Чтение онлайн

–  Так я ж и говорю, - обрадовался новым заинтересованным ушам Абрамов. Ему явно хотелось посоветоваться: - Мне завтра доклад делать, а я не знаю, чего рассказывать.

–  Правду! И ничего, кроме правды!
– уверенно постановил Петя.

–  Прямо так и сказать, что я торговал по предсказаниям?

–  По каким еще предсказаниям? Из новостной ленты, что ли?

–  Да нет. Хотя тоже идея - можно всем сказать, что я по новостям торговал.

–  А как на самом деле-то?

Старик, видимо, оказавшийся уже в курсе рассказа Абрамова, отвернувшись вполоборота, наблюдал за шумной компанией игроков на соседней дорожке.

–  Сообщения мне стали приходить, ясно?
– раздраженно ответил Абрамов, ожидая, видимо, что его немедленно поднимут на смех.

–  Не понял.

–  Чего тут непонятного? Сижу я во вторник за компьютером. Вдруг всплывает такая рамочка, а внутри написано… не помню уже точно, но цифры там были очень похожие на цену акций РАО ЕЭС, только процента на три ниже текущей. Потом где-то через час еще одно сообщение - цифры другие, но близкие. Ну, я сначала-то внимания не обратил, думал, опять шиловские шутки. А вечером - ба-бамс! По «райке» пошел залив, и цена почти на четыре процента упала. Потом, правда, быстро назад вернулась, но главное, что дошла до того уровня, который в сообщении был написан, даже ниже немного. Я подумал, что если б я зашортил «райку», когда сообщение получил, то был бы уже в шоколаде.

В четверг включаю комп, а он только загрузился - и давай мне выводить на экран такую же фигню, как во вторник, только с новыми цифрами. Текущая была 7,44 рубля, а в сообщениях от 7,15 до 7,20. Ну, я думаю, была не была. Не сразу продал, а поставил на всякий случай условную заявку, типа, если действительно вниз пойдет, так я на этот раз не прогадаю.

В общем, заказал - продать, если цена опустится ниже 7,41, потом добавить к продаже после 7,39 и третью заявку - «перевернуться», то есть купить в два раза больше проданного по 7,20.

На этот раз долго ждать пришлось, я уж думал, не сработает. Хорошо хоть заявки не снял. Но плохо, что побоялся ниже 7,20 переворачиваться. Под вечер опять все пошло по тому же сценарию. В один момент цена «сквизом» вниз - за пять минут до 7,10 дошла, а потом так же быстро обратно. Вот и считай: по 7,40 в среднем я продал «райку» «в шорт», потом по 7,20 закрыл эту «позу»[11] и встал «в лонг» на такой же объем. По 7,37 нервы не выдержали - все закрыл и вышел в «кэш». Вот так я на первое место и попал. Ну и чего посоветуешь? Рассказывать мне завтра про это дело на докладе?

–  Расскажи!
– с серьезной миной пошутил Петя, представляя себе реакцию трейдеров на такой результат очередного розыгрыша наивного Абрамова. В том, что таинственные сообщения являются звеном очередной технической шутки, он не сомневался ни секунды.

–  Я никому пока не говорил, думал, смеяться будут, а теперь вот тоже думаю, что надо рассказать как есть, - обрадовался поддержке их абсолютный лидер.
– Я понимаю, что такого не может быть, но давайте тогда все вместе и разберемся в чем секрет, правильно? Пусть Уваров посмотрит, откуда эти сообщения появляются. Я же, если честно, в компьютерах не силен…

Утро вторника явилось дождливым напоминанием о том, что не за горами осень. Сегодня по дороге на работу, привычно трясясь в метро, Петя неожиданно для себя подумал, что надо бы купить машину. Почему-то, даже когда он имел стабильную работу в банке, такие мысли ему в голову не приходили, а тут на тебе - при весьма туманных перспективах такие затратные планы. Уж не последние ли успехи в трейдинге вдохновили его на мечты о сытой жизни? «Эк, тебя, братец, мотает: от "все пропало!" до "жизнь удалась!"», - хмыкнул внутренний голос. «Молчи, дурак. Я, может быть, новую жизнь начинаю», - грубо, но с улыбкой отозвался Петя.

Антон встретил его радушно. Было видно, что он действительно рад видеть соседа и коллегу, сразу в нескольких смыслах этого слова. Вчерашний разговор расколол и разметал образовавшуюся было корку льда в их отношениях, которые изначально на интуитивном уровне приобрели дружеский характер, но позже подверглись испытаниям женскими чарами. «No women, no cry», - пропел Петя, и ответно улыбнулся Антону.

–  Ну и как боулинг? Стоит из-за него напрягаться и лезть в тройку?
– поинтересовался тот.

–  Да ничего особенного. Нормально порезвились. Но сейчас будет веселее. Послушай, что сегодня наш Абрамыч будет на «политинформации» рассказывать, не пожалеешь. Шилов съест свою футболку, когда узнает, чем обернулся очередной его прикол, - пообещал Петя.

–  Какой прикол? Я ничего не знаю.

–  Ну, вот и узнаешь.

Однако услышать повторение уже знакомого Пете рассказа Абрамова Антону не довелось. Пришедший, как обычно, «на доклад» Шеф, который, по-видимому, с полной серьезностью относился к идее создания корпоративного духа, смотрел то на часы, то на пустой отсек Абрамова и неслышно ругался. Когда до открытия торгов оставалось пять минут, он молча встал и ушел, даже не оставив Гожину своих обычных распоряжений насчет опоздавшего.

Впрочем, это было бы бесполезно, поскольку еще через пять минут позвонила бабушка Абрамова и сквозь слезы сообщила подошедшему к телефону Гожину, что Кирилла сбила машина. Подробностей узнать не удалось, поскольку она, разрыдавшись, сразу положила трубку. Никто не ответил на звонки и позднее, когда трейдеры, поочередно набирая записанный в анкете Абрамова номер телефона, пытались дозвониться к нему домой, чтобы узнать хотя бы степень тяжести его состояния.

–  Она так рыдала, что такое ощущение, что его насмерть сбило, не дай Бог, конечно, - в который раз повторял Гожин во время перекура.
– Только я одного не пойму, со сколькими бабками Абрамов живет?

–  Он говорил, что у него в Москве кроме бабки никого нет, с ней и живет.

–  Ага, только в прошлый раз, когда он заболел, голос был другой, сто процентов. Этот явно помоложе, даже через рыдания было понятно…

–  Точно, Абрамов у нас теперь почти олигарх, вот он старую бабку выгнал и взял себе помоложе!
– пошутил Шилов.

–  Нет, мужики, шутки шутками, а, может так получиться, что мы и правда Абрамыча больше не увидим. По-любому после аварии можно долго в больнице проваляться.