Иорич
Шрифт:
Вернувшись в свой номер, я нашел записку от Киеры — она сообщала, что у нее есть для меня новости. В ответной записке я попросил придержать их день-другой — у меня просто не было времени ни на что, кроме как следовать за Десаниек.
Можно я не буду повторять, как это больно — просто ходить? Вам вряд ли понравится подробное описание, а мне совершенно не хочется об этом вспоминать. Замечу просто, что я много раз висел у кого-то на хвосте, и никогда это не давалось столь тяжело.
Следующий день был точной копией предыдущего, только после работы Десаниек отправилась в другое заведение, где ужинала вместе с иоричем, который, вероятно, был ее любовником — по крайней мере, они явно очень хорошо друг друга знали, и он проводил ее домой и остался там. Они шли другой дорогой, более живописной. Кажется, далеко не в первый раз.
Следующий день — никаких любовников, никаких джарегов на хвосте, и маршрут номер один, мимо одной из моих любимых булочных, что еще больше раздражало.
Когда на следующий день повторилось то же самое, я начал злиться, о беспокойстве уже не говорю.
«Что я упустил, Лойош? Им нужно убрать Десаниек и сделать это так, словно во всем виноваты выходцы с Востока. Чтобы сделать это, им нужно точно знать ее действия. Почему их там нет?»
«Может, они и есть, только ты их не видишь.»
«Невидимость? Возможно. Но кто-то мог бы заметить, что рядом проходит невидимка. Я бы подумал…»
«Я о другом, босс. Она-то не джарег. И, вероятно, на ней нет защитных чар.»
«Ты о чем?»
«Может, они за ней следят с помощью волшебства?»
Я сплел вместе несколько моих любимых проклятий. Жаль, не запомнил точную формулировку, потому что получилось очень поэтично.
«Босс?»
«Это жульничество.»
«Э, босс…»
«Знаю, знаю. Меня бесит, что я о таком не подумал.»
«Для этого есть я.»
«И ты никогда не позволишь мне об этом забыть, и от этого я тоже в бешенстве. Так, ладно, должен быть способ узнать это. Нет, сами мы такое не поднимем, придется звать на помощь.»
«Морролана или Сетру?»
«Да. — И пока он не ввернул чего-нибудь едкого, я спросил: — Куда будет легче добраться?»
«Морролана ты можешь позвать к себе, а не переноситься туда самому.»
«Угу, правильно замечено.»
Сделав очередной крюк, я добрался до Дворца и вошел через крыло Дракона, в одни из тех дверей, что предназначены для знатных особ. Прямо перед входом стояли два стражника при полном параде; не знаю, считается у драконов этот утомительный пост — полдня стоять по стойке смирно — честью, или наказанием, — но в любом случае я изобразил полнейшее безразличие и просто шагнул через порог. Будет весело.
За столом сидел сержант. Я знал, что он сержант, потому что узнал шевроны на униформе, ну а стол всегда стол. За столом всегда кто-то есть, даже если это обычный универсальный стол, исполняющий функции письменного.
Ты сидишь за столом — и все думают, что это твое рабочее место, и что работа у тебя связана с активным использованием мозгов. Такая вот странная, особенная важность. По мне, стол должен быть у каждого — сядешь за него, и сразу ощущаешь свою значимость.
У императрицы стола нет. И у Морролана нет. И у Сетры. Они персоны значительные, мягко говоря. У меня, когда я заправлял территорией в Доме Джарега, стол был. Теперь нету. Что из этого следует, сами решайте.
Я подошел к сержанту и проговорил:
— Я граф Сурке. Вот моя печать. Мне нужен дежурный офицер.
Сержанту я не понравился: подобный тон ему полагалось выслушивать лишь от тех, у кого стол побольше. Но имперский титул кое-что значит в армейских кругах, поэтому он кивнул и, как бы это ни было для него мучительно, сказал:
— Да, мой лорд, разумеется. Флипс, проводи господина графа в дежурку.
Тип, который слишком много времени тратил на поддержание прически, ответил «конечно, милорд», поклонился и проводил меня дальше по коридору, остановился у первой двери, хлопнул в ладоши, дождался ответа и распахнул дверь передо мной. Я вошел в комнату — там тоже стоял стол, за которым сидела женщина. Стол у нее был больше, чем у сержанта.
Повторив церемонию представления, я промолвил:
— Необходимо, чтобы лорду Морролану доставили срочное известие. Я желаю встретиться с ним здесь. Найдите мне отдельные покои, где я мог бы его подождать, и сообщите ему, что я тут.
Ей также не понравился мой тон, но как говорят драконы, приказ есть приказ.
— Да, мой лорд. — Она достала лист бумаги и что-то черкнула на нем пером, которое извлекла из стакана в форме головы дракона, потом приложила печать и поднялась. — Соблаговолите пройти со мной.
Не люблю всякий раз давить авторитетом. Но иногда, кое с кем, можно повеселиться.
Она провела меня в небольшую уютную комнату, увешанную батальными полотнами; некоторые были до ужаса реалистичными. Масса крови. От такого не расслабишься. Ни вина, ни закусок мне не предложили, и час спустя я уже негодовал по этому поводу. К счастью для всех, ждать заметно дольше часа мне не пришлось. За дверью раздался хлопок в ладоши, и я узнал Морролана прежде, чем Лойош что-либо сказал. Возможно, в другое время это и насторожило бы меня.
Я встал, впустил его и закрыл за ним дверь.
— В чем дело?
Такой уж Морролан, сама приветливость.
— Стражники, что стоят у входа в крыло — это у них наказание или поощрение?
— В чем дело? — повторил Морролан.
Ладно, наверное, это знание для меня не предназначено.
— Мне нужно кое о ком узнать, — сказал я. — Ее имя Десаниек, она…
— Так зовут судью, которая руководит следствием по Тирме от имени ее величества.