно не будет!
Мать и дочь – одни – вдали от этой придворной суеты… Эшиале казалось, что это Боги вняли ее мольбам. Если бы только не одна проблема… Вернее, две… Ей хотелось, чтобы и Шанди остался с ними.
Она искренне желала этого.
Будь они предоставлены самим себе, она смогла бы узнать своего супруга получше, научилась бы любить его, а он, возможно…
Вторая проблема в этот миг прошла мимо окна, улыбаясь во весь рот. Даже сейчас, когда Ило был небрит и носил одежды простолюдина, он не мог не привлекать к себе ее внимания.
Хорошо, если она не ответила ему улыбкой на улыбку, впрочем… Впрочем, графиня, сидевшая рядом с ней, явно что-то заметила – это было видно по выражению ее лица. Старая дама была в высшей степени проницательным человеком и к тому же хорошо знала Ило. Если ей и не была известна его репутация, догадаться о том, что у него на уме, было совсем несложно…
– Ну а нам, конечно же, поскучать придется… – задумчиво произнесла графиня.
– Лучше поскучать, чем стать рабом Зиниксо.
– Да, конечно… Кстати, мы с Ионфо останемся над своими именами – ведь Юкка нас знает. Маг изготовил дарственную на имя лорда Эшерна, стало быть, Ило станет этим самым лордом Эшерном. Осталось придумать имя для тебя…
«Госпожа Никто», – подумалось Эшиале. Конечно же, они станут настаивать на том, чтобы у нее был и некий вымышленный титул. Теперь все они видели в ней императрицу, она же считала себя все той же дочкой лавочника.
Корабль соприкоснулся с полуразрушенным причалом.
Король Краснегара перескочил через поручень и, оказавшись на берегу, набросил канат на швартовую тумбу.
– Распнекс сказал, что он пойдет на берег и разведает, что к чему, – заметила Эигейз. – Боюсь, что подняться к дому будет не так-то просто. Насколько я помню, подъем там крутой. Можно представить, сколько там снега!
Украсть чей-то дом – значит поступить очень скверно. Дочери лавочников к таким вещам не привыкли. Возможно, у аристократов другое понятие о том, что можно и чего нельзя? Да, Дом Темного Тиса формально принадлежал Шанди, ибо он был императором; но этому предшествовало гонение, устроенное его дедом клану Иллипо. Дочери лавочников так не поступают…
У нее за спиной открылась и закрылась дверь. Послышались чьи-то шаги, приглушенные истертым ковром.
– Его величество, – прошептала графиня Эигейз и взяла Майу за ручку. – Прыгай вниз, моя радость, мы пойдем поищем шоколадки.
– Они у тебя в сумке! – возразила было Майа, однако тут же передумала и решила пойти за своей новой тетушкой.
Шанди подошел к императрице. Эшиала улыбнулась, и он неловко обнял ее. Он не привык давать волю чувствам.
– Вот и все, моя дорогая. Да хранят Боги тебя и нашу дочку.
Лицо императора оставалось совершенно бесстрастным. Таким оно было всегда.
Сегодня утром она сделала ему больно. Она не хотела этого, однако часто ранила его, но никогда не делала этого специально. Все выходило словно само собой. Эшиала не находила этому объяснения. Не понимал этого и он. Ведь и он, и она желали друг другу только добра.
– Это прибежище не казалось бы нам таким унылым, если бы ты остался с нами.
– Я понимаю… Но это, к сожалению, невозможно. И ты это знаешь. Время работает против нас. Нам нужно действовать без промедления.
Она кивнула. Все правильно – сначала Империя, а уж потом императрица…
– Я понимаю…
На самом деле она ничего не понимала.
– Не знаю, сколь долгим будет наше расставание. Я полагаю, пройдет не меньше нескольких месяцев.
– Ты можешь сказать мне, куда вы направляетесь?
– Я пока этого не решил… Но даже если бы я знал… Впрочем, об этом мы еще не говорили. Сначала нужно устроить тебя. Все остальное – потом.
В любом случае он ничего бы ей не сказал – она это уже поняла. Возможно, подобная осторожность была оправданной – попади она в руки участников Сговора, и они моментально выведали бы у нее всю Правду. И все же его отказ открыть ей правду больно задел Эшиалу.
– Я понимаю…
– Чем скорее мы расстанемся, тем лучше. Враг будет охотиться за большой группой, верно? Нам нужно разделиться.
И вновь она повторила:
– Я понимаю…
– Каждый из нас должен служить Империи так, как он может. Твое служение – самое ответственное. Ты должна сохранить наш род.
Она посмотрела на их ребенка и увидела маленькую девочку, а не какой-то там род.
– Если я попаду к ним в плен, – вздохнул Шанди, – то превращусь в прислужника дварфа. Тогда я могу прислать их за тобой… Остается надеяться на то, что этого не произойдет.
Дварф мог пленить и Эшиалу. Возможно, в этом случае жизнь уже не покажется ей столь безрадостной, ведь она будет действовать, движимая чужой волей… Ее преданность Зиниксо заставит забыть обо всем – о Майе, о муже, об Империи… У нее больше не будет сомнений касательно того, правильно ли она поступает, исчезнут все ее страхи… Кукле страх неведом.
– Будем молиться об этом, – еле слышно пробормотала она.
– Конечно. Эта старая чета составит тебе прекрасную компанию. Лучшего нельзя было и желать. Распнекс обеспечил тебя деньгами. Хорошо бы имперская казна пополнялась подобным же образом. Ты можешь нанять несколько слуг и жить тихо и мирно. Гостей лучше не принимать, но зимой в этих краях никого и не сыщешь. Ило же сможет защитить тебя от любой опасности.