Шрифт:
Эрл Стенли ГАРДНЕР
ИЗЪЕДЕННАЯ МОЛЬЮ НОРКА
1
День был тяжелый и изматывающий. Перри Мейсон и его секретарша Делла Стрит закончили снятие показаний под присягой. Хитрый свидетель все время уходил от существа дела, его адвокат непрерывно выступал с возражениями по чисто техническим аспектам. Потребовалось все умение Перри Мейсона, чтобы, в конце концов, вытянуть из него важные факты.
Адвокат и его секретарша решили поужинать в ресторане Морриса Албурга. Они выбрали закрывающуюся шторкой кабинку в самом конце зала. Опустившись на мягкое сиденье, Делла Стрит, вздохнула с облегчением, посмотрела на усталое лицо Мейсона и призналась:
– Не представляю, как тебе это удается. Я чувствую себя, как выжатый лимон.
Моррис Албург сам решил принять заказ у такого известного посетителя.
– Напряженный день, мистер Мейсон?
– поинтересовался владелец ресторана.
– Даже не хочется вспоминать, - сказал Мейсон.
– В суде с утра до вечера, как я предполагаю?
Адвокат покачал головой.
– Нет, Моррис, - начала объяснять Делла Стрит и показала на свой блокнот, в котором она стенографировала ответы свидетеля.
– Снимали показания под присягой, видите, сколько страниц я исписала?
– М-да, - неопределенно ответил Албург, ничего не понимая, и обратился к посетителям: - По коктейлю?
– По двойному "Бакарди", - попросил Мейсон.
Моррис Албург передал заказ проходившей мимо официантке, а сам принялся обсуждать меню.
– Я бы предложил цыпленка или бифштекс - изумительно сегодня получились.
Владелец ресторана поднес большой и указательный пальцы к губам.
Делла Стрит рассмеялась.
– Моррис, вы пытаетесь перед нами воображать? А _э_т_о_ откуда взялось?
– Бифштексы?
– Нет, жест.
Моррис Албург улыбнулся.
– Я видел в кино, как один владелец ресторана таким образом рекомендовал что-то своим клиентам, - признался он.
– Правда, потом он принес такую дрянь... Мне стоило один раз взглянуть на мясо - и я сразу же догадался, что оно жесткое, как подошва.
– Давайте пока забудем обо всех этих жестах, - перебил Мейсон.
– Нам хотелось бы два толстых бифштекса, не сильно прожаренных, картофель по-лионски, хлебец с маслом и...
Мейсон вопросительно посмотрел на Деллу Стрит.
Она кивнула.
– ...и чесноком.
– Хорошо, - сказал Моррис Албург.
– Сейчас все будет. Для вас - самое лучшее.
– Нежные, сочные, не сильно прожаренные, - напомнил Мейсон.
– Самые лучшие!
– повторил Албург и исчез.
Зеленая штора опустилась на место.
Мейсон протянул Делле Стрит портсигар и зажег спичку. Адвокат глубоко затянулся, выпустил дым и прикрыл глаза.
– Если бы только этот старый дурак сказал правду с самого начала, вместо того, чтобы ходить вокруг да около, мы закончили бы снятие показаний за пятнадцать минут.
– Однако, тебе, в конце концов, удалось вытянуть из него правду.
– Да, но только в конце концов. Словно ртуть собирал голыми руками. Я задаю ему вопрос, а он начинает бегать кругами, вертеться, поворачивать, ускользать, отвлекать внимание, вводить в заблуждение и пытаться переменить тему.
Делла Стрит засмеялась.
– А ты знаешь, что задал один и тот же вопрос ровно двенадцать раз? спросила она.
– Я не считал, - признался Мейсон.
– Но нас спасла именно моя настойчивость. Я задаю вопрос, он начинает говорить совсем на другую тему, я жду, пока он закончит, затем снова задаю вопрос, он снова начинает говорить совсем на другую тему, а я опять жду, пока он закончит, затем снова задаю все тот же вопрос в точно таких же выражениях. Он использует новую тактику, чтобы только от меня отвязаться. Я делаю вид, что очень внимательно его слушаю и все понимаю. Он вдохновляется и выдает новый словесный поток. И, как только он замолкает, я снова задаю все тот же вопрос в точно таких же выражениях.
Адвокат усмехнулся, вспоминая.
– Ты его сломал, - сделала вывод Делла Стрит.
– А когда он сдался, ты мог делать с ним все, что угодно.
Вернулся Моррис Албург с коктейлями в больших запотевших бокалах.
Мейсон и Делла Стрит чокнулись и молча пригубили "Бакарди".
Владелец ресторана остался стоять у выхода из кабинки, наблюдая за посетителями.
– Интересно смотреть, как вы разговариваете глазами, - заметил он.
– Мистер Мейсон устает говорить вслух, Моррис, - ответила Делла Стрит несколько смутившись.
– Да, вы правы, адвокату приходится много выступать, - быстро ответил Моррис Албург, пытаясь как-то исправить допущенную оплошность - он понял, что затронул какой-то очень личный вопрос.
– Наши бифштексы жарятся?
– поинтересовался Мейсон.
Моррис кивнул.
– Хорошие?
– Самые лучшие!
– улыбнулся владелец ресторана.
Он сделал легкий поклон посетителям и вышел из кабинки. Штора упала на место.
Мейсона и Деллу Стрит никто не беспокоил, пока они не допили коктейли. Тогда снова появился Албург с подносом, на котором стояли подогретые тарелки с аппетитного вида бифштексами, картофелем, поджаренным по-лионски, и кусочками батона золотисто-коричневого цвета, только что вынутыми из тостера, намазанными маслом и посыпанными мелконарезанными дольками чеснока.
– Кофе?
– предложил Моррис Албург.
Мейсон молча поднял два пальца.
Албург кивнул, исчез и вскорости вернулся с большим кофейником, двумя чашками, сливками и сахаром.
Несколько минут он создавал видимость бурной деятельности, проверяя, наполнены ли стаканы с водой, достаточно ли масла. Казалось, что ему очень не хочется покидать клиентов. Мейсон многозначительно посмотрел на секретаршу.
– Я чего-то не понимаю, Моррис, - обратился адвокат к владельцу ресторана.
– Вы показали нам радушие, приняв заказ лично, но приносить его самому было, пожалуй, ни к чему.
– У меня проблемы, - вздохнул Моррис Албург.
– Наверное, они есть у всех. Теперь никто не желает работать. Ладно. Выкиньте из головы. Вы пришли сюда, чтобы забыть о проблемах. Приятного аппетита.
Зеленая штора еще раз опустилась на место.
Моррис Албург появился в следующий раз точно в момент, когда Мейсон отправил в рот последний кусочек бифштекса.
– О, у Морриса проблемы, шеф, - заметила Делла Стрит.
Мейсон поднял глаза от тарелки.
– Это просто сумасшествие, - сказал Албург.