Чтение онлайн

«Газпром» находится под контролем государства. Контрольный пакет компании принадлежит государству. Все назначения в «Газпроме», не только высшего, но и среднего звена осуществляются государственными чиновниками. А руководство этой компании, первые лица и их заместители назначаются лично президентом страны. Это очень важно понимать.

При этом «Газпром» является неестественной монополией. Дело в том, что газ в России добывает не только «Газпром», но еще и «Сургутнефтегаз», «Лукойл», «Роснефть», ТНК-BP, «Нордгаз» и «Новотек». «Газпром» искусственно не пускает эти компании в свой газопровод и заставляет за бесценок продавать газ на входе в трубу. Это невыгодно, и многие компании просто сжигают газ, который добывают вместе с нефтью.

Глава «Газпрома» Алексей Миллер – это ближайший друг президента, они знакомы с незапамятных питерских времен. Владимир Путин и Алексей Миллер почти одновременно стали руководить, один – страной, другой – «Газпромом». За время их руководства «Газпром» не освоил ни одного месторождения и не построил ни одного магистрального газопровода. Все, о чем они говорят – Североевропейский газопровод, Штокмановское месторождение, – это все проекты, это все далекое будущее.

«Газпрому» мешает чрезмерная политизация. «Газпром» никто в мире не воспринимает как хозяйствующий субъект. «Газпром» – это инструмент политики Путина как в стране, так и за рубежом. «Газпрому», предположим, надо осваивать Штокмановское месторождение, а он вынужден покупать средства массовой информации. «Газпром» участвовал в сделке с Абрамовичем и выложил 13 млрд долларов. А можно было за эти деньги газом заняться. «Газпром» терпит убытки от продажи газа в Белоруссию. Это все политические решения, и «Газпром» терпит от них убытки.

Неудивительно, что производственные показатели компании очень плохие. В то время как экономика России росла по 6–7 % в год, производство газа почти не росло. В этих условиях должен был начаться тотальный дефицит газа. И он начался.

Уже в 2007 году дефицит газа выразился, например, в том, что Северо-Западная ТЭЦ, построенная ударными темпами, чтобы восполнить дефицит электроэнергии в Петербурге, стоит без газа. Ее запускал президент Путин лично. Но станция работает на мазуте. Это все равно что сжигать золото.

Экономика России и дальше будет развиваться довольно активно. Следовательно, дефицит газа к 2010 году станет катастрофическим. Ситуация похожа на дефицит потребительских товаров времен позднего СССР. Тогда был дефицит всех товаров, начиная со стирального порошка и заканчивая колбасой. В результате либерализации рынка ситуация была преодолена, и о ней все забыли. Единственная отрасль, оставшаяся несвободной и советской, – это газовая, а точнее, «Газпром». Разница между дефицитом потребительских товаров в СССР и дефицитом газа в путинской

России в том, что дефицит колбасы заметен всем. Пустые прилавки, очереди, талоны. А газ не продается с прилавка. Тут будет все невидимо. Появится куча кремлевских прихлебателей, которые начнут оправдывать рост цен чем угодно: Америка мешает, враги кругом, шпионы – и слова правды в этом гвалте не услышишь. Сейчас власти признают, что есть проблема и есть кризис. У Путина было несколько совещаний по этому поводу. Удивительно, что распад СССР ничему не научил этих людей. Они действуют точно так же, как действовал советский премьер-министр Николай Иванович Рыжков, когда исчез окорок «Тамбовский». Николай Иванович с трибуны Верховного Совета предложил тогда поднять цены на окорок «Тамбовский» на две копейки. Нынешняя власть предлагает поднять цены на газ. Теплоэлектростанции готовы покупать газ буквально по любой цене. Так что дефицит газа от повышения цен не уменьшится. Только увеличатся цены на электричество и в конечном счете – на все.

