Инферно
Шрифт:
– Разбилось стекло, пока я его чистил.
Его мама вздохнула.
– Николас Амбросиус Алойсиус Готье…
Ооо, она назвала его полное имя данное при крещении. Это всегда было плохим знаком.
– Ты пытаешься сократить мне жизнь, так?
– Да нет, мам, - на самом деле, он делал все, чтобы она прожила до старости.
Его будущее путешествовало во времени ради этого.
Зарычав на него, она перевела взгляд на Кейси.
– Привет, Кейси. Прости. Я не игнорировала тебя. Я просто волновалась за своего мальчика… чем я в последнее время только и занимаюсь, - она улыбнулась, но улыбка не достигла ее голубых глаз. – Ты должен был меня предупредить, что придешь с компанией, Страшилка.
– Я не знал. Прости. Она подобрала меня с работы и довезла до дома, и я решил, что ты захочешь познакомиться, учитывая твое странное отношение к таким вещам.
Его мама сузила глаза, затем повернулась к Кейси.
– Я так понимаю, у тебя есть права?
– Да, мадам. Я сдала блестяще.
Ее взгляд стал тяжелее.
– Сколько ты водишь?
– Несколько месяцев.
– И ты чувствуешь себя достаточно уверенно, чтобы перевозить других подростков?
Раскрыв рот, Кейси посмотрела на него.
Ник поднял руки защищаясь.
– Я тебя предупреждал, что она играет в «Задай тысячу вопросов».
Наконец, улыбка появилась на лице матери.
– Я просто шучу, Кейси. Прости… Так чем занимаются твои родители?
Кейси немного расслабилась.
– Мой отец хирург, а мама филантроп.
– Кто? – спросила мама.
Ник наклонился вперед и громко зашептал.
– Это кодовое название у богатых людей, Ма. Значит, что у них так много денег, что они ищут способы отдать часть их.
Ее челюсть упала, затем она повернулась к Кейси.
– Это правда.
Кейси скривила лицо от неудобства.
– Вроде как. Но она своей работой помогает многим хорошим организациям… включая Благотворительную Организацию Католиков.
Это успешно полностью изменило поведение его матери. Чирайз Готье была ярым защитником веры и церкви.
– Это чудесно. Как прекрасно и благородно с ее стороны.
– Да, мадам.
– Ну, мне нужно пойти проверить не сожгла ли я гамбо. Не хочешь остаться на ужин?
Ник съежился от этого вопроса. Хотя ему нравилась Кейси, но иногда она заставляла его чувствовать себя очень неудобно.
Но в кои то веки, Кейси дала ему отсрочку.
– Спасибо за предложения, Мисси Готье. К сожалению, мне нужно выполнить много домашней работы. Было очень приятно с вами познакомиться.
– И мне тоже, - мама направилась в кухню.
Оставшись наедине, Ник впал в свою обычную неловкую молчаливость.
Она сморщила нос.
– Не волнуйся, милый. Все хорошо. Мне очень понравилась твоя мама. Она отличная, - встав на носочки, она поцеловала его в губы. Затем отодвинулась и закусив губы рассматривала его тело голодным взглядом. – Завтра ты будешь принадлежать мне, Ник, и после работы и тренировок, мы по-настоящему повеселимся.
Прежде чем он пришел в чувство, она ушла.
Целую минуту Ник стоял в полном оцепенении. Что происходило? Его засосало в альтернативную вселенную или что?
Плевать, что было с ним… это должно быть знамение Апокалипсиса.
Ладно, он собирался встретить свою смерть. И это будет приятная смерть. И она придет из рук главы чирлидеров.
Глава 6
Игнорируя мужчин, которые повернулись, чтобы пялиться на нее, Зарельда прогуливалась между столиками с людьми в Кафе Ду Монде, пока не обнаружила в дальнем углу Грима, поедающего выпечку. Она села на пустой стул напротив него.
Он жестом указал на вторую кружку кофе ау лайт напротив него.
– Взял на себя смелость заказать для тебя.
От его щедрости она нахмурилась.
– Без обид, но я лучше закажу сама. Только дураки принимают участие в том, что предлагает Смерть, а моя мать утопила всех ее глупых детей.
Он расхохотался.
– Ты мне не доверяешь?
– Ни капли. Я знаю тебя слишком долго, - она помахала рукой официанту, и заказала свой напиток и бейгнеты.
Когда официант ушел, Зарельда оглядела полный зал кофейни от покрытых сахаром немного потрепанных стульев до столов, на которых было разбросано еще большее количество сахарной пудры.
Хотя большая зона, в которой они сидели была покрыта навесом в бело-зеленую полоску, туда все еще могло проникать разное, от пыли… до насекомых, не говоря уж о птицах, которые прыгали между человеческими и металлическими ножками в поисках крошек.
Она приподняла бровь, глядя на Грима.
– Не могу представить тебя частым гостем в таком месте, учитывая твой страх бактерий и грязи. И к тому же, твое отвращение к людям, которые дышат.
Он достал большую бутылку антисептического средства Пьюрелл из кармана и поставил напротив нее.
– Лучшее изобретение со времен туалетной бумаги. Если не считать того, что оно уничтожает невидимые штучки, которые убивают людей… эта часть отстойна для меня, но могу сказать, я обожаю его использовать. Может, оно и не спасает мне жизнь, но помогает не сойти с ума… вот как сейчас.
И только сейчас она заметила, что Грим покрыл всю поверхность стола белыми бумажными салфетками, без единого просвета.
– Мне кажется странным, что Смерть такой гермафоб.
Он пожал плечами.
– Просто потому что я знаю сколько людей каждый год умирают от бактериальных инфекций из-за не доготовленной еды, и отсутствия навыков базовой гигиены.
– Но ты бессмертен.
Он скривил рот.
– Не оправдывает нечистоплотность. Я может и иммунен, но я все равно не хочу касаться человеческой грязи, или чтобы она касалась меня, не говоря уж о том, что я ем.
«Мне не выиграть этот спор,» - в этом вопросе у Смерти была четкая позиция.
Безумная, но четкая.
Грим вытер рот.
– Ну и как твоя миссия? Надеюсь, лучше.
– Твой маленький трюк с девушкой было то, что нам нужно было, чтобы подтолкнуть его, с чем тебя и поздравляю.