Чтение онлайн

— Вот, Аидочка, доездился. Уже сам себе руль не доверяю. Нанял молодца-самца. Где уж мне управиться с этакой шлюхенцией! Зато поужинать в ресторане с молодой, красивой дамой я еще способен. Отменный аппетит — это то немногое, что у меня осталось. Не поверите, на старости лет я превратился в гурмана. Знать не желаю никаких стариковских диет! А вегетарианцев считаю вредоносными недоумками, напрочь лишенными вкуса! Заставить Сперанского жевать капусту! Ну, уж нет, господа, увольте!

Она слушала его внимательно и думала о том, что всякий стремится свои слабости возвести в достоинства.

Она достала из сумочки пачку сигарет.

— Курите, курите, Аидочка! — разрешил Семен Ильич. — Я люблю табачный дым. Помните, как мы с Патрикеевым учуяли дым ваших дамских сигар и помчались на него, как крысы на звуки дудочки крысолова. Вы действовали замечательно!

— Что это значит? — тут же среагировала Аида и уставилась в идеально подстриженный затылок шофера, давая старику понять, что подобные речи не уместны при посторонних.

Эта предосторожность вызвала у Сперанского смех.

— Ценю в вас актрису! Но давайте же начнем играть в открытую! Сколько можно притворяться?

Именно, игры в открытую, не с кем-нибудь, а со Сперанским, Аида боялась больше всего. Но неизбежность этого она осознала еще утром, когда он ей позвонил, и раскаялась в том, что оттолкнула Дениса. Иметь дело с посредником, каким бы он ни был, все-таки спокойнее.

— Да, притворяться незачем, — согласилась Аида.

— Вы давно меня раскусили? — поинтересовался шеф, и она, чтобы польстить ему, сказала:

— Сегодня утром.

— Отставка Дениса не случайна?

— Нет. Ваш посредник в последнее время стал вести себя слишком развязно.

— Вот гаденыш! — завелся Семен Ильич.

— Кроме того, его стремление завладеть богатством Патрикеева чересчур откровенно, — продолжала подливать масла в огонь Аида. — Он действует грубыми методами. Спаивает девчонку. Начал с алкоголя, а потом перейдет на наркотики. Нельзя же всех считать дураками. Люди скажут, наш пострел везде успел, а потом задумаются, чья у пострела «крыша». И тогда, сопоставив факты, можно будет о многом догадаться.

— Ты права. Ах, как ты права, Аидочка! — качал головой стратег-адмирал. — Мне тоже не нравилось, что он продолжает крутиться возле Танюхи, но так глубоко я не копал! Спасибо, что подсказала. Получит он у меня наследство! Ума немного, а туда же!

Ресторан оказался затерянным во дворах неказистой улочки с громким названием «Генеральская», и наверно поэтому был абсолютно пуст. Маленький, уютный зал в приглушенном, фиолетовом свете, восточный, лепной орнамент на стенах, подвесной потолок, с горящими полумесяцами, все это напоминало старую, арабскую сказку.

— Ресторан принадлежит моему другу, азербайджанцу, — пояснил Семен Ильич. — Он долго жил в Париже, а там есть на что посмотреть. Вот и нам решил подарить маленький кусочек мусульманского Парижа. Полюбуйтесь, с каким вкусом все сделано!

— Мы закажем хазани, — не заглядывая в меню, сообщил Сперанский. — Клянусь, что такой вкусной, нежной баранины вы никогда в жизни не пробовали. Они вымачивают ее в черносливовом соусе. Возьмем также несколько салатов и бутылочку кьянти. На десерт мороженое, с экзотическими фруктами. Вы не против?

— Я полагаюсь на вкус гурмана, — снова польстила она.

— Ах, Аидочка, мне бы сбросить сейчас годков тридцать! — Он подозвал официанта, сделал заказ и продолжил начатую тему: — Вы бы знали, какая промозглая ночь в сердце старого ловеласа, который может только хотеть, но уже совсем не способен мочь. Способность мочь — великая сила! — Его глаза постепенно наполнялись болотистой жижей, а на губах закипала пена. Словно невостребованная похоть выходила наружу из тайных закоулков дряхлого тела. — Женщин в моей жизни было так много, что я уже многих забыл. Кстати, последнюю мою пассию вы хорошо знали. — Он сделал паузу, чтобы она успела собраться с мыслями, и вдруг выдал: — Аидочка, за что вы убили Марину?

— Я? Бог с вами, Семен Ильич!

— Прекрасно сыграно! — Он беззвучно похлопал в ладоши. — «И не один мускул не дрогнул на ее милом личике». Так бы написали о вас в романе. Но я — не романист. Я занимаюсь более важными делами и поэтому обязан знать все. Конечно, милая моя, вы не способны убить! А с Мариной расправился ваш дружок, но ведь не без вашей подсказки? Что же случилось на самом деле? Ну же, смелее!

— Она меня шантажировала.

— Так я и знал. Эту стерву я давно раскусил. Почему же вы не обратились за помощью к Денису? Мы могли бы вам помочь. Дело-то касалось не только вас.

«И тогда бы весь компромат против меня оказался в твоих вонючих руках!» — Эту гневную тираду Аида оставила при себе, а вслух произнесла, с улыбкой:

— Как видите, я справилась сама.

— Я восхищен! У меня нет слов!

Слова появились, как только они пригубили по бокалу вина.

— У меня к вам дело огромной важности. С ним можете справиться только вы. Где еще найдешь такую красавицу и чтобы голова работала в нужном направлении? Аидочка, скажу без лести, вы — одна на полтора миллиона жителей этого города.

— Это преувеличение. — Она скромно потупила глаза.

— Клянусь мамой! — Он положил руку на печень, будто там находилась его мама. — В деле с Патрикеевым вы облапошили всех! И я до сих пор ни черта не понял, но, как говорится, у каждого повара свой секрет. Теперь, учитывая ваши способности, я хочу поручить вам очень сложную работу, которая потребует уйму времени и денег. Может пройти целый год, прежде чем мы достигнем какого-то результата.

— Я могу не справиться, — слабо сопротивлялась Аида. Она прекрасно понимала, что принятое им решение Непоколебимо, и когда он раскроет перед ней карты, ее отказ будет равносилен смерти.