Чтение онлайн

Ему известен мой адрес, подумала я с теплотой о женихе. И если он выпутается из этой истории, то обязательно у меня появится. Впрочем, теплота получилась какой-то искусственной: не будь Завадского, не было бы, наверное, и такой теплоты. Черт возьми! Этот вопрос меня здорово волновал. Поскольку меня не мог удовлетворить эрзац: я жаждала подлинного, свободного от каких-либо побочных воздействий чувства.

Я достала карты и попыталась разложить пасьянс. Ни черта не получалось.

Раскладывала я один из наиболее сложных видов пасьянса – наполеоновскую косынку. Всего один раз в жизни он у меня сошелся, и тогда мне здорово повезло. Сейчас подобное везение мне бы, конечно, не помешало.

Ложусь спать я довольно рано, как правило, в девять вечера: девоньке надо высыпаться. Предварительно зажигаю на балконе свет, а в комнате, наоборот, выключаю, и на какое-то время оставляю балконную дверь открытой. С помощью этой нехитрой тактики выманиваю из квартиры комаров. Потом тушу свет на балконе и плотно закрываю дверь: ву а си – ву а ля.

Пока проводилась операция по выманиванию комаров, я, как и обычно, сделала вечерний туалет. Потом наполнила ванную почти до краев, подрезала розы и бросила их в воду. Легла в постель, закутавшись в махровую простыню. Сплю я всегда обнаженной, ночные рубашки меня раздражают. Впрочем, без ночной рубашки как-то острее ощущается одиночество.

Легко сказать, девоньке нужно высыпаться. Попробуй тут усни. И зачем только я посылала это злосчастное объявление? Но высыпаться действительно нужно, иначе мужики станут меня в себе хоронить, а не наоборот. Я вылакала два порошка снотворного и провалилась????????…

…откуда меня вырвал звон разбившегося стекла. Я села на кровати, еще ничего не соображая. Тупо уставилась на окно. Посреди стекла красовалась дырка, от которой во все стороны расходились трещины. Снизу приличный кусок вывалился, часть осколков лежала на подоконнике, а остальное – на полу. Я включила свет.

Пуля сначала угодила в потолок, затем срикошетила в стену. И тут, и там зияли глубокие выбоины. Ни хрена себе чего!

Который час? Половина третьего. Нет, ну черт побери!

Шатаясь, я вышла в ванную, скользнула отсутствующим взглядом по набухшим влагой цветам, подставилась мордой под струю холодной воды.

Жених так и не объявился, зато объявилась Лана. Стреляет неплохо, собака, попала в самую се????????????.????????,??????????????????????????????…

Что делать? Позвонить в милицию? Для этого пришлось бы выйти на улицу. А Лане только это и нужно. Ведь собиралась же купить мобильный, дура, да все руки не доходили. Правда, у одного из соседей – с одиннадцатого этажа – мобильник есть. А сам дом никак не телефонизируют, сволочи!

Но сосед наверняка спит. Впрочем, как и весь город. "Город спит и видит сны"… Хотя обстоятельства, вроде, самые уважительные. Да и обязан он мне, если на то пошло: однажды я помогла ему достать дешевую путевку в Испанию – выклянчила у Соньки. Так что… имею право.

Я набросила халат, вышла на лестничную площадку, на которой уже с неделю как перегорела лампочка, и начала на ощупь продвигаться к лифту. И тут же мне в спину уперлось дуло пистолета. Назови после этого Лану безмозглой – как все спланировала! А я, дура сонная, попалась на крючок.

– Назад, – скомандовала Лана. – И не вздумай кричать, у меня рука не дрогнет.

Она тяжело и угрожающе задышала.

– Мамочка, – вырвалось у меня. – Мамочка!

– Цыц! – Она затолкала меня в квартиру, закрыла двери на замок и плотоядно улыбнулась. – Ну, здорово, подруга.

– Мамочка, – снова пропищала я.

– А ты как думала? – Продолжая наступать, Лана втолкнула меня в комнату.
–

Значит, говоришь, с инопланетянином захотелось трахнуться?

Чтобы ее не слышать, я зажала уши ладонями, села на свою развороченную постель и принялась раскачиваться из стороны в сторону на манер болванчика.

Лана уселась напротив, терпеливо ожидая, когда я приду в себя.

– ???????…

Мне больше не хотелось замуж, вообще ничего больше не хотелось. Только жить, просто жить в этом доме под названием Китайская Стена – или даже в общаге

Электролампового завода, в одной комнате с двумя заводскими проститутками. Мне очень захотелось сейчас в эту убогую комнату с двумя проститутками. Спят сейчас, небось. В такое время даже проститутки спят. Впрочем, проститутки, наверное, не спят. Но это -??????????????????.?????????????…

Я продолжала раскачиваться, Лане, видимо, это надоело, и перед моим носом замаячило дуло пистолета. И я непроизвольно, со всей всколыхнувшейся во мне яростью, ударила по нему ладонью. Пистолет грохнулся на пол. Лана тут же попыталась его подхватить, но я вцепилась ей в волосы и стукнула лбом о край своего замечательного полированного стола. В ответ она попыталась разорвать мне рот пальцами.

Мы пыхтели довольно долго, нанося друг другу удары. По-моему, Лана даже забыла о пистолете. В какой-то момент мне удалось укусить ее за палец, и, взвыв от боли, она оставила мой рот в покое. Тогда она тоже вцепилась в мои волосы.

Трах! Теперь уже она приложила меня лбом о поверхность моего замечательного полированного стола. А если точнее – о текст договора, который тут валялся с момента ухода Олега.

Есть, оказывается, у этой скелетины силенка в руках. Есть. Кто бы мог подумать? Или это любовь на нее воздействует как допинг?

– В гробу я видала твою Америку, – прохрипела я, стараясь пальцем зацепить ее ноздрю.

– Не звезди!

Видимо, это было выше ее понимания: что кто-то в здравом уме и доброй памяти способен отказаться от столь лакомого кусочка.

– Я и СНГ теперь в гробу видала.

– А вот это – правда! Ты спишь и видишь, что этим гребаным СНГ займутся другие.

Тут ей удалось боднуть меня головой в нос, от боли у меня потемнело в глазах, и я на мгновение разжала пальцы. И она снова схватилась за пистолет. Я больше не говорила "мамочка" и не раскачивалась. Я молча смотрела на нее.

– Вообще-то, ты недалека от истины, подруга, – сказала она, нервно рассмеявшись. – Скоро ты все на свете будешь видеть именно в гробу: и СНГ, и