Чтение онлайн

Не увидев на борту светловолосой Каролины, она разволновалась и, как только небольшая лодка, перевозившая пиратов на причал, пристала к берегу, она засыпала мужа и Габриэля вопросами. Что произошло? Состоялась ли встреча? Неужели это была всего лишь ловушка? Или, не дай Бог, что-то случилось с Каролиной?

Зевс, смеясь, крепко обнял жену и, расцеловав ее, весело сказал:

— Моя дорогая, разве ты не рада меня видеть? Пока мы будем идти к дому капитана, я все расскажу тебе по дороге. — Он обернулся и внимательно посмотрел на Марию. — Наша голубка, видимо, нездорова: она дважды пропустила завтрак и последнее время была бледной и вялой.

В глазах Марии промелькнул испуг — неужели он догадывается о том, что она так тщательно скрывает и в чем сама еще до конца не уверена. Но Зевс, больше не обращая на нее внимания, обнял свою Пилар и направился в сторону города.

Прикосновение Габриэля заставило Марию вздрогнуть.

— Ты никогда не говорила, что плохо себя чувствуешь, — сказал он, с тревогой вглядываясь в ее лицо.

— Сеньор Зевс любит преувеличивать. Я думаю, все дело в пище, которой нас кормили на корабле, — попыталась улыбнуться Мария.

Еще раз внимательно оглядев Марию, Габриэль заботливо взял ее под руку, и они не спеша пошли по набережной.

— До отъезда в “Королевский подарок”, — говорил он Марии, — ты сможешь несколько дней провести в моем городском доме. Надеюсь, ты отдохнешь за это время, и тебе станет лучше.

Мария не знала, как вести себя, в этой ситуации. Она любила, но не всегда понимала его. Ей было непонятно, какие чувства испытывает он к ней и какую роль она играет в его жизни. Любовницы? Гостьи? Заложницы? Она же мечтала об одном — чтобы он нежно обнял ее и сказал, как безумно ее любит, что ему безразлично, кто ее брат, какое имя она носит, и его единственное желание — разделить с ней судьбу.., и радость ожидания их будущего ребенка.

Неопределенность теперешнего положения и полная неизвестность о том, что будет с ней в будущем, пугали бедняжку. Мария была не так уж наивна и не рассчитывала на то, что Габриэль сразу предложит ей руку и сердце, как только узнает о ребенке. Да и она не хотела такого замужества, при котором ребенок будет единственным связующим их звеном. В этом случае они никогда не были бы счастливы, Грустные мысли одолевали Марию во время пути по извилистым улочкам города. Может быть, Габриэль не вернул ее брату, желая досадить Диего, а вовсе не потому, что она дорога ему? Не бросит ли он ее, когда через некоторое время тело ее потеряет легкость и изящество? А когда появится ребенок, он может оставить наследника себе и, не задумываясь, расстаться с ней. Эта мысль ужаснула Марию, и она с испугом посмотрела на Габриэля. О чем он думает? Что таится за спокойным выражением его изумрудных глаз? А если бы Диего узнал о ее беременности? Представив реакцию брата, она содрогнулась.

— Ты замерзла? — заботливо спросил Габриэль, уловив дрожь, пробежавшую по ее телу. — Это из-за ветра, ведь сейчас довольно тепло.

Печаль в ее глазах Габриэль истолковал по-своему. Марию бы искренне позабавило то, что ее несчастный вид Габриэль приписал желанию вернуться к брату.

Они остановились у двухэтажного кирпичного здания, стоящего в стороне от шумных улиц города.

— Вот мой дом. Думаю, он тебе понравится. Я останавливаюсь здесь, возвращаясь из плавания. Это жилище холостяка, и я держу здесь всего двух служанок. — Он улыбнулся. — Но я надеюсь, нам и вдвоем здесь будет хорошо. — Запнувшись, он продолжил:

— А если тебе что-то захочется изменить — нанять больше слуг, или купить другую мебель, — скажи мне, и я обо всем позабочусь. — Увидев удивленное лицо Марии, он добавил:

— Когда тебе наскучит поместье, мы будем приезжать сюда, чтобы ты могла немного развлечься.

Мария радостно улыбнулась ему. Значит, и ей нашлось место в его планах на будущее. Но какое? Он дорог ей, но роль любовницы ее мало устраивает. Она сделает все, чтобы добиться его любви, прежде чем станет заметна ее беременность. Ей надо знать, что она сама что-то значит для него, и ребенок, появившись на свет, станет желанным дополнением их союза, а не основной причиной, соединившей их.

Габриэль открыл дверь, и они вошли в просторный холл, в дальнем конце которого виднелась изящная винтовая лестница. Справа и слева от них были расположены двустворчатые резные двери, одна из которых, как предположила Мария, вела в столовую, а другая — в гостиную. Из-за левой двери донеслись приглушенные голоса, и Габриэль вопросительно взглянул на появившуюся в холле темнокожую молодую женщину с большим серебряным подносом, уставленным блюдами с сыром, хлебом и холодным мясом.

— Ой! Хозяин! — воскликнула она, и глаза ее радостно засияли. — Как хорошо, что вы вернулись. У вас гости, и я просто не знаю, что с ними делать!

— Ты прекрасно справляешься, Фиби, — улыбнулся Габриэль. — А как насчет вина?

— Ну, вино-то я принесла сразу, как только появились Гарри Морган и Джаспер ле Клер, — захихикала девушка, с любопытством разглядывая женщину, стоящую рядом с хозяином.

— Это Мария Дельгато, — спохватившись, представил ее Габриэль. — Отныне она будет твоей хозяйкой. Мария, это Фиби, горничная. Ее мать, Делисия, служит у меня кухаркой и, скажу тебе по секрету, отличается грозным нравом. Думаю, что Фиби будет тебе очень полезна. — И с этими словами, не дав Марии опомниться, он повел ее в гостиную со словами:

— А теперь я представлю тебя Гарри и Джасперу — двум самым большим мошенникам на Антильских островах.

Мария была обескуражена заявлением Габриэля: без всяких предисловий он представляет ее как хозяйку! Не зная, как реагировать на его слова, она спросила первое, что пришло на ум:

— Джаспер ле Клер? Кто это? Его не было с вами в Пуэрто-Белло?

— После Зевса он самый близкий друг. Мать его — англичанка, а отец — французский аристократ; правда, Джаспер не любит о нем говорить. Его действительно не было в Пуэрто-Белло, но на это у него были свои причины. Он очень красив и весьма умен. Уверен, он тебе понравится, но, надеюсь, не настолько, чтобы забыть меня.

— А если настолько? — пошутила Мария.

Не обращая внимания на стоящую рядом Фиби, Габриэль притянул Марию к себе, крепко поцеловал и, медленно отпуская, хрипло произнес:

— Тогда мне придется убить его.

— Своего лучшего друга? — Глаза Марии широко раскрылись от удивления.

— Он уже не будет лучшим другом, — насмешливо глядя на нее, сказал Габриэль, — если попытается отнять тебя у меня.

— В таком случае я уверена, что он мне не понравится. Мне совсем не хочется, чтобы его кровь была на моей совести.