Искушение
Шрифт:
Раздался стук в дверь, и вошел дворецкий.
– Мисс Темперанс, молодые леди, собравшиеся на встречу, интересуются, начинать ли им без вас?
– Начинать ли им поглощать мои продукты – это они имеют в виду! – закричал Ангус и взглянул на Темперанс. – Твой ответ?
– Да! – ответила она сквозь зубы.
– Дорогая, я знаю, что методы Ангуса могут показаться тебе чуждыми и несколько резковатыми, но...
– А в постели? – настаивала Темперанс, пронизывая мать взглядом. – Может, ты попытаешься убедить его в постели?
Мелани О'Нил перестала вынимать вещи Темперанс из ее шкафа, присела на стул возле открытого окна и раскрыла веер.
– Знаешь, дорогая, – произнесла она на одном дыхании, – леди не говорит о...
Она не смогла произнести это слово, вскинула голову и пристально посмотрела на дочь.
– Кроме того, ты не замужем! Что ты знаешь об этих вещах?
– Я никогда не стреляла гарпуном по китам, но я читала Моби Дика, – быстро ответила Темперанс. – Так ты можешь сделать с ним что-нибудь?
– Я... Я... – Мелани поднялась и стала снова отбирать вещи Темперанс в дорогу. – Лето в горах Шотландии пойдет тебе на пользу, это гораздо лучше, чем плохой воздух Нью-Йорка. Да еще машины на улицах!
– Видимо, тебе запах конского навоза нравится больше, чем пары бензина, но не мне! Меня ждет работа! Если бы ты хоть раз посетила со мной многоквартирный дом, ты бы увидела...
– Спасибо большое, дорогая! Но мне кажется, что проблемы Нью-Йорка должна решать только одна О'Нил. Возможно, ты напишешь книгу, когда вернешься в Америку. Полгода в шотландской деревне... Конечно, там не так много народа, который надо спасать. Или даже вообще таких нет. Тогда ты напишешь труд о том, как не быть бедным.
Темперанс не выдержала и рассмеялась.
– «Как не быть бедным»! Дурацкая идея! Мое впечатление о Шотландии – сельская страна и... – вдруг глаза Темперанс округлились, – деревенские мастерицы...
– Что? – не поняла мать.
– Деревенские мастерицы! В этих глухих местечках сохранилось мастерство – ну, прядение, вязание! И я смогла бы...
– Понаблюдать и освоить, потом выучить своих бедняжек в Нью-Йорке?
Мелани засунула еще одну пару перчаток в маленький кожаный чемоданчик, стоящий открытым на кровати.
– Именно! Ты читаешь мои мысли!
– А как же поиски жены для мистера Маккэрна? Это отнимет у тебя почти все свободное время! А работа экономкой?
– Сколько времени нужно экономке в день? Отдать распоряжения прислуге утром? А днем я буду наблюдать и учиться. Я буду относиться к этому как...
– Как к учебе в университете?
– Да! Точно! Буду делать ежедневные записи, а когда приеду в Нью-Йорк, опубликую свои наблюдения. Я буду...
– А как же мистер Маккэрн?
Темперанс отмахнулась.
– Насколько я поняла, любая женщина на свете, кроме меня, умирает от желания выйти замуж. Даже если он похож на бородавочника, я ему все равно кого-нибудь найду.
– А если он не захочет жениться на ней?
Темперанс в раздражении закатила глаза.
– Все мужчины падки на хорошенькое личико и тоненькую лодыжку. Кроме того, часть задания выполнишь ты.
– Я? – Шелковые чулки выпали из рук Мелани.
– Да! Ты в этом разбираешься. Не ты ли пыталась найти мне подходящего мужчину в четырех штатах?
Наклоняясь за чулками, Мелани вздохнула.
– Но из этого ничего не вышло. Тебе не понравился ни один.
– Верно. Но ведь ты продолжала искать! Вот и посылай ко мне молоденьких и хорошеньких женщин. Мужчинам не нравятся умненькие. И образованные. Разве что рисование и пение. Мужчины выбирают для женитьбы определенный тип женщин. Они...
Темперанс осеклась и виновато посмотрела на мать.
– Таких, как я, дорогая? Миленьких? Беспомощных? Нуждающихся?
– Мамочка, я так люблю тебя! Просто замужество...
– Не для тебя! Я знаю. Спасать людей – достойное занятие, но, чем старше ты становишься, тем чаще тебе нужен человек, к которому ты возвращаешься вечером. Я была замужем шестнадцать лет, прожила одна пятнадцать, сейчас я снова вышла замуж, и, уверяю тебя, быть замужем лучше. Не очень приятно оставаться одной навсегда...
– Но ты никогда не была одной! Шестнадцать чудесных лет ты провела с папой, а потом у тебя была я. Разве я не послушная дочка? Ведь я ни разу не оставляла тебя, правда?
Мелани вздохнула.
– Правда, дорогая. Но...
– Но что? – возбужденно и обиженно спросила Темперанс.
– Ты такая сильная, уверенная в себе... – прошептала мать. – Ты так похожа на отца, так совершенна, что иногда мне хочется, чтобы ты стала более человечной...
– Я не человечна? – Темперанс была ошеломлена. – Не человечно то, чему я посвятила свою жизнь? Могу заверить тебя... – она остановилась. – У тебя опять началась головная боль? Приляг, я позову Мэри.
– Да, дорогая. И Ангуса тоже.
– Его? Нет, я останусь с тобой! Мы закончим наше обсуждение и...
Держась за голову, Мелани в предобморочном состоянии, пошатываясь, направилась к кушетке и отодвинула в сторону дюжину платьев, чтобы освободить для себя место.
– Только Ангуса! Пожалуйста...
Темперанс, поморщившись, вышла из комнаты. Терять мать навсегда очень больно.
Глава четвертая
– Ненавижу его! Ненавижу! – повторяла Темперанс, откидывая мокрую прядь волос, упавшую на глаза. – А завтра возненавижу еще сильнее!