Чтение онлайн

Мещеряков поставил бутылку на стол и усмехнулся почти ополовинил и даже вкуса не почувствовал. Крепко разобрало! Он перешел на диван, стянул сапоги и с наслаждением растянулся на пружинистом, упругом брюхе ложа. Господи, какая усталость! Эта последняя неделя была убийственно тяжелой — во всех смыслах. Когда же он спал последний раз? Не упомнить.

«И, похоже, все напрасно, — подумал он, закрывая тяжелые веки. — Время идет, а нет никаких положительных сдвигов. Судя по тому, что они прислали к шахте спецгруппу, их и не будет. Следующим шагом будет штурм части и Калчей. Они это сделают. Они осмелеют, узнав, что группа погибла, наделав шуму. Ведь Зобов так и не исполнил своего намерения — даже при угрозе нейтрализации не поднял ракету. Пугать их больше нечем. В части тоже развал. Подразделение охраны пьет, некоторые поглядывают на него откровенно враждебно. Командир летунов и комбат связи стали часто наведываться друг к другу в гости — без его ведома. О чем-то шушукаются, договариваются. Нетрудно предугадать, чем кончится эта история. Сдадут его, шакалы, властям, и все, что было, свалят на него. А сами чистенькие — да что вы, мы не знали, какой адъютант монстр. Так и будет, если не сделать самому ход конем. И какой ход! Но не врет ли этот папашка? Не должен. Не зря узкоглазый так суетится».

Сон мягкими крыльями накрыл его. Голову закачало, как на волнах, и только-только он собрался поплыть на них, как в дверь кабинета постучали. Мещеряков поднялся с дивана.

— О господи, — простонал он, натягивая сапоги, — кого еще принесло? Заходи!

В кабинет заглянул охранник.

— К вам этот… — охранник растянул глаза в щелочки, — татарин.

— Легок на помине, — пробормотал адъютант. — Чингисхан долбаный. Проведи, а сам за дверью стой, не уходи далеко.

Через минуту в дверях появился Шурахмет. Мельком окинул кабинет ничего не выражающим взглядом, равнодушно посмотрел на мятую физиономию адъютанта, на две рюмки на столе.

— Рад видеть вас, дорогой, в своей скромной резиденции. Как ваши дела? Надеюсь, все в порядке? — постарался быть радушным Мещеряков.

— Спасибо, не жалуюсь, — дипломатично ответил Шурахмет, неторопливо прошел в кабинет и сел напротив хозяина по другую сторону стола.

— Восхищаюсь я вами, восточным народом, — проникновенно сказал Мещеряков. — Есть в вас что-то от вечности. Спокойствие, последовательность, мудрость. Это мы, русские, мечемся по любому пустяку, орем, ставим все с ног на голову и потом удивляемся, что дело получилось не так, как надо, а как всегда.

— Вы правы, — согласился Шурахмет. — О вашем народе судить не берусь, а про свой могу сказать, что нам еще свойственны щедрость, постоянство и непримиримость. Мы преданно относимся к своим друзьям и тем, что соблюдает наши интересы, и жестоко караем отступников и своих врагов.

— Не хотел бы я быть в их числе, — натянуто улыбнулся адъютант.

Узкоглазый ничего не ответил.

— Итак, что привело вас ко мне? — спросил Мещеряков.

— Надежда, что наша с вами дружба начала приносить плоды.

Адъютант огорченно пожал плечами.

— К сожалению, ничего нового. Эти двое как в воду канули. Без ваших корректировок поиски очень осложнились.

— У них сели батареи в рации, — сказал Шурахмет. — Это, несомненно, создает определенные неудобства. Но и Калчи — не Москва. Приложив усилия, цели добиться можно. Кстати, чем закончилась сегодняшняя облава?

Мещеряков пренебрежительно махнул рукой.

— Ни акул, ни барракуд — одна плотва. «Санитары».

— Кто? — не понял узкоглазый.

— Бомжи. Бутылко-тряпко-собиратели.

— Плохо, — сказал Шурахмет. — Время идет, а результаты нулевые. Что думаете предпринять дальше?

— Видите ли… — поджал губы адъютант. — Положение мое таково, что я не могу заниматься исключительно вашими проблемами. И все же, несмотря на занятость, я организовал два поиска по вашей наводке, облаву в поселке. Не моя вина, что эти мероприятия не дали результатов. Я стараюсь.

— За полученную вами сумму вы могли бы стараться более активно, — заметил узкоглазый.

— Как вы заметили несколько дней назад, это был аванс. Считаю, что я его честно отработал. Впрочем, если вы настаиваете, я могу, в знак моего глубочайшего к вам уважения, эти деньги вернуть.

Шурахмет постарался скрыть удивление.

— То есть вы отказываетесь от сотрудничества?

— Ни в коей мере, — словно защищаясь, поднял руки Мещеряков. — Просто я прилагаю все усилия, насколько это возможно в данной ситуации. Если вам это кажется мало, что ж…

Адъютант подошел к шкафу, извлек оттуда дипломат с деньгами. Шурахмет поморщился.

— Хватит вам девочку-гимназистку из себя строить. Договоренность остается в силе. Только постарайтесь действовать активнее. Почему бы вам не бросить на поиски весь личный состав?

— Кто же тогда будет стеречь солдат в казармах? Охранять склады? У меня каждый человек на счету.

— Хотите, дам вам совет? — спросил Шурахмет.

— Интересно!

— Бросьте вы свою безумную затею, пока не поздно. Организуйте массированное прочесывание местности, найдите нужного нам человека, получите причитающееся вам вознаграждение и уходите. Не играйте в игры с целой страной, извиняюсь, со всем миром. Неужели того, что мы предлагаем вам, мало?

— Мало, — сказал Мещеряков. — Почему я должен довольствоваться частью, когда можно взять все? Я пока еще не проиграл.

— Ну что ж, дело ваше, — сказал узкоглазый. — Только не забывайте поговорку: жадность фраера сгубила.

— Я не фраер, — холодно сказал адъютант. — И я еще побултыхаюсь.

Когда Шурахмет ушел, адъютант устало усмехнулся:

— Все будет не так, как ты думаешь, советчик. И не так, как думал я. Все будет по-другому.

Он потянулся за бутылкой, но передумал. Достал из шкафа большой брезентовый саквояж и стал перекладывать в него деньги из дипломата.

От коттеджа Зобова Шурахмет быстрым шагом направился к казарме подразделения охраны. Двое часовых у входа посторонились, пропуская его.

— Ходит туда-сюда, — тихо сказал один. — Чего ему надо, черножопому.

— Доходится, — со злостью буркнул другой. — Если начнется, я его первого грохну. Курнем?

Не обращая внимания на ПОшников, Шурахмет быстро прошагал по казарме к бытовке, где для него была оборудована спальня, и плотно прикрыл за собой дверь. Потом достал из-под кровати чемодан и извлек из него портативную радиостанцию. Включил и привычно быстро настроился на необходимую частоту. Приятный женский голос произнес: