Испытание
Шрифт:
— Вон там! — махнул рукой пожарник. — Видите? — На земле у задней стены виднелись осколки бутылки. Приглядевшись, Борн все понял, но Вебстер опередил его:
— Коктейль Молотова!
Смешать одну треть жидкого мыла и две трети бензина в большой бутылке, плотно закрыть ее и прикрепить фитиль.
Все верно. Они подъехали, кто-то выскочил из машины, поджег фитиль и швырнул бутылку об стену гаража. Бутылка разбилась, горючая смесь, подобно напалму, прилипла к стене… Вот откуда такая дыра и эти странные щупальца-разводы…
Но он, оказывается, не только думал об этом, но и рассуждал вслух. Потому что командир пожарников внезапно поинтересовался:
— А откуда вам об этом известно?
Глава 22
Ничего не поделаешь, решил Борн, придется ночевать дома. Если уж суждено пережить нападение, то не стоит подвергать опасности жизнь друзей, к которым можно было бы поехать, и тем более нельзя ночевать в гостинице, где свои порядки и трудно предугадать, откуда может грозить опасность.
Он сидел в машине с женой и дочкой, когда начальник пожарной команды сообщил, что опасность возгорания ликвидирована. Сару, которой было больно идти, он отнес в дом на руках. Клер по мере сил постаралась навести порядок, но это оказалось делом непростым. Вода залила весь второй этаж и лестницу, мокрые стены почернели. Ребенка пришлось устроить в их спальне, потому что в ее комнате похозяйничали пожарные. Даже проветрив все как следует, не удалось избавиться от пропитавшего все помещение резкого запаха дыма.
Он не заметил, как Клер куда-то исчезла. Отправившись на поиски, он обнаружил ее в незапертой ванной комнате. В промокших и перепачканных джинсах, усталая и осунувшаяся, она сидела на крышке унитаза, тупо уставившись в стенку.
— Слушай, а может, тебе принять ванну? — предложил он. — Я полагаю, в ближайшее время ничего не должно произойти.
— Рубен, нам уже ничего не поможет, — вздохнула она.
— Ну что ты! Перед домом опять полиция, в холле у телефона дежурит охранник. Сейчас мы в относительной безопасности. Полезай, расслабься!
— Господи, как же я устала. У меня даже нет сил тебя ненавидеть.
Улыбка застыла на его лице. Терпение иссякло. Пожалуй, лучше пойти проверить, как там Сара.
Поднимаясь по лестнице, он услышал шум льющейся в ванну воды. Это уже кое-что; в любом случае на большее рассчитывать не приходилось.
В девять Клер уже спала рядом с Сарой, а он бродил по дому, не зажигая света. Потом покурил с детективом, сидевшим у телефона. Огоньки сигарет описывали в темноте замысловатые траектории. Наконец решил подняться наверх и прилечь. Но заснуть не удалось от запаха дыма. Он подошел к открытому окну и отодвинул штору, чтобы подышать свежим воздухом и проветриться.
Шел дождь. Он начался больше часа назад; монотонный, моросящий дождь с шорохом ложился на траву и асфальт. Борн высунулся в окно, подставив голову падающей с неба влаге, и с удовольствием вдыхал сырой, прохладный воздух. Фонарь под домом опять не горел. Несколько пробивавшихся сквозь дождь и туман тусклых огоньков в окнах домов на другой стороне улицы не могли рассеять окружающий мрак.
Уличный фонарь. Он пытался убедить себя, что весь этот страх, от которого сводило живот, — не более чем разыгравшиеся нервы. Хватит паниковать. И все-таки что-то словно толкало его от окна, и он наконец не выдержал и втянул голову обратно, стукнувшись о раму. И в этот момент вспышки разорвали ночную тьму, как фейерверк, как молнии. Пять? Восемь? Десять грохочущих вспышек? Он не успел сосчитать, сколько их там было.
Мощный залп из дробовиков с противоположной стороны улицы. Зазвенели разбитые стекла на первом этаже. Он упал на пол; почти одновременно такой же звон раздался прямо над ним. Осколки градом посыпались на спину. Дробь забарабанила по дальней стене.
Клер села в постели, не понимая, что происходит. Сара пронзительно закричала. Борн встал на колени, сердце нещадно колотилось, ледяная струйка — наверное, с мокрых волос — протекла за шиворот. Еще один залп дроби ударил в окно, усыпав комнату битым стеклом. Клер вскрикнула и вместе с ребенком скатилась с кровати на пол.
— Папа! Папочка! — истерически завопила Сара.
Выстрелы, кажется, прекратились. Борн услышал, как распахнулись дверцы патрульной машины под домом, голоса и топот ног. Не в силах унять дрожь, он поднялся и выглянул в окно. Два полицейских, разбрызгивая лужи, бежали по направлению к большим деревьям у входа.
Он тут же вспомнил о Вебстере. Нужно срочно звонить ему. Охрана наверняка уже подала сигнал тревоги, но это не важно. Все равно надо звонить Вёбстеру.
Он обогнул кровать и схватил трубку, пытаясь вспомнить телефон Вебстера. Но аппарат молчал. Ни шороха. Мертвая тишина…
— Оставайтесь здесь, — приказал он жене и дочке. — Нет, лучше в ванную, спрячьтесь там! Спрячьтесь где-нибудь, — прокричал он уже с лестницы. За спиной послышался громкий плач Сары.
Внизу он чуть не наткнулся на детектива, который стоял в коридоре у входной двери.
— Телефон не работает! — сказал Борн.
— Я знаю.
Он почувствовал пистолет охранника рядом со своим плечом и инстинктивно отпрянул, ударившись спиной о перила лестницы. А если он — от Кесса?
— Спокойно. Ради Бога, не путайтесь под ногами, — хрипло бросил полицейский. — Идите наверх.
— Я хочу помочь. Скажите, что мне делать?
— Вернитесь наверх. Снаружи раздался крик.
— Это меня. Парни зовут меня, — произнес охранник и бегом кинулся в гостиную. Присев у подоконника, он заорал в темноту:
— Нормально! Тут все нормально! Ему что-то прокричали в ответ, но Борн не смог разобрать слов. Затем тот вернулся, ругаясь сквозь зубы.
— В чем там дело?
— Черт знает что, — откликнулся он. — Они обстреляли наш патруль. Парни кинулись за ними к деревьям, но одного ранили в голову. Он в сознании, но ничего не видит. — Охранник отпер входную дверь и слегка приоткрыл ее.