Чтение онлайн

53 "Браво, Наталья Климовна, вы уже великих людей правите, а это очень хороший симптом - признак независимости мышления", - похвалил докладчицу Иван.

Наталья благодарно кивнула ему в ответ и предложила, взглянув на часы:

"Время кончается, но тема далеко не исчерпана. Я прошу предоставить мне ещё день, чтобы закончить доклад, а заканчивая сегодня, процитирую очень дуалистические слова нашего автора:

"Мы видим даже, что душа развитая, полная уже своих собственных душевных интересов, может не повиноваться голосу растительной природы: может заставить тело работать до совершенного истощения сил, может совершенно подавить половые стремления, может даже отказать телу в пище и, увлекаемая какой-нибудь страстной идеею, довести истощение тела до голодной смерти".

В комнате воцарилась тишина. Каждый осмысливал только что услышанное. Паузу прервала Оксана:

"Идеальный мир человека - могущественная сила. Но эта сила может быть как разрушительной, так и созидательной. Немецкие фашисты объединили свой народ и получили в своё распоряжение суммарный идеальный мир целого социума. Сначала они направили эту силу на созидание: строили дороги, развивали промышленность; но, оказалось, что их созидательная деятельность - это совершенствование разрушительной силы. Милитаризовав свой социум, немецкие фашисты сделались самыми большими разрушителями в истории человечества. У нас в России, а затем в СССР, прослеживаются аналогичные фашизму тенденции. Стремление к завоеванию мирового господства пролетариатом - это, ни что иное, как идеологическая 54 маска. На самом деле к абсолютной власти в мире прорывается относительно небольшая кучка людей со специфическим мировоззрением перерожденцев: пролетарские коммунисты переродились в бюрократических социалистов. Эти люди могут привести мир к гибели. Мы это понимаем и готовимся противостоять им. Среди нас есть люди знающие об опасности, которая нависа над всем миром в 1961 году.
– Оксана замолчала. Пристально взглянула на Найдёнова-старшего, но затем, переведя взгляд на Ивана, продолжила.
– Тогда мир висел на волоске от гибели. Теперь на Западе этот опаснейший инцидент называют "Карибским кризисом". Благодаря человеческим качествам руководителей США и СССР (это были Джон Фицджеральд Кеннеди и Никита Сергеевич Хрущёв) мы все живы и получили возможность остановить поход человечества к собственной гибели. Возможно, кроме нас, параллельно с нами, к этой цели идёт ещё кто-то. Но мне такие не известны. И вот на что ещё я хочу обратить ваше внимание: во-первых, оказывается, что наверху появляются люди с мощной положительной нравственностью - и Хрущёв, и Кеннеди оказались способными возвыситься над собственной отрицательной духовностью и спасти мир; во-вторых, как мир их "отблагодарил" (в кавычках) за это: Кеннеди убили, а Хрущёва сняли со всех постов. Тёмные силы мира оказались очень сильны. Отрицательная духовность человека разумного в этом случае восторжествовала. И я прошу всех обратить внимание на очень важный факт, который демонстрируется этим примером: отрицательная духовность - понятие внеклассовое; как богатый, так и бедный может оказаться человеческим дерьмом и наоборот. В президента США стрелял не богатый человек, а в ЦК КПСС за снятие Хрущёва 55 со всех постов голосовали тоже не Рокфеллеры. Когда мы легализуемся и начнём открыто проповедовать свои идеи, то активизируем в людях положительную духовность и узнаем о тех, кто думает также как мы. А пока - продолжим совершенствование нашей идеологии в теории.
– Оксана повернулась к Наталье и сказала, - тебе, Наташенька, конечно, будет предоставлена возможность закончить свой доклад о дуализме Ушинского, - сказав это, она обратилась к остальным, - Всем спасибо. Сегодняшнее заседание нашей компании объявляется закрытым. О следующем - будет сообщено дополнительно".

Компаньоны ещё пообщались между собой: Каретников обсудил с Иваном с позиции социальной психологии его надлежащее поведение с московским начальством. Наташа поведала Оксане о плане следующего своего доклада. А Петр Александрович и Найдёнов-старший договорились о совместной рыбалке на следующей неделе.

– --------------------------------

Через день Иван продолжил исполнять свои обязанности первого секретаря Горкома города Северодвинска. Он сразу ощутил некоторые странности в поведении своих товарищей по работе и очень скоро, опросив нескольких приближённых к себе людей, понял - в чём дело. А дело было в том, что Сухов слишком активно "потянул на себя одеяло" руководителя.

"Его, видимо, понесло", - рассудил про себя Бут-младший.

