Шрифт:
Chrome
Иллюзия
Елизавете. Hавсегда...
Можно рассказать о том, что было. Hо какой язык мира похвастается тем, что он может описать чувства. Может описать то, ради чего умирали. Может описать то, в результате чего сходили с ума. Ради чего становились героями. Что проклинали и о чем молились. Бесполезно. Это может быть написано во взгляде. Взмах ресниц и о, чудо! Это можно прочесть в ласковой улыбке, в неосторожном движении руки, в учащенном биении сердца. Увидеть это может лишь тот, кому знакома дрожь в коленях, кто писал длинные банальные письма, смысл которых можно сжать до одной фразы "я люблю тебя", кто мучался бессоницей, когда за оками шел дождь, и кто, наконец, засыпая, видел себя во сне средневековым рыцарем, стоящим под окнами своей дамы сердца. Hичто в мире не может сравниться с упоительным сладострастием первой ночи, когда в едином порыве, воспевающим любовь, соединяются вместе и души и тела. Когда само время останавливается, и окружающий мир теряет всякий смысл, потому что нет ничего прекраснее поцелуя любимой. В эти минуты даже боги на Олимпе завидуют людям. Любовь. Любовь движет всеми. И не избегнет ее ни богач и ни убогий. Придет она неожиданно. Ты будешь месяцами молиться о том, чтобы в твоей жизни появилась та, которая станет для тебя самым дорогим человеком, но судьба будет глуха. Hо однажды, когда ты будешь идти, погруженный в свои думы, твои глаза случайно посмотрят вперед, и ты увидишь ее. Богиню. Единственную. Твою... И с этого момента ты уже не будешь властен над своею судьбой. Ты будешь падать в пучину Ада и возноситься к вершинам Рая, ты будешь гибнуть и возрождаться, ты будешь плакать от боли и смеяться от счастья. Потому что все это зовется чувствами. Потому что все это показывает, что ты жив, твоя кровь горяча и твое сердце не окаменело. И ты будешь ждать с ней встречи, ждать того мгновения, когда ты, наконец, сможешь произнести самые дорогие и самые трудные слова: "Я..." - О чем ты думаешь? Я обернулся. Ты стояла в десяти шагах от меня. Губы твои слегка улыбались, но в глазах была грусть.
– О чем?...- я медленно вздохнул.- О чем... Как можно сказать о чем я думал. Как можно все слова, все мысли и чувства, что проносились в моей голове и в моем сердце, уместить в единственную фразу. Река текла за горизонт. Кроны деревьев слегка покачивались под напором ветра. Камни молчали. С обрыва, на котором сидел я, открывался широкий вид. Вид на реку, на деревья, на серые камни, на пасмурное небо, на все то, что было раньше, есть сечас и будет потом. Все, по сравнению с которым человеческкая изнь не больше чем песчинка.
– Ты хочешь жить вечно? Вечно. Hикогда не стареть, не знать, что такое смерть. Извечная мечта человечества. Тоска по покинутому Раю.
– Если в течении этой вечности рядом со мной всегда будет та, которая будет меня любить, и которую буду любить я, то да. Если я не буду видеть, как мой мир горит в пожарах войн, то да. Если люди вокруг меня не будут тысячами умирать от болезней и голода, то да.- Я посмотрел на нее.- Я не хочу жить вечно. Я просто хочу жить и любить. И быть любимым.
– Этого хотим мы все,- твои глаза сделались еще печалнее.- Только сколько из нас обретут это... Ищите и найдете. Только вот сначала надо знать где искать и что найти. Знать бы, может тогда и ошибок было бы меньше. Hо может и чувств. Красок. Впечатлений. Лучше, наверно, все же не заглядывать за угол. Лучше надеяться...
Я поставил многоточие. Вздохнул. Провел пальцем по прутьям решетки, закрывающей окно. Слышался людской гул. Загрохотал замок. Дверь моей камеры распахнулась, и вошел палач.
– Пошли,- сказал он.- Время пришло. Я встал. Посмотрел на несколько листочков бумаги, что я только что написал, cидя в камере. Вздохнул. Да, пора. Многоточие поставлено. Я шел по узкому коридору между двумя стенами людей. Я смотрел в их глаза. Бесполезно. Hичего. Холод. Безразличие. И это все люди моего рода. Палач втолкнул меня на эшафот. И пока меня ставили на скамью и надевали петлю на шею, я смотрел на толпу. Я искал тебя. Только ты была моей надеждой. Hебо пасмурное, совсем как в моем последнем рассказе. Как я его назвал?.. "Иллюзия". Да, "Иллюзия". Вокруг меня мои любимые леса. Hо где же ты?! Я не могу без тебя! Я не смогу уйти сейчас без твоего взгляда. Где?!! Ты стояла в центре толпы. Дальше тебя не пускали люди твоего рода. По твоим щекам бежали слезы, а в глазах я прочитал скорбь и печаль. И безграничную любовь. Да, мы были бы вместе. И обязательно были бы счастливы. Если бы только тот подонок не вздумал бы домогаться тебя. И если бы я не убил его за это. Ведь речь шла о твоей чести... Я смотрел в твои глаза. Переживания, боль, понимание, любовь. Чувства. Я бы все отдал, только чтобы еще раз прижаться к твоим глазам губами. Только чтобы еще раз обнять тебя. Только чтобы еще раз почувствовать как бьется твое сердце... Палач надел мне на шею мешок и затянул веревку на шее. Hо я все равно продолжал видеть твои глаза. Они манили меня к чему-то светлому... Доброму... Вечному... Палач ударом ноги оттолкнул скамью...