Чтение онлайн

Лотти улыбнулась, прислушиваясь к веселому щебетанию. Кэнди Прайт руководила стайкой девушек, закреплявших веревки. Ее яркие каштановые волосы блестели при тусклом утреннем свете как мокрые осенние листья.

Кэнди была неофициальной предводительницей нью-бедфордских девушек. С виду ей никак не больше двадцати, а лицо у Кэнди просто хорошенькое, а по-настоящему красивое. Тонкие, плотно сжатые губы свидетельствуют о сильном характере. Лотти частенько подумывала о том, что эта стройная как тополек красавица может составить прекрасную партию для Джейсона Болта.

Только женщина, обладающая таким упрямым и твердым характером, как Кэнди, смогла бы держать в узде этого огромного самоуверенного нахала. И, может быть, так бы и случилось, не повстречайся она раньше с его братом Джереми.

Кэнди подошла к Лотти, как только та спустилась с лестницы.

– Спасибо, Лотти, что ты позволила нам сушить здесь вещи. А то у нас уже не осталось чистых полотенец, а больше негде их вывесить.

– И, кроме того, сегодня мы будем печь, – вставила Бидди Клум, встряхивая тонкое белоснежное белье и нащупывая в кармане передника прищепки. – Сегодня днем Шейла встречается в гостиной со своим кавалером.

Она сказала, что всех нас поубивает, если на пол будет капать вода с выставленных на всеобщее обозрение тряпок.

– А кто за ней ухлестывает на этой неделе? – смеясь спросила Лотти.

– Ну… – протянула Бидди, заморгав глазами с тонкими длинными ресницами, – конечно, мне бы не хотелось сплетничать, но…

– Жюль Хорн, – Кэнди спокойно прервала начатое Бидди представление. Но ты, Лотти, так и не сказала, куда собралась. Посмотри, снова пошел дождь. Возьми-ка мой плащ.

Кэнди подошла к куче плащей, наваленных девчонками в углу бара.

Наверное, их матушки скончались бы от позора, узнав, что девушки проводят время в салуне так запросто, как будто это их собственная гостиная. Хотя ни одна из девушек не появлялась здесь в часы работы заведения, когда зал заполнялся подвыпившими мужчинами, тем не менее любая добропорядочная мать семейства сочла бы невозможным терпеть такое безобразие. Леди не должны посещать салун и, конечно же, леди не могут одалживать свои плащи таким женщинам, как хозяйка подобного заведения.

Кто-то постучал у главного входа, и сквозь залитое дождем оконное стекло Лотти разглядела две темные фигуры. Она громко крикнула:

– Закрыто!

Но снаружи послышалось:

– Лотти, это я, Эрон!

Сердце Лотти подпрыгнуло в груди, и она поспешила впустить Стемпла.

– Эрон, – быстро заговорила она, открыв дверь, – я должна сказать тебе что-то очень важ… – она осеклась, увидев стоящего позади человека.

– Лотти, – начал Стемпл серьезным тоном, – позволь представить тебе моего племянника, Ишмаэля Маркса. Иш – это Лотти Хэтфилд.

Голубые глаза Лотти встретились с черными глазами Эрона, и тот заметил на ее лице тревогу. Женщина до сих пор не забыла тех двоих странных посетителей. Мужчины вошли в помещение, и Лотти уловила необычный и в то же время проницательный взгляд спутника Эрона.

Стемпл тихо сказал:

– Он начисто лишился памяти. Мы решили, что так будет лучше.

– Про… простите меня, – сконфуженно пробормотала Лотти, не зная, что еще добавить.

Она протянула руку, и Ишмаэль учтиво склонился над ней. Их взгляды снова встретились, и Ишмаэль едва слышно произнес:

– Эрон сказал, что вы все знаете.

– Я – да. Я видела вас.

– Тогда благодарю за молчание.

У него был какой-то необыкновенный рот с тонкими, но не чувственными губами удивительной формы. Верхние части изогнутых бровей и кончики странных ушей скрывались под черными и прямыми, как у индейцев волосами, которые никто не стриг по обычаю страны, где парикмахеры – большая редкость. Что касается всего остального, то своими повадками и худобой он больше всего напоминал кота. На пришельце были вылинявшие джинсы, темный свитер и темная шерстяная куртка. Когда Иш проходил мимо, Лотти заметила, что он прихрамывает.

Вдруг она ощутила, что в помещении повисла напряженная тишина. Лотти обернулась и встретилась с любопытными глазами девушек, разглядывающих гостей. «Сиэтл – городок небольшой, и уж такое странное существо, как Иш не может остаться тут незамеченным», – подумала она. Лотти перевела взгляд на орлиный профиль пришельца, затем снова на девчонок.

Молчание нарушил Стемпл. Он вышел на середину комнаты и объявил:

– Дамы, позвольте представить вам моего племянника Ишмаэля Маркса. Он прибыл в Сиэтл с востока и будет заниматься бухгалтерией на лесопилке.

Ишмаэль, а это – сераль Джейсона Болта.

Те, кто не знал, что такое сераль, рассматривали Иша с откровенным живым интересом, но Стемпл заметил вспыхнувшие в глазах Кэнди Прайт недобрые огоньки. Под предлогом того, что Ишу нужно познакомиться со всеми поближе, он отвел Лотти в сторону и спросил:

– Что ты собиралась сказать, когда мы входили? Кажется, ты говорила о чем-то важном?

Поодаль Ишмаэль вслушивался в гул смущенных девичьих голосов. Он слушал почтительно, внимательно и не только из вежливости, как порой ведут себя мужчины, привыкшие к женской болтовне, а проявляя неподдельный интерес к этой толпе незнакомок.

Лотти спросила:

– Что ты имел в виду, когда сказал, что Ишмаэль лишился памяти?

Стемпл покачал головой:

– Он был ранен. Я не знаю, как и почему. Этот парень не может вспомнить, как попал сюда и что привело его на Землю. Он не помнит ни откуда прибыл, ни того, что с ним произошло, ни своего имени.

Эрон оглянулся через плечо. Кэнди терпеливо и настойчиво пыталась выведать какие-нибудь сведения о прибывшем, а Ишмаэль осторожно выбирался из трясины, в которую его загнали бесчисленные вопросы девушек.

– Он очень легко адаптируется, – продолжал Стемпл, – и быстро учится.

Но все же я решил, что лучше будет сначала привести его сюда до того, как мы повстречаемся с более опытными и проницательными людьми, чем эти девчонки.

«Это так похоже на Стемпла», – подумала Лотти, не зная, радоваться ей или нет. Этот человек очень здорово научился манипулировать людьми и ситуациями в своих целях, зато теперь сможет использовать эти способности ради кого-то другого. Оставалось надеяться, что девушки будут очарованы загадочным темноволосым незнакомцем и не заметят его мелких промахов, а это должно помочь Ишмаэлю обрести уверенность в себе.