Чтение онлайн

"Да. Вы меня убедили, - заговорила Оксана, - но я хотела бы уточнить формулировку. Как вы на счёт этакой: экономическое неравенство - есть основная причина социальных катастроф".

"Хорошо!
– Поддержал внучку дед.
– Пожалуй, данную формулу следует нам всем так заучить, чтобы от зубов отскакивала. А если причина установлена, то можно начинать работу по её устранению".

"Легко сказать, но трудно сделать", - отпустил реплику Иван.

255 Пётр Александрович возразил:

"Вначале всякое дело, обычно, кажется трудным. Вот у нас в кораблестроении: поступают чертежи нового корабля; взглянешь на них и думаешь - неужто осилим такую махину построить? А начинаем делать и сделаем. Упорство и труд - всё перетрут. Хорошая, правильная русская пословица".

"Последнее время я много размышляла над теорией созидания, - заговорила Оксана.
– Смотрите: если взять отдельного человека; вот у него возникает желание что-то сделать. Ну, например, построить себе дом, чтобы в нём жить. Сначала он должен ощутить потребность в доме (чувство), затем он начинает обдумывать - как реализовать данную потребность (мыслит), а уж после этого переходит к строительству (опыт). Таким образом, непосредственному делу всегда предшествует умственная концепция этого дела (у нас - схема строительства дома). Дом он строит, учитывая опыт предыдущих поколений. Но ведь государство - это, можно сказать, дом для многих миллионов людей. И если при строительстве такого "дома" не учитывать опыт предыдущих поколений - дом получается плохой. Он разваливается слишком быстро, зачастую хоронит под своими руинами своих жильцов, что и произошло в России в семнадцатом. Сегодня мы с вами выявили элемент опыта предков. Опыт такой: нельзя допускать слишком большое экономическое неравенство между жильцами дома-государства. Мы должны создать такую концепцию поступка, то есть концепцию строительства государства, которая исключает возникновение одной из основных причин развала всякой государственности - слишком большого неустранимого экономического неравенства между гражданами нашего государства. На смену марксизму-ленинизму (как концепции 256поступка) мы должны выработать новую, более совершенную концепцию. И у меня уже есть кое-какие наработки в этом вопросе".

"Ну-ка, ну-ка, дочка, поделись с нами", - обрадовался Пётр Александрович. А дед даже, кряхтя, встал с кровати и пересел на стул.

Оксана не сразу отреагировала на просьбу отца. Видно было, что она собирается с мыслями. В комнате воцарилась тишина - тишина ожидания.

"Марксизм-ленинизм, - наконец заговорила женщина-философ, - это ни что иное, как попытка разума (идеального) повлиять на материальное, то есть на стихийно формирующуюся государственность. Другими словами, до марксизма люди строили государства абы как - без плана, без умственной концепции. Маркс предложил такую концепцию. Ленин её взял, внёс изменения и попытался реализовать её в материи. Не получилось. Концепция оказалась ошибочной. Ну и что из того! На кухне, человек, совершая ошибку, просто ищет причину её, находит, устраняет и добивается своего. Права на ошибку имеет и строитель государственности, тем более, что это дело неизмеримо сложней любого кухонного. Философская формула марксизма: диалектический материализм. Я предлагаю новую философскую формул. Она у меня звучит так: диалектико-метафизический дуализм. Дело за малым - раскрыть эту формулу так, чтобы она была понятна всем. Чтобы эта понятая формула была принята каждым в собственное мировоззрение, как концепцию поступка".

"Постой", - перебил сестру Иван,- У тебя и мировоззрение - концепция поступка?".

"Именно так, Ванечка, мировоззрение - это то, чем руководствуется в своих поступках человек, идя по жизни. А жизнь это самое сложное дело для 257человека; вот и получается, что его мировоззрение есть концепция поступка его главного дела - его жизни. Более того, я хочу чтобы мировоззрение стало философией, то есть - получило такую научную разработку и основу, которая делает мировоззрение философией, то есть делает наукой жизни", - Оксана замолчала.

