Шрифт:
Зерна упали в землю, зерна просят дождя.
Им нужен дождь.
Разрежь мою грудь, посмотри мне внутрь.
Ты увидишь: там все горит огнем.
Через день будет поздно, через час будет поздно,
Через миг будет уже не встать.
Если к дверям не подходят ключи,
Вышиби двери плечом.
Мама, мы все тяжело больны…
Мама, я знаю, мы все сошли с ума…
Виктор Цой
По мне, неспособность человеческого разума
соотнести между собою все,
что только вмещает в себя наш мир, –
– это великая милость.
Говард Филлипс Лавкрафт
День первый
1
Олег Набатов, сирота с рождения, и представить себе не мог, что в тридцать три года его жизнь кардинально изменится в лучшую сторону.
До восемнадцати лет Олег воспитывался в областном детском доме, в Волхове, а после совершеннолетия государство выделило ему узкую комнату в коммунальной квартире.
В самом начале «взрослой жизни» у парня с трудоустройством как-то не заладилось, но художественный талант, который Олег обнаружил у себя лет в десять, помог найти свое место в жизни. Набатов стал нештатным художником местной газеты «Волховские огни», и его иллюстрации начали появляться практически в каждом выпуске. Иногда его рисунки публиковались и в других изданиях, более крупных, нежели газета провинциального городка, а пару раз художник даже получал заказы от солидных мужских журналов. Те, в свою очередь, не жадничали и награждали Олега внушительными гонорарами.
В 2010 году у художника родилась дочь. К этому моменту новоиспеченный отец уже имел внушительную базу клиентов в Интернете и не переживал за финансовое благополучие своей семьи. Конечно, о приобретении отдельного жилья в собственность речи пока не шло, но надежда на улучшение жилищных условий росла и крепла.
Олег уже задумывался снять на длительный срок квартиру. Но к 2015 году надежда, судя по всему, заболела, и с каждым днем ей становилось только хуже.
Все изменил счастливый случай. Олег думал, что такое может произойти только в кино или какой-нибудь книжке, но никак не в реальной жизни. Пару месяцев назад он получил письмо по электронной почте от известного книжного издательства в Санкт-Петербурге с предложением приехать на собеседование.
Не веря, что это происходит с ним наяву, Олег позвонил по указанному в письме номеру. Девушка с приятным голосом все подтвердила и даже назначила время собеседования. Радуясь успеху, художник сообщил об этом Катерине, своей супруге, но та не выказала особой радости.
Женщина не хотела переезжать в северную столицу. Она двадцать восемь лет прожила в маленьком городе и боялась, что мегаполис сожрет их семью и Набатовы станут такой же серой массой, как миллионы других семей, населяющих огромные города.
Но, с другой стороны, через два года дочь пойдет в первый класс, а образование лучше получать в большом и богатом городе… По крайней мере, так люди говорят. Супруга согласилась с Олегом, и он поехал в Петербург на собеседование, взяв с собой внушительную папку с работами.
Собеседование он прошел успешно и в тот же день подписал трудовой договор. Что больше всего радовало Олега, так это то, что работодатель решил вопрос с жильем на первый год – снял семье Набатовых двухкомнатную квартиру. Пускай и на первом этаже пятиэтажной хрущевки, главное, его семья наконец-то будет жить в отдельной квартире, а у дочери будет своя комната.
И вот сейчас – прохладным августовским вечером – Олег сидел за рулем старенькой «Лады» одиннадцатой модели. Дочь заснула на заднем сиденье, а супруга, сидевшая на пассажирском кресле, всю дорогу молчала. Олег знал: Катерина боится большого города, и она не раз говорила об этом. Но все же молодой художник надеялся, что через несколько недель, может, месяцев, все пройдет. Супруга привыкнет к суете северной столицы и вновь начнет улыбаться своей замечательной улыбкой, в которую Набатов когда-то влюбился с первого взгляда.
– Катюш, ну не переживай ты так. Мы же едем навстречу нашему светлому будущему, – Олег улыбнулся и погладил жену по коленке.
Катерина вздрогнула и повернулась к нему. Мужчина ощутил, как напряжена его жена. Увидел, как сильно она побледнела.
«У нее просто стресс из-за переезда. Скоро она вновь станет прежней», – подумал Олег.
– Ты же знаешь, как я отношусь к большим городам, – Катерина вздохнула. – Мне кажется, что у нас там ничего не получится, и тогда мы можем остаться ни с чем.
– Ты не веришь в своего мужа? – Олег наигранно обиделся.
– В тебя я верю, – супруга улыбнулась, а затем отвернулась и уставилась в окно: – Я не верю в большие города.
Перед выездом она надела черное платье, подол которого доходил почти до пят, забрала длинные светлые волосы в хвост на затылке. Стала похожа на монашку. Олег знал, что его жена одевается по настроению. Если Катерина в хорошем расположении духа, то ее наряды всегда пестрят яркими цветами, а если встала не с той ноги, то надевала черное или серое. В последние несколько лет она и дочь стала одевать по собственному настроению, и это ужасно раздражало Олега.
Счастливый семьянин посмотрел в зеркало заднего вида. Ксюша, одетая в длинную черную юбку и серый свитер с высоким воротом, мирно спала, лежа на заднем сиденье. Его маленький ангел. Боже, как она похожа на свою мать: такие же пышные светлые волосы, милое личико и большие серые глаза. Когда девочка вырастет, то, безусловно, станет красавицей, как мама.
– А ты свои рисунки не забыл? – Катерина отвернулась от окна, лицо по-прежнему было бледное.
– Мои работы уже в нашей новой квартире, – Олег вновь погладил супругу по коленке, отметил про себя, что нога Катерины холодная. – Ты замерзла?