Инок
Шрифт:
Собрав волю в один-единственный кулак, метр за метром обследовал захлопнувшуюся подземную ловушку в поисках, возможно, даже не существующего выхода. Сохранять самообладание в сложившейся ситуации оказалось чрезвычайно сложно.
«Так, спокойно, из каждого положения всегда есть три выхода». Словно заклинание, без устали твердя про себя одну-единственную фразу, наконец, нашёл, что искал.
Источник, который столько раз придавал людям силы во время их каторжного труда в подземелье, вытекая из-под камня в противоположном углу пещеры, тоненькой струйкой бежал вдоль стены и вырывался на свет через узкое отверстие в скале, совсем рядом.
Узким проход оказался только в самом начале. Далее, с каждым метром, он делался всё шире и шире. Осторожно спустившись к тому месту, где ручей должен выходить наружу, Серёга действительно обнаружил там отверстие.
Схватив валявшуюся неподалёку кирку, без промедления принялся за дело. После пяти минут непрерывной работы лаз оказался пригодным для того, чтобы через него с трудом, но всё-таки мог протиснуться человек. Заглянув внутрь проёма, чуть было не вскрикнул от радости. Где-то далеко, в самом конце тоннеля, брезжил едва различимый лучик света. Сознание не обмануло. Сам не помня себя от радости, он вдруг заорал что было сил: – Скорее! Скорее все сюда! Здесь выход! Вода укажет нам путь к свету и спасёт в очередной раз!
С трудом протиснувшись в узкий проход между камней, пополз наружу. С каждым вновь пройденным метром ползти становилось всё легче, а дышать всё свободнее. Тоннель делался шире, а воздух чище.
Минут через десять, когда узник выбрался на свет, он увидел бегущих навстречу людей и понял, что это спасение.
«Уже совсем скоро, они вытащат оттуда всех живых, а затем и мёртвых. Да. Сейчас я, пожалуй, прошёл своё первое испытание до конца». Больше Серёга уже ничего не помнил.
Глава 2
Вадим негодовал. Он готов был просто лопнуть от злости. Птичка выскользнула из его клетки.
«Как?! Почему?! Кто это был?!» Эти и ещё многие вопросы не давали покоя ни днём, ни ночью.
«Неужели Сергей остался в живых? А возможно, и ещё кто-то. Нет, не может быть». Сидевший в кресле человек гнал прочь от себя так ненавистные мысли.
«Нужно срочно во всём разобраться и расставить, наконец, все точки над „и“, пока дело не зашло слишком далеко. Для начала как следует поработать с его бабой. Пугать, наверно не стоит. Всё равно бес толку. Пугана уже предостаточно. Вот чёрт. Что же делать? Стоп. Кажется, есть выход».
В лаборатории, где работала Таня, у Вадика была подружка. И сейчас он быстро набирал по памяти номер её телефона.
– Алло, Настенька. Привет, дорогая. Дело к тебе очень важное и не терпящее отлагательства.
– А что за дело?
– Сейчас всё скажу, одну минутку. На заводе у вас работает Татьяна Николаевна. Знаешь такую? Вот и отлично. А дело-то, собственно, пустяковое. Нужно, как бы тебе это лучше объяснить, ну, в общем, поговорить с ней. Очень деликатно, но вместе с тем убедительно попросить, чтобы забыла обо всём, что произошло за последние несколько месяцев.
– А что случилось-то?
– Настя, ты извини, конечно, но разговор не телефонный. Если интересно, то потом всё объясню. В долгу, безусловно, не останусь. Ты знаешь ведь. Главное, растолкуй женщине доходчиво, что молчание ей же самой и выгодно. А если не замолчит, то я найду способ, как рот болтливый заткнуть.
Мужчина весело рассмеялся прямо в телефонную трубку, переведя разговор в шутку.
– Ну, пока. Я тебе перезвоню.
После этого весёлая гримаса сразу исчезла с лица говорившего. То, что после подобного разговора с начальницей, Таня всё простит и сразу обо всём забудет, слегка смахивало на небылицу. Но сейчас обидно было даже не это. Вадима бесило, что он в первый раз в жизни по-настоящему боялся. Испугался каких то ничтожных людишек только за то, что они не стали пресмыкаться и не сломались от первого его натиска. Видавшего виды «бизнесмена», приводило в неистовую ярость и одновременно с этим бросало в холодный пот от того, что на поверку он оказался не таким уж и крутым, что ему, Вадиму, в принципе, возможно проломить голову или всадить нож в спину, как и всем остальным. А это, несомненно, было уже несправедливо, потому как он, Вадим, умирать вовсе не хотел.
«Нужно продумать запасные варианты. Срочно предупредить ментов. Петрович поможет, если захочет, конечно». Сидящий отыскал в записной книге нужный телефон и набрал номер начальника местного отделения милиции.
– Алло, Петрович, как дела, дружище? Узнал, говоришь? Разговор есть, но не телефонный. Сможешь принять?
– Принять смогу. Помочь – не знаю. Давай к шести. Вот и хорошо. До встречи тогда.
В трубке послышались короткие гудки.
«Вот сволочь. Корчит из себя, сам не знает кого. Гавнюк недоделанный. Забыл, как ещё вчера парашу ложкой хлебал. Забыл, кто его в люди вывел».
Человек зло бросил трубку.
Утром Таня проснулась раньше обычного. Спать уже не хотелось. Женщина не спеша позавтракала и вышла на балкон. Свежий аромат теплого весеннего утра ударил в лицо. Не в силах зайти обратно, так и простояла там минут пятнадцать, не шелохнувшись и вдыхая полной грудью воздух, наполненный сладким запахом цветущей сирени.
Наконец спохватившись, вернулась в комнату. Пора будить Артёма.
Вскоре, проводив сына и наспех собравшись, вышла на улицу.
На работу шла хорошо знакомой дорогой по сонным улицам только-только пробуждающегося города. Солнце ласково пригревало в щёку. Но мир вокруг уже не казался таким уютным и доброжелательным, как ещё десять минут назад. С плохо скрываемой ненавистью смотрела она на проносящиеся мимо дорогие автомобили и зло цедила сквозь зубы:
– Ублюдки! Мешки, набитые дерьмом! Считаете себя центром вселенной. Думаете, что вам все можно.
Женщина даже не подозревала, скольких хороших людей она назвала в процессе своего диалога не совсем хорошими словами. Сейчас, ей до этого дела не было. Эмоции, в очередной раз брали верх над разумом.