Избранное
Шрифт:
– Так меня уже подковали - домой скоро. Я ненадолго, а?
Вышел. Моих не видно. Неужели успели уйти? Спустился к памятнику Достоевскому. Вокруг него ухоженная земля, растут канны, молоденькие, на развернутых листьях - радужные капли дождя. Земля слегка парит. Под кленом скамья. Сел в тени, потянулся, осторожно попробовал поглубже вдохнуть. Хорошо! Увидел на тапочке муравья. Загадал: поползет по ноге вверх - буду жить долго. Он никуда не пополз, спокойненько сидел себе. Шевельнул ногой - свалился.
Кто- то подходил ко мне. Поднял голову -Вера.
– Костя, я ищу тебя, оставила Наташку вон в той пристройке, у няни, добрая такая… Ведь не успела сказать самого главного. В Крыму нам дают квартиру - друзья партизаны постарались.
– Вот и хорошо. Наташа будет жить у моря.
– Да, еще: тебя скоро выпишут, я была у главного врача.
– Догадываюсь…
Вера села рядом.
– Костя, не обижайся, но я обязана тебя предупредить: будь осторожен, не подпускай к себе Наташку. Что ты так смотришь на меня? Я же ничего такого не сказала. Спроси у любого врача…
Я отвернулся, чтобы она не видела моих глаз.
* * *
…Наш пассажирский, натужно одолев подъем, вырвался на простор. Мелькают разрушенные разъезды, полустанки, деревни, в которых вместо изб торчат одни дымари. Но рядом уже поднимаются стены, растут новые стропила. За переездом, у каменного сарая без крыши, - колесный трактор, возле него суетятся мужики в военных засаленных гимнастерках.
Сверкнула полоса цветущей гречихи, и началось пшеничное поле с овсюгом и васильками. Внезапно оно оборвалось, и потянулась пустошь с полуразвалившимися окопами, ходами сообщений, капонирами, бывшими артиллерийскими позициями - все это зарастало сорными травами. За путевой будкой, под старыми вязами, огороженная кустарником - большая братская могила…
И в этом огромном пространстве под высоким летним небом, в этой нескончаемой тишине я услышал землю с ее полями и дорогами, лесами и садами, селами и городами, встающими из пепла. В них вместе с домами на площадях поднимутся обелиски и из братских могил шагнут на пьедесталы павшие солдаты.
А поезд набирает и набирает скорость, колеса стучат: жить-жить-жить! И еще быстрей, быстрей: жить-жить-жить! жить-жить-жить!…
Москва
1970-1976
Примечания
{1}Истребительно-противотанковый артиллерийский полк.
{2}Я солдат первой войны.
{3}Наблюдатели.
{4}Имеется пять батарей и одна рота.
{5}Здесь первые жертвы фашистского террора в Тимокском крае: шестого сентября сорок первого года в центре поляны повещены мои товарищи - секретарь окружного комитета коммунистов Миленко Бркович и сотрудник комитета Георгий Семенович. Мои солдаты жаждут мести!
{6}Мальчика.
{7}Учеников.
{8}Ворон гор оберегает Красную Армию.
{9}А сейчас наша дорога на Белград!
{10}Да здравствует Сербия - солнечный дом!
{11}Это фашисты-каратели!
{12}Одна дорога - один памятник.
{13}Горы! Не вещайте горьким голосом, что умер Бранко! Нет, нет! Ты, друг Бранко, в моем сердце…
Издание: Вергасов И. Избранное . М., «Советский писатель», 1982.
– 648 стр. Тираж 100000 экз.
This file was created
with BookDesigner program
bookdesigner@the-ebook.org
12.03.2015