После паузы первым заговорил Иван.

"Да, сестрёнка, озадачила ты нас. Это значит: мы все должны будем ждать пока ты для нас разработаешь новую концепцию поступка или даже новое мировоззрение; и только после этого приступать к деятельности".

"Я считаю Оксана верно мыслит, - поддержал внучку дед.
– Она ухватила главное - человек сначала выстраивает своё мировоззрение, а затем по нему живёт, но постоянно корректирует его, при этом оставляя неизменными такие каноны своего мировоззрения, верность которых подтверждена опытом жизни. Вы - молодые люди, живите, а не ждите и на ходу перестраивайтесь. Вне этих стен мы вынуждены жить так, как нам диктуют люди захватившие власть, но мы будем готовиться к тому, чтобы эту власть у них забрать и начать выстраивать свою жизнь правильно везде - и дома, и на работе с учётом ошибок предков, конечно".

"Нет, не забрать у них власть - поправил деда Пётр Александрович, - а сделать так, чтобы они начали мыслить как мы".

"Верно, отец, - подхватила Оксана,- истина одна, то есть по одному и тому же вопросу в данном месте и в данное время не может быть несколько истин. Есть только одна истина, которая, вставленная в концепцию поступка, приводит человека к положительному результату. Мы должны исходить из 258того, что во всех слоях советского общества есть разумные люди. Им-то мы и будем сообщать открытую нами истину".

"Что значит разумные?
– спросил Иван.
– И как их отличить от неразумных?"

"Кто-то из мудрых, не помню кто, сказал, что разумному человеку свойственна умственная деятельность, неразумному - стремления и желания. Вот по этому признаку и отличай их,- разъяснила Оксана и продолжила.
– То же самое распространяется и на человечество потому, что и у него есть концепция поступка, то есть и у него есть мировоззрение - общезначимое для всех людей мировоззрение. И мы начнём трудиться над выявлением истинных элементов этого мирового мировоззрения. Или, точнее будет сказано, продолжим это дело, ибо нельзя сказать, что Аристотель, Сократ, Платон, Спиноза и прочие философы не внесли свою лепту в это дело".

"В этот же список можно и Маркса, и Чернышевского, и Льва Николаевича Толстого включить", - вставил реплику Иван и получил от сестры за это улыбку одобрения.

Отец и дед переглянулись между собой и тоже радостно заулыбались.

Все уже хотели расходиться, когда дед спросил:

"А что мы будем делать с Каретниковым, если он прочтёт мою книгу также, как прочли её вы? Будем принимать его в нашу кампанию или нет? Лично я - за. Он уже страдает от системы. На него кто-то настучал в КГБ. Так что, такой человек не подведёт".

"А если на него гэбэшники дело завели? Нужно посмотреть - чем всё это кончится, а уж потом и решение принимать, - сказал Иван и добавил, 259обращаясь к Чарноте.
– Вообще-то, деденька, ты зря поторопился с книгой. Он под колпаком, а ты ему книгу дал".

Все смотрели на деда и ждали, что он ответит Ивану. Иван был прав и все это понимали. Дед помолчал, уставившись взглядом в пол, потом посмотрел на внука и сказал с извинительными интонациями в голосе:

"Верно, Иван, поторопился я. Ну, уж теперь что будет - то будет".

– -------------------------------------

В доме дореволюционной 1913 года постройки, стоявшем на берегу реки Фонтанки, Найдёнову-старшему, его жене и маленькому сыну от ленинградского отделения Комитета государственной безопасности была выделена квартира - бывшая дворницкая. Провели перепланировку и семья Найдёновых туда вселилась. Вход в квартиру остался там же - под аркой. Одна из трёх комнат как раз над ней и находилась. В этой комнате был необычно низкий потолок и необычно узкое окно. В это окно, в своё время, дворник выглядывал тогда, когда кто-нибудь ночью стучался в ворота. Советская власть систему закрывающихся дворов разрушила, а дворницкие квартиры остались.