Первый симптом этого он почувствовал, когда не выполнили его прямого указания, сославшись на то, что, мол, "Виктор Павлович не разрешил...". Иван вызвал к себе ослушника и буквально за пять минут переубедил его, что хозяин в городе он, а не второй секретарь Горкома.

56 Но затем вновь, уже в других местах и с другими людьми, Иван натолкнулся на препятствие в виде авторитета его помощника в глазах людей. Нужно было срочно восстанавливать собственную репутацию, и он начал это с разговора с Суховым.

Иван вызвал его к себе в кабинет, но тот явился не сразу - минут тридцать начальнику пришлось дожидаться своего подчинённого. Наконец, он пришёл и, как показалось Ивану, слишком вяло извинился за задержку.

"Виктор Павлович, - начал Иван разговор в мягких тонах, стараясь этим не выдать преждевременно своё неудовольствие, - как вы понимаете дисциплину и как вы к ней относитесь?"

"Дисциплину?" - переспросил Сухов, прикидывая в уме - куда это клонит начальник.

"Да, да, дисциплину",- уже более жёстким тоном подтвердил свой вопрос Иван.

"Ну, это - подчинение нижестоящих вышестоящим. А в чем дело, Иван Олегович?" - забеспокоился Сухов.

Не отвечая на его вопрос, Иван продолжил развивать свою мысль:

"Дисциплина позволяет концентрировать силы для удара на нужном направлении. Нет дисциплины - нет победы".

"А с кем мы воюем?" - вставил вопрос Сухов.

"С разгильдяйством, безответственностью, показухой, очковтирательством и, наконец, - с мировым империализмом. Я, Виктор Павлович, ценю вашу активность, деловую хватку, умение работать с людьми; но все эти ваши положительный качества могут быть перечёркнуты одним отрицательным - нарушением субординации, подрывом авторитета своего начальника".

"Неужели вы думаете, что я подрываю ваш авторитет?" - Тон вопроса и то недоумение, перемешанное с растерянностью, отразившееся на лице подчинённого, несколько успокоили Ивана.

57 "Или он отличный парень, или талантливый артист", - сделал про себя вывод Бут.

"Виктор Павлович, дорогой, - Иван взял стул от длинного стола для заседаний и подсел к Сухову, - вы, видимо, столь увлекаетесь, что напрочь забываете обо мне - вашем руководителе. Но, поверьте, отсутствуя в городе, я занимаюсь не менее важными делами, чем вы здесь. Там - и Иван многозначительно показал пальцем наверх, - решаются вопросы такой глобальной значимости, что вы и представить себе не можете".

"И всё-таки я не понимаю, Иван Олегович, чем я провинился перед вами", - спросил Сухов, прямо глядя начальнику в глаза.

"А вы не торопитесь. Сейчас всё поймёте, - заверил его Иван, - Вот я отсутствую, а вы здесь активно ведёте работу, командуете. Когда меня нет, к вам люди обращаются как к последней инстанции. И, следовательно, мой образ оттесняется в их сознании на второй план. Они просто забывают обо мне. Я возвращаюсь, приступаю к работе, а работа начальника, как вы понимаете, сводится к даче указаний. Начинаю я давать указания и наталкиваюсь на стену в виде вашего авторитета, в моё отсутствие утвердившегося в сознании людей. Люди про меня забыли по вашей вине. Я охотно верю, что это не интрига против меня (иначе я бы и разговаривал, и действовал по другому); это просто такой ваш образ деятельности. Но я прошу вас этот образ деятельности скорректировать".

"И каким образом?" - всё ещё продолжая недоумевать, спросил Сухов.

58 "Да очень просто, - воскликнул Иван.
– Прежде всего, вы должны сами не забывать про меня - вашего начальника и не давать это делать людям. Руководите так, чтобы люди, получая от вас указания, видели, что эти указания исходят от меня, хотя я и отсутствую в городе, - сделав паузу Иван спросил, - Вы поняли?!"

Сухов задумался, затем молча кивнул, но было видно, что он не совсем понял чего от него хотят. Иван пришёл ему на помощь.

"Ну, включите своё воображение и представьте себя на моём месте. Вам партия поручила руководить целым городом, а фактически за вас это делает ваш заместитель. К кому авторитет в глазах граждан будет утекать?"

" Да, да, конечно", - быстро закивал головой Сухов, и Ивану показалось, что тот начинает постигать всю глубину поднятого вопроса.

"Я прямо сейчас вот о чём вас попрошу, - поспешил закрепить успех Иван, - не забывайте обо мне и не давайте забывать горожанам. Придёт время, я уверен, вы встанете на моё место. Я уйду в Москву, а вас рекомендую на повышение. Без моей рекомендации Москва вас не утвердит. И потому я предлагаю вам сотрудничество и моё покровительство, но только в том случае, если вы правильно меня поймёте и настоящее положение будет исправлено".