Чтение онлайн

– Это задевает мои чувства, Маркус, ведь ты же хотел этого. Думаешь, я не знаю, что ты пытался рассмешить меня в течение стольких месяцев, что я даже не берусь сосчитать. А теперь, когда тебе это удалось, ты разозлился. Странный ты какой-то.

Маркус отнюдь не был странным, просто его охватило отчаяние. Ему необходимо было отсюда выбраться. Паула и ее заигрывания способны положить конец всему. Его могут убить. Надо уходить отсюда, возвращаться на курорт. Он решил сделать это той же ночью, но добрался только до библиотеки и зала переговоров Доминика, расположенных внизу.

Маркус осилил этот путь, тяжело дыша, кожа его покрылась испариной от напряжения, но настрой был решительным. Доминик так ни черта ему и не рассказал. Необходимо выяснить, что произошло. Вспотевшей ладонью он взялся за ручку двери и замер. До его слуха донеслись громкие слова Делорио:

– Жаль, что ирландский мешок с дерьмом не подох. И голос Доминика, негромкий и спокойный:

– Маркус спас мне жизнь. Кстати, в тебе тоже есть немного ирландской крови.

– У Маркуса были на то свои причины, это точно. Так или иначе, чего ты хочешь? Ты обращаешься с ним так, как будто он тебе важнее собственного сына. Боже, если бы мне посчастливилось стрелять в него, он оказался бы в аду, не успев коснуться земли!

Маркус отпрянул от двери. Он и не подозревал, что Делорио так ненавидит его. Интересно, может ли Делорио помешать ему, создать настоящую проблему, о которой стоит волноваться. Бог видит, что у него и так хватает забот, и вот теперь это гневное признание двадцатипятилетнего человека, чья новоиспеченная жена всего каких-то четыре часа назад предоставляла свой рот в распоряжение Маркуса.

Он поплелся наверх. Плечо его болело, голова кружилась.

Ему так ничего и не удалось разузнать о голландцах. Надо было выбираться отсюда.

Редакционная комната «Бостон трибюн»

Бостон, Массачусетс

1 марта 1990 года

Днем спустя телефон звонил не переставая. Рафаэлла наконец сняла трубку и зажала ее между ухом и плечом, не отрываясь от статей о контрабанде оружием, найденных ею в библиотеке «Трибюн». Не так много, но это было только начало.

– Рафаэлла Холланд слушает.

– Привет. Это Логан.

– Аэропорт?

Это была их старая шутка, уже не смешная, но все же она произнесла ее чисто машинально.

– Да. Первый класс. Где ты пропадала? Что-нибудь случилось?

Рафаэлла растерянно заморгала. Она совсем забыла про Логана Мэнсфилда, помощника окружного прокурора.

– Моя мать попала в аварию. Я летала к ней в прошлую пятницу.

– О! Как она?

– Очень плохо. – Голос ее задрожал. – В коме.

– Извини, Рафаэлла. Я хотел бы увидеться с тобой сегодня вечером. Прошло уже около двух недель. Мне надо поговорить с тобой.

Завтра она уезжает. Рафаэлла закусила нижнюю губу, разглядывая статью о скандале в Швеции – она держала ее в руках. Концерн «Бофорз» нелегально продавал оружие Ирану и Ираку. Не слишком-то хорошо для промышленности нобелевских лауреатов, подумала Рафаэлла.

Логан издал нетерпеливый звук, и она поспешно проговорила:

– Разумеется, Логан. Приходи ко мне часов в восемь. Мне надо разморозить холодильник. Можешь мне помочь.

Он согласился и повесил трубку.

«Мне не надо было приглашать его», – подумала Рафаэлла, затем покачала головой. Она и Логан Мэнсфилд были вместе уже около трех лет. Иногда любовники, иногда друзья, иногда противники, но ни один из них не желал брать на себя никаких обязательств. Прекрасный вариант для обоих.

Рафаэлла прочитала статью об «Ирангейте» в Италии, о принадлежащем концерну «Борлетти» северо-итальянском производителе оружия, который осуществлял нелегальный ввоз мин и другого оружия в Иран. Боже, это было так сложно, все эти махинации, которые они совершали, чтобы в обход таможни доставить оружие из пункта А в пункт Б. Она прочитала о сертификатах конечного получателя – все они были фальшивые; о различных методах контрабанды – мины, оружие и все такое прочее складывалось в ящики с надписью «Медицинское оборудование» или «Сельскохозяйственное оборудование». Список был бесконечным. Этой преступной изобретательности могли препятствовать только американские таможенные службы.

Помимо «Борлетти», Рафаэлла прочла о человеке по имени Каммингз, который заявил, что готов торговать со всеми, кроме Каддафи, если на то есть санкция правительства. Она нашла материалы о Кокине и его империи оружия в Лос-Анджелесе; о Соханиляне, который открыл филиалы в Майами, Бейруте и Мадриде. Кто-то сотрудничал с ЦРУ, кто-то нет. Многие заявляли, что если уж они не честны, то и небо не голубое. Если это правда, подумала Рафаэлла, то почему длилась так долго война между Ираном и Ираком? А война в Анголе?

Упоминались и другие имена, и среди них Рафаэлла в конце концов нашла имя, которое искала – Доминик Джованни. Теперь она стала читать внимательно. «…Немного известно о Джованни, гражданине Соединенных Штатов. Он защищен сетью посредников и дорожит своей анонимностью. Ходят слухи, что по могуществу и сферам влияния на мировом рынке вооружений он превосходит Роберта Сарема и Родерика Оливера. Джованни осуществляет руководство исключительно из своей резиденции, находящейся на принадлежащем ему острове в Карибском море…»

– Ты еще не передумала ехать, Рафаэлла? Она взглянула на Эла Холбина.

– Мне нужен отпуск, я тебе уже говорила. Чарльз согласен, чтобы я поехала. Я буду звонить ему каждый день и проверять, как дела у мамы.

Ей было неприятно лгать Элу так же, как было больно говорить неправду и Чарльзу.

– Если это всего лишь отпуск, – проговорил Эл, подвигаясь ближе, чтобы Джин Мэллори не мог видеть ее. – Не обращай внимания на этого влюбленного, – добавил он, – он просто ревнует.

– Не буду. Иногда лишние двадцать футов оказываются очень кстати, босс.