Чтение онлайн

В общем-то, след беглецов был потерян. Но восемнадцатая видела совсем немного вариантов. Выбор направления труда не составлял – допущение, что ломщик мог быть бирманцем, получалось нежизнеспособным, поэтому делать зарвавшемуся Мышу в Мьянме больше нечего. Направлений «отсюда» существовало только три: в Китай через горы (как раз те, из которых она только выбралась), в Индию или морем – куда угодно. Что-то подсказывало восемнадцатой, что ломщик выберет третий путь. А вот в этом случае конец маршрута по территории Мьянмы известен заранее – после Катастрофы здесь существовал только один порт, который до катаклизма располагался довольно далеко от моря. Магуэ.

Двигаться нужно было именно туда. Но сначала неплохо бы попасть в Мандалай – возможно, удастся найти какой-нибудь транспорт. Тем более что заказчики тоже советовали перебраться в Мандалай. Причины подобного решения они не объясняли.

«Состояние заказа».

Восемнадцатая, скривившись от отвращения к самой себе, выбрала закладку со словом «активен». Она все еще dd, заказ все еще ее проблема.

Она доведет это дело до конца и...

Не лги себе, ты же больше ничего не умеешь.

Заткнись!

Думать о том, что будет после, время еще не пришло. Сейчас нужно найти и уничтожить недоразвитое существо, назвавшее себя Мышом.

Это событие не стало новостью номер один. Некоторые каналы дали краткий сюжет о том, что авианосец Европейского Исламского Союза в сопровождении еще нескольких судов меньшего масштаба вошел в воды Бенгальского залива. Об этом говорили в утренних новостях. А вечером, не снимая из нарезки сюжет про флот ЕИС, в новостях сообщили о прибытии в ту же акваторию Мирового океана нескольких судов под флагом Конфедерации Католического Вуду.

Аналитики новостных каналов не делали поспешных выводов о причинах присутствия в водах Бенгальского залива эскадр двух крупных государств. Все словно бы чего-то ждали. Высказывались предположения о каких-то совместных учениях, слухи о которых то подтверждали, то опровергали военные чины из Европы и Америки, но все это явно было не более чем разговорами: чины, говорившие о причинах передислокации судов, имели должности смехотворные, и их высказывания ставили цель поскорее избавиться от дальнейших расспросов репортеров. Информацией делиться никто не хотел.

Райн Тайн, пристально следивший за новостями последние несколько дней, хотел верить в то, что знает чуть больше тех, кто эти новости готовил к выпуску. Хотел, но понимал, что всего лишь успокаивает себя – о том, что творилось на территории вверенной ему страны, он, по сути, не знал ничего. Единственное, что он понимал совершенно точно: в Бенгальский залив не прибывали эскадры поднебесников и индусов только потому, что ни тем, ни другим не было нужды добираться до Мьянмы морем. Индусы официально, с его личного президентского разрешения, уже неделю что-то искали на севере. Китайцы неофициально, но не менее пристально, искали что-то там же, только несколькими днями раньше. Если судить по тому, что поднебесники вроде бы несколько дней не появлялись, да и у индусов поубавилось бравады, можно предположить, что приз уже находится на территории Народной Республики.

– Мы сделали официальный запрос в военные ведомства Исламского Союза и Конфедерации, – сообщил министр обороны.

«Настоящий фарс, – подумал Райн Тайн. – Министр обороны есть, но нет никакой обороны. На самом деле хватит одного авианосца, чтобы захватить всю Мьянму целиком. Много времени не потребуется – сколько там нужно, чтобы штурмовой вертолет добрался от берега до северных границ? Конечно, партизаны тут же поднимут сопротивление в провинциях. Но они всегда воюют, это их обычное занятие. Впрочем, бессмысленное и бесперспективное при любом раскладе».

Армия Мьянмы существовала в основном для внешнего вида, для украшения страны. Ну, или потому, что во все времена было принято, чтобы у государства – настоящей державы – имелась собственная армия.

– И что они говорят?

– Ответ краткий и невразумительный. Сообщили о необходимости конвоирования судов, выходящих из Магуэ.

– Для этого нужны авианосцы?

Министр обороны, плотный и обильно потеющий мужчина, хмыкнул, скривив губы, и пожал плечами.

– Это все отговорки. К тому же – совершенно неаргументированные. Им наплевать на наше мнение. Да и вообще на чье бы то ни было, – заявил Президент. – Объясните мне, почему весь мир вьется вокруг наших северных территорий, а мы живем здесь, управляем этой страной, но ничего не знаем о причинах суматохи?

Впрочем, ответ Райн Тайн знал и сам. Этой страной никто из сидящих сейчас в кабинете Президента на самом деле не управлял. Они все только делали вид. Министр так называемых финансов еще надувал щеки. Страна, никогда не бывшая единым целым, сейчас стремительно разваливалась на куски. Не нужно никаких сепаратистских настроений в условиях, когда власти почти ничего не знают о том, что происходит за пределами столицы.

– У нас имеются некоторые результаты, – голос произнесшего эти слова прозвучал тихо, но все его услышали.

– Доложите о них после совещания, – резко отдал указание Райн Тайн. Он не желал делиться информацией со всем кабинетом министров – нет никаких сомнений, что по меньшей мере половина из них работает на индусов. Не зря же Лал приезжал сюда лично. Впрочем, вторая половина, скорее всего, активно осведомляет каких-нибудь китайских агентов, которых в Нейпьидо тоже немало.

Человек, который сообщил об имеющихся новых данных, был министром сельского хозяйства. Он ничего не знал. Он лишь был в курсе, у кого следует спрашивать – сельское хозяйство до сих пор было основной отраслью в Мьянме, и люди из этого ведомства имели наиболее тесные контакты с народом.

Райн Тайн в который уже раз задавал себе вопрос: для чего он пытается вытянуть Мьянму из глубокого и полного коллапса. Для кого? Государство ради государства? Бывало уже такое, и не раз. Мьянма оставалась независимой и самобытной страной. Слишком уж самобытной. Только каждый раз сохранение этой самобытности обходилось каждому третьему жителю самым дорогим, что у него было, – жизнью. Государство складывалось из людей, а не из правительства и армии.

Зомби с пустыми глазами, бредущие по пыльной дороге...