Испытание
Шрифт:
Ненависть вскипела во мне, покрываюсь черными пузырями гнева и ярости. ТРУС!
Скривилась от злости и отвращения. Отчаяния… Обиды…
– СЛАБАК! Ведь я готова сражаться, а ты …
Властный, порабощающий поцелуй не дал договорить. Вобрал в себя недосказанные слова…
Нежные, блаженные ласки губами, касания языком…
Луи… Луи…
Задыхаюсь…
Обнял за плечи и притянул к себе. Жадно… Страстно… Рука нырнула в волосы, жадно обняв меня за шею… Сжал, лишая возможности шевелиться… Сомневаться…
Ответила, ответила ему…
Безумие, сумасшествие, безрассудство…
Дурман дымкой взорвался в голове, прогоняя прочие чувства…
Поцелуи короткими шажками скатились от губ к шее…
Робкие касания языком… Несмелые полукруги…
Сжал, сжал до сладкой боли…
Кончик влажного языка несмело вырисовал на коже тонкую линию… До дрожи, волнения… Возбужденных, коротких вдохов…
Легкие покусывания…
Ловкое движение – и змейка подалась. Отвлеченный, машинальный рывок – и снял с меня куртку.
И снова поцелуй в губы, поцелуй… увлекающий от реальности в бездну удовольствия…
Скользнул ладонью по животу вверх… Нежно, бережно обнял грудь и слегка ее сжал. Поежилась, содрогнулась…
Стон застыл на устах, … и немедля был сорванный нежным касаниям его губ.
Едва сознавая свои действия, я нырнула ему под футболку и тут же потянула ее вверх – снять, сорвать, уничтожить… Лишить преграды…
Жадным поцелуем прижалась к отвоеванному счастью… Скользя кончиком языка по теплой кожи, вела дорожку безумия от его ключицы к соскам…
Короткие мгновения… он позволял дарить ему удовольствие… Застыл… Застыл, наслаждаясь…
Но вдруг отстранил, насильно уложил на кровать и тут же повис сверху.
Ласковая, нежная улыбка… глаза в глаза…
– Девочка моя… - рука робко скользнула по моим волосам, щеке… шее.
Резкое движение … - раздвинул мне ноги, опустился между ними на кровать…
Я невольно прикусила губу, пытаясь заглушить боль. Глупую, дурную, не вовремя прихлынувшую боль.
Но еще мгновение… и Луи проник рукой мне под больничный халат, хватая за полы и таща вверх… настырные движения – и снял его с меня… Ноющая боль сменилась на колкости смущения…
Поежилась…
Мгновение, мгновение стеснения – и напористые поцелуи прогнали всё…
Прорываясь вверх, от живота, достигли груди… Лишая рассудка и смущения… Дурманя, сводя с ума… Заставляя отдаться пучине безумия… любви… и нежности. Ласково коснулся языком, дразня, нежа, целуя…
Взрыв, фонтан, гейзер… помешательства…
Невольно дрогнула… Дернулась в голодном желании,… застонала…
Дурман, глупый дурман радости лишал здравого смысла, лишал даже права осознать полноту всего счастья.
Матуа… МАТУА… Луи.
Луи, Луи, Луи… сейчас я вся под властью того, кто нужен мне больше всего на свете, больше всех… Больше самой жизни…
– Луи… - неосознанно прошептала его имя, отвечая на ласки, на зов упоения. Невольно выгнулась, прижимаясь вплотную к его телу… к голой груди… к животу… Чувствуя его всего…
Жадно обхватила руками за поясницу, пытаясь удержать рядом…
Не слушал, не слушал меня…
Творил свое действие, свою феерию…
Обнял руками за грудь, а поцелуями скатился к низу живота… несмелый полукруг языком вокруг пупка и вдруг ворвался вглубь ямки… Короткое игривое движение и выскочил наружу, прокладывая уже влажную дорожку по животу к груди,… к шее…
Замер…
Глаза в глаза…
Вопрос… Немой вопрос…
Немой ответ… Слова не нужны.
Ведь я давно уже… - Его, а он – Мой.
Бережно обхватил руками меня за бедра и немного потянул на себя…
Резкое движение, дерзкий, сладкий, повелительный рывок – я невольно вскрикнула от прилива удовольствия, умопомрачающего блаженства …
Ворвался, вошел, заполнил меня… собой…
Короткие, смелые движения…
Повелительные ласки,
… подчиняющие, порабощающие, обезволивающие.
Губы сплелись в страстном танце, лишая реальности.
Здесь… И сейчас…
Отдалась, отдалась своему любимому…
Мужчине, своему мужчине… Единственному… неповторимому…
Безвозвратно…
Жадные, бессознательные стоны… мои, его…
Надрывистое дыхание…
Сладкие, страстные движения…
Сумасшествие… и счастье. ДИКОЕ, БЕЗУМНОЕ, БЕЗРАССУДНОЕ СЧАСТЬЕ…
СЧАСТЬЕ БЫТЬ ВМЕСТЕ, БЫТЬ РЯДОМ.
Отныне и навсегда как…
единое ЦЕЛОЕ.
Глава Тридцать Пятая
***
(Мария)
Пришла в себя,… проснулась, очнулась,… лишь когда стрелки перевалили… далеко за полдень.
Луи уже не было… Уехал.
Уехал от меня…
… НАВСЕГДА.
Навсегда?
Нет.
Нет! Не могу я в это поверить. Принять. Нет.
Я буду надеяться… Год, два, десять. Неважно… Я буду ЖДАТЬ.
… ждать.
***
Вы знаете, как отбивает свой жестокий, неумолимый такт колеса поезда?
Так дни выбивали чечетку в моем одиночестве, глубоко отпечатывая боль в каждом мгновении.