Дефицит газа грозит замедлением экономического роста. Не будут строить жилье. Не будет новых рабочих мест. Цены на коммунальные услуги начнут стремительно расти. Будут расти цены на все. Замедлится рост поступлений в бюджет. Поскольку страна набрала кучу внешних обязательств по поставкам газа, будет шириться политическое движение, настаивающее на том, что не надо продавать газ за границу, потому что у нас самих его не хватает. Подобного рода политические процессы будут подрывать авторитет России значительно больше, чем нарушение прав и свобод граждан. Рост коррупции достигнет запредельных масштабов. Точно так же, как в Советском Союзе со служебного входа выносили мешки со жратвой, в России после 2008 года появятся услуги черного рынка по поставкам газа. Если дефицит будет 50 млрд кубов, то взяток за распределение этого газа будут брать на 5 млрд долларов в год. Дополнительно к тем взяткам, которые берут сейчас.

Справиться с дефицитом можно. Надо разрешить компаниям, которые добывают газ, транспортировать его по трубам «Газпрома». Не по бандитским тарифам, а по нормальным. То есть, говоря экономическим языком, необходимо провести либерализацию рынка и разрешить всем покупать газ у кого угодно, а не только у «Газпрома». В этом случае дефицит удастся покрыть за два-три года. Это можно сделать, сохраняя монополию «Газпрома» на экспорт газа. Можно создать свободный рынок газа внутри России, а на Запад продавать только через «Газпром». Это было бы супервыгодно для России. Но так не произойдет. Все будет как всегда. Если не поменяется нынешняя политика монополизации всего, а она не изменится при таких ценах на нефть, мы увидим ежегодную борьбу с дефицитом газа и ежегодное повышение цен на газ. И только тогда, когда начнут лопаться трубы, замерзать города и срываться западные контракты, только тогда, когда начнутся массовые волнения, власти проведут либерализацию рынка газа.

И еще один момент. Раздутая машина государственного аппарата обладает одной особенностью: она прожорлива. Раньше для поддержания основных функций государства надо было, чтобы нефть стоила в пределах 16 долларов за баррель. (Хотя мы справлялись с поставленными задачами и при 12 долларах за баррель, но, конечно, 12 долларов – это балансирование на грани обвала, прогулка на канате над пропастью, и все-таки выживали). Когда к власти пришел Владимир Путин, стало ясно, что государство может жить только при цене в 20 долларов за баррель. Недавно эксперты Министерства финансов вновь все пересчитали и заложили уже 28 долларов за баррель в качестве минимального порога бескризисного существования государства.

В моих рассуждениях нет никакого злорадства или партийной пропаганды. Я стараюсь обращать внимание только на факты и причины, которыми они обусловлены. Почему дорожает государство? Потому что деградирует, потому что растут аппетиты бюрократии, потому что увеличивается число чиновников и генералов. Эффективность принятия решений падает, поскольку никто ни за что не отвечает, растет коррупция. И понятно, что нефть все время должна дорожать, чтобы покрывать эту расхлябанность и бардак. Таким образом, путинизм – это безграничная и бесконтрольная власть бюрократии, или «суверенная демократия».

Я утверждаю, что, если бы вдруг на нефтяной бирже цена за баррель нефти упала до 12 долларов, – Россию захлестнуло бы вооруженное восстание. Разъяренные трудящиеся массы перекрыли бы все основные магистрали и смели бы в одночасье и Путина, и всех его товарищей.

А ведь рынок нефти также непредсказуем, как и поведение легкомысленной девушки. Появление нового энергосберегающего механизма или изобретение альтернативного топлива, или активное строительство атомных электростанций, или резкое сокращение потребления нефтепродуктов из-за их дороговизны – и цена на нефть упадет. Это приведет к катастрофическим последствиям для России в ее нынешнем состоянии, потому что иллюзия порядка и стабильности поддерживается в нашей стране только благодаря высоким ценам на нефть на мировом рынке.