Шрифт:
Александр Полюх
Иту - Шаа
(ПОВЕСТЬ)
Глава первая
Над небольшим клочком суши посреди безбрежного морского простора проплывали нескончаемой чередой угрюмые низконависшие тучи. Большую часть этого маленького острова покрывал невысокий негустой лес, в некоторых местах подходивший к самому берегу.
Три человека пробирались по редколесью в глубине острова. Двое мужчин и одна женщина.
Впереди шел высокий и широкоплечий мужчина лет тридцати пяти в потертых джинсах и старой брезентовой ветровке. У него были высокие скулы и немного раскосые глаза. Его звали Тимофеем.
Чуть позади Тимофея увесисто топал коренастый мужичара лет сорока с неприятным жестким лицом многопьющего человека. Одет он был в полевую униформу МВД России, с погонами старшего лейтенанта. Но на рукаве его камуфляжной куртки красовался шеврон МВД ДВР. Это был участковый шериф острова Хмурый, старший лейтенант министерства внутренних дел Дальневосточной Республики - Леонид Долинин.
Еще далее от двух первых путников шла красивая блондинка лет тридцати в новеньком походном туристском снаряжении, купленном где-нибудь в модном бутике на Тверской улице в Москве. Она с любопытством осматривалась по сторонам, движения ее были легки и грациозны, под стать ладному внешнему облику. Блондинку звали Машей.
Хотя на календаре был июль-месяц, и деревья были в сплошном зеленом уборе, оттенявшемся неброским северным разноцветьем, в воздухе чувствовалась ощутимая свежесть. Мрачное небо лишь подчеркивало какую-то тревожную хмурость обступившего путников редколесья, изредка скрывавшего в гуще деревьев и кустов клубившиеся клочья тумана.
Наконец путники вышли на небольшую поляну и остановились.
– В чем дело, Тимофей?
– спросил участковый шериф недовольным тоном.
Тот внимательно и настороженно осмотрел окрестности, после чего повернул голову к Долинину.
– Кажется, здесь начинается Иту-Шаа, я чувствую это.
– Ну, слава тебе, господи, дошли, - саркастически скривился участковый шериф.
– И что, теперь будем стоять на месте?
Тимофей немного поколебался и тихо сказал:
– Мне кажется, что вы все-таки взяли с собой оружие.
– Срать я хотел на твое кажется! Пошли дальше!
– Не замедлил круто отреагировать мент, по прозвищу шериф, набычась и медленно багровея.
В этот момент в неприятный разговор вмешалась женщина.
– Спокойнее, ребята. Без ссор, пожалуйста.
И отдельно блюстителю порядка.
– Господин участковый инспектор, я бы попросила вас выражаться более сдержаннее.
Долинин оглянулся на спутницу и криво ухмыльнулся.
– Участковые инспектора остались все в Москве. У нас, в ДВР, участковые шерифы.
Затем он быстро выхватил пистолет из внутреннего кармана камуфляжной куртки и направил оружие на строптивого проводника.
– Веди дальше!
– Господин участковый шериф!
– возмущенно воскликнула Маша: - Мы же договорились, что вы делаете?!
Тимофей развернулся лицом к взбеленившемуся менту и мрачно заявил:
– Теперь я точно не сойду с этого места.
– И долго ты так стоять удумал?
– свистящим от злости голосом осведомился ставший темно-багровым Долинин.
– Пока вы не выбросите вашу опасную игрушку. Она ничем не сможет помочь нам в Иту-Шаа, а навредить...
– Ах ты, ублюдок пиздливый!
– блюститель порядка коротко размахнулся и ударил своего оппонента рукояткой пистолета по лицу.
Не ожидавший удара Тимофей отлетел в кусты, служившие естественной границей поляны. Вслед за ним туда бросился участковый шериф, крича на ходу:
– Перехитрить меня удумал, падла косоглазая! А вот сейчас я сам проверю, что у тебя самого за пазухой имеется!
Но как только он скрылся в высоких кустах в поисках упавшего туда противника, там оглушительно громко грохнул одиночный пистолетный выстрел. Чуть погодя из кустов вывалился сам Долинин и грузно упал на краю поляны лицом вверх, широко раскинув руки по сторонам. Во лбу у него пульсировал маленький красный родничок, а на физиономии застыло ошеломленное выражение. Он был мертв.
Маша, застигнутая врасплох стремительной развязкой, немного придя в себя, боязливо склонилась над поверженным участковым шерифом и с ужасом посмотрела в лицо убитому.
– Господи, как же это вышло?
Голос женщины дрожал и срывался. Она совершенно не так представляла себе свое путешествие на остров Хмурый.
Из кустов, спотыкаясь, вышел Тимофей. Одной рукой он держался за физиономию, из-под его ладони сочилась струйка крови.
Маша спросила у него:
– Что же ты наделал, Тим?
Избитый, тяжело дыша, посмотрел на труп.
– Это не я, это духи Иту-Шаа. Он сам виноват.
На небольшой высоте над свинцово-серым морем летел вертолет с опознавательными знаками МВД ДВР. Прижиматься к покрытой белесой кипенью морских барашек водной глади вертолет заставляла сплошное низкая облачность. Из-за нее временами казалось, что лететь ему приходилось внутри какой-то фантастической узкой и длинной щели, чем-то смахивающей на виртуальную реальность.
Между тем, с борта винтокрылой машины было видно, что она подлетает к небольшому лесистому острову, отделенному от сероватой глади моря сине-зеленой полоской мелководья, отороченной у самого берега узенькой бахромой прибоя.
Вертолет пошел на снижение, и под ним все более отчетливо вырисовывалось некоторое подобие жилого поселка. Это было беспорядочное нагромождение бревенчатых домиков, каких-то несуразных хижин, а в некоторых местах больших армейских палаток. Все это усугублялось наличием крытых загородок и помещений для содержания домашней животины, а так же совершенно невозможных сарайчиков и амбарчиков, стоявших на одном честном слове. Опоясывало поселок очень неровное по ширине кольцо огородов, так что лес в некоторых местах почти вплотную подходил к жилым постройкам. Немного в стороне от этого странного поселения стояли два сборнощитовых домика, отделенные большим пустырем. Над одним из домиков висело выцветшее знамя ДВР (медведь, держащий в лапах большую рыбину), а над другим - белый флаг с красным крестом.