Чтение онлайн

"Пошли, я тебе всё покажу". И они вышли в коридор.

Вернувшись в номер, Чарнота занялся подготовкой стола: нарезал перочинным ножом хлеб, открыл шпроты, расставил принесённый Фёклой по просьбе Людмилы, тарелки. Закончив по своему мужскому разумению с этим делом, он поставил стул к окну и уселся ждать. Скоро ему надоело смотреть в окно, и он достал из саквояжа заветную красную книжицу. Было прочитано уже значительно больше половины.

"Вместе с антагонизмом классов внутри нации падут и враждебные отношения наций между собой", - прочёл он.

"Э, тут я не соглашусь. Вражда наций значительно глубже сидит в людях, чем классовая вражда. Люди всех сословий (или классов, как это 228называет Маркс) сплачиваются, как только возникает серьёзная внешняя опасность. В 1812 против французов солидарно воевали как дворяне, так и крепостные крестьяне. Так что здесь вы, - Маркс с Энгельсом, поторопились с выводами - слишком увлеклись своей идеей и выдали желаемое за действительное", - мысленно спорил Чарнота с авторами Манифеста.

"Нужно ли особое глубокомыслие, чтобы понять, что вместе с условиями жизни людей, с их общественными отношениями, с их общественным бытием изменяются также и их представления, взгляды и понятия, - одним словом, их сознание?" - следовало дальше в Манифесте.

С этим частично Чарнота согласился: "Сознание, конечно, меняется, но не всё, не полностью. Живущие во дворцах и в хижинах крытых соломой, да на земляном полу во многом мыслят по-разному, но не во всём. Вот, например, и те и другие знают, что лгать вообще - дурно, воровать дурно, не почитать своих родителей - также. Но и те, и другие понимают, что ловко обманывать и обкрадывать врагов есть доблесть. Вот и получается, что очень важная оговорка здесь Марксом не сделана; ему нужно было написать так: "Сознание изменяется с изменением общественного бытия, но не во всём". А Маркс этого не сделал: схитрил или сглупил?" - задал вопрос Чарнота, но ОТТУДА ответа не последовало, ответить на него предстояло ныне живущим.

"А вот это очень интересное заявление, которое противоречит утверждению марксистов будто только бытие определяет сознание, - 229сделал вывод Чарнота читая: "Что же доказывает история идей, как не то, что духовное производство преобразуется вместе с материальным?"

"Тут у Маркса две субстанции: "духовное" и "материальное" производства. Если есть два "производства", то они должны влиять друг на друга, а не только одно на другое. Какое бы ни было у меня бытие, а французов бить в 1812 году пошёл бы только потому, что они вторглись на мою родину и бесчинствуют тут. Отсюда вывод: на этот шаг меня толкает не "материальное производство", а "духовное". Вот и получается, что не только бытие определяет сознание, но и наоборот", - сделал вывод Чарнота.

"А вот в этом марксистов правильно обвиняют", - рассудил Чарнота, когда прочёл в Манифесте, цитируемые его авторами, критику их оппонентов: "К тому же существуют вечные истины, как свобода, справедливость и т.д. , общие всем стадиям общественного развития. Коммунизм же отменяет вечные истины, он отменяет религию, нравственность, вместо того, чтобы обновить их; следовательно, он противоречит всему предшествующему ходу исторического развития".

"Впрочем, поживём - увидим, что эти люди творить будут в стране, которую они захватили. Если они, действительно, хотят отменить вечные истины, то тут - держись". Григорий Лукъянович положил книгу на подоконник, но чтение продолжил:

230 "Но какие бы формы они ни принимали, эксплуатация одной части общества другою является фактом, общим всем минувшим столетиям. Неудивительно поэтому, что общественное сознание всех веков, несмотря на всё разнообразие и все различия, движется в определённых общих формах, в формах сознания, которые вполне исчезнут лишь с окончательным исчезновением противоположности классов.

Коммунистическая революция есть самый решительный разрыв с унаследованными от прошлого отношениями собственности; неудивительно, что в ходе своего развития она самым решительным образом порывает с идеями унаследованными от прошлого".

"Чего тут мудрить - "противоположность классов", - передразнил Чарнота Маркса, как будто тот эти слова только что произнёс стоя напротив.
– Да, в истории человечества всегда малая часть общества захватывала бОльшую часть богатства, а остальные бедствовали. С этим я согласен. Ну, так захватили власть, распределили богатство более равномерно и всё - пусть для жизни люди самоорганизовываются! Зачем этот огород городить: "власть только рабочему пролетариату". Опять насилие одних над другими. Сколько можно! От чего ушли (от власти меньшинства над большинством) к тому неизбежно и вернётесь".

Мысли Чарноты были прерваны вошедшей в комнату Людмилой.

"Ну вот, милый, я как заново родилась. Вода горячая, хорошо!
– с порога заговорила она.
– Иди скорей, мойся".

231 Чарнота отправился в ванную, забыв про книгу, оставленную им на подоконнике в раскрытом виде.

В ванной комнате хлопотала Фёкла.

"Это я, Феклуша, - входя, предупредил Чарнота.
– Спасибо тебе, я тут уж сам управлюсь. Вот тебе ещё от нас", - и он протянул ей пять рублей. Видно было как Фёкла растерялась, видимо, никак не могла сообразить: нужно сдачу давать или нет. Но купюру взяла, что-то буркнула себе под нос и вышла из комнаты.

Хорошо помывшись, Чарнота вернулся в номер. На столе стояла бутылка шампанского. Откуда-то взялась вазочка с цветами. Всё вместе: с бокалами, тарелками, ложками и вилками делало стол сияюще-праздничным. Людмила повернулась на шум открывающейся двери и, не выпуская красную книжецу из рук, воскликнула:

"Так вот какую литературу ты теперь читаешь!"

"Да уж, приходится. А что делать?! Не умею, а точнее, разучился я действовать не понимая".

"Хорошо, потом расскажешь, что ты понял и к каким выводам пришёл. А теперь - к столу", - торжественно объявила Людмила и жестом указала на один из стульев.

– -----------------

Ту бурю положительных эмоций, которую вызвали последующие события в жизни наших героев, можно было бы назвать счастьем. Если считать, что счастье есть плюсовая алгебраическая сумма положительных 232и отрицательных эмоций. Гастрономические радости переплелись с половым наслаждением и всё это на протяжении нескольких часов составляло жизнь двоих людей, сумевших такие обстоятельства создать друг для друга.

Кроме чувственного наслаждения и удовлетворения желания, удачное соитие приносит разнополым людям ощущение любовной гармонии не только между собой, но и со всем миром. Только что испытанное наслаждение затухает, а на смену ему приходит умиротворённость и желание творить добро всему существующему, то есть тому, что тебя окружает. Именно этому окружению, благодаря ему, и произошло то чудо удачного стечения обстоятельств, приведших человека к этому состоянию счастья или - состоянию абсолютной любви.