Чтение онлайн

Нам одновременно загорелся зелёный.

– Стойте, стойте!
– заорала я.
– Остановите машину!

– На перекрёстке?
– недоверчиво переспросил водитель.
– Не думаю, мисс.

– Тогда остановитесь, где будет возможно.

Он смог припарковаться только футов через тридцать. Всё это время я провела, уткнувшись носом в заднее стекло. Я наблюдала, как женщина с детьми переходит улицу, а Марк с улыбкой смотрит на них.

Как только такси остановилось, я с нетерпением рванула ручку двери.

– Мы ещё не приехали!
– прокричал водитель.

– Да, да, я знаю.
– Я нетерпеливо махнула рукой и, попросив его подождать, побежала назад к перекрёстку. Он что-то кричал насчёт того, что остановка здесь запрещена, но я, занятая лавированием в людском потоке, неслась вперёд.

Загорелся красный.

Но остановил меня не он.

Женщина отпустила шарфы. Дети побежали к Марку. Он ловко подхватил их на руки и закружил. Они весело смеялись. Женщина перехватила у него девочку, а затем… затем…

Неееет!!! Жену брата так не целуют!

Я отказывалась верить своим глазам. На какой-то момент возникла спасительная мысль, что я обозналась, и мужчина – вовсе не Марк. Но тут он прервал поцелуй и ласково провёл по лицу женщины. Я узнала этот жест! Несколькими часами ранее он делал тоже самое, целуя меня на прощание.

Словно налетев на бетонную стену, я замерла у самого края дороги. Мне казалось, что глаза сейчас выскочат на асфальт - туда, куда на секунду раньше приземлилось моё сердце. Это не могло быть правдой. Он не мог так поступить. Это был какой-то дурной сон.

Взяв детей за руки, они поднялись по ступенькам ярко-освещённого магазинчика. Марк открыл дверь, запуская их вовнутрь. В последний момент он что-то почувствовал, потому что, перед тем, как зайти, обернулся. Его взгляд скользнул по спешащим по тротуару людям, потом переместился вдаль, на противоположную сторону, где стояла я.

Он увидел меня! Я готова была дать голову на отсечение, что увидел. Но никакого узнавания в его глазах не было. Ни один мускул не дрогнул на красивом лице. На долю секунды задержавшись на мне, серебристый взгляд скользнул дальше.

Я была для него одной из толпы. Пустым местом, не стоящим внимания.

Потрясённая, я наблюдала, как он входит в магазин и закрывает за собой дверь.

Всё.

Второй раз меньше чем за сутки у меня случился провал в памяти.

Я не помню, как дошла до такси. Не помню, что говорил водитель. Мы куда-то ехали, потом он, просунув руку в своё маленькое окошечко, принялся трясти меня за плечи.

– Мисс, мы приехали. Слышите, мисс?

– Что?

– Я говорю, приехали. Сорок четвёртая восточная. Этот дом вам нужен?

– Я… я… не знаю… наверное.

Я с удивлением смотрела на свои лихорадочно трясущиеся руки. В голове гудело, язык отказывался говорить. Я почувствовала, как одновременно с сердцебиением у меня закружилась голова. Я начала заваливаться набок.

– Эй, эй, дамочка!
– закричал таксист.
– Не смей блевать! Я только что сделал химчистку салона.

Его грубость немного меня отрезвила. Я снова села прямо и, опустив голову между колен, начала делать глубокие вдохи.

– Вот так, умница!
– подбадривал меня водитель.
– У меня здесь недавно одна чуть не родила, так вот так же дышала. Вроде помогло, успели до госпиталя. Ты часом не беременна?

«Упаси бог», - подумала я про себя

Попросив водителя подождать, я вышла из машины и на негнущихся ногах пошла к дому. Поднявшись на четвёртый этаж, я довольно быстро нашла нужную дверь. Волшебный шар лежал у меня в сумке – в той жизни, которая только что закончилась, мне хотелось держать его поближе. Достав шар, я поставила его около двери. Ключ я положила под него.

Быстро сбежав по лестнице, я вышла из дома и, закрыв за собой дверь, села в такси.

– В аэропорт.

– В какой из трёх?

– В тот, откуда улетают в Канаду.

Зализывать раны я отправилась в Квебек.

Вселенная постоянно напоминала мне о тебе.

«Интуиция», 2001г.

Жалости к себе я предавалась ровно месяц. Правда, в течение этого месяца редко оставалась одна.

Если тебя преследуют плохие воспоминания, надо постараться заменить их хорошими. Моими хорошими воспоминаниями стало общение с родными. Я запретила себе думать о произошедшем, сосредоточившись на своих близких.

Бабушке уже было под восемьдесят, и я с удовольствием помогала ей по дому. Мои тёти и дяди, кузены и кузины, и даже парочка двоюродных племянников, появившихся за последние несколько лет – все требовали моего внимания. Читай книги на Книгочей.нет. Поддержи сайт - подпишись на страничку в VK. К Новому году мне на выручку прилетели родители. Мама дипломатично не упоминала о том, что произошло в Нью-Йорке. Я же упорно старалась не выводить разговор на болезненную для меня тему.

Но стоило мне остаться наедине с собой, как всё возвращалось. Мысли, что я гнала от себя в течение дня, образы – стоило мне лечь в постель и закрыть глаза, как всё это прорывалось. Будто каждый вечер я ковыряла едва успевшую зажить за день болячку.

Не сожалеть у меня пока не получалось.

Не сразу, но мне удалось убедить себя, что ничего плохого со мной не случилось. Я даже позволила себе иронизировать: в конце концов, не я первая, не я последняя. Конечно, для семьи, в которой я выросла, измена – событие из ряда вон выходящее. Но если мужчина захотел изменить жене, жалеть нужно вовсе не ту, с кем он это сделал.