Шрифт:
Глава 1
– Видишь?
– Вижу
– Что видишь?
– Олени?
– Уверена?
– Нет.
– Посмотрим?
– Конечно!
Вираж, свист рассекаемого воздуха. Крылья сложить, оперение на конце хвоста раздвинуть – оно отвечает за направление движения. Ветер в морду – хорошо!
– Это не олени!
– Это люди, да?
– Люди. Папа сказал, никогда не показываться людям. Они злые. И опасные.
– Эти существа?! Да они меньше моей лапы!
– И тем не менее – папа запретил.
– Ты всегда слушаешься папы. Папенькин сыночек! А когда придет время выбрать невесту – тоже будешь папу слушать?
– Не буду. Я на тебе женюсь.
– Дурак! Я сестра!
– Ха ха ха… Глупая сестра. Кто же женится на сестрах? Я вообще-то имел в виду, что женюсь на такой как ты… глупенькой колючке.
– И не такая уж я и глупая! Сам ты глупый! А я красивая?
– Очень. У тебя самый красивый гребень, что я видел!
– Как будто ты видел сотни гребней… А в человеческом теле – я красивая?
– Я не разбираюсь в человеческой красоте. Вот если бы я был человеком, тогда…
– Ой! Что это они делают?! Зачем?!
– Похоже, гонятся за ней.
– А что у нее на руках? Ой! Это ведь ребенок! Маленький ребенок! Я такого только на картинке видала! Хочу посмотреть ближе!
– Не вздумай! Перестань! Сейчас же перестань! Нельзя, чтобы нас видели! Папа же предупреждал!
– А я приму человеческий облик. Просто постою рядом! Посмотрю!
– Айя! Нельзя! Айя!
Виража, снижение… удар в лапы. Трансформация! Огладила бока, поправила волосы… порядок. Было бы странно появиться на обочине дороги обнаженной. Люди придают одежде очень много значения – так говорила мама. У них запрещено ходить по улицам голыми. Странно, конечно… ведь все прекрасно знают, что находится под одеждой. Но люди такие существа, понять которых невозможно.
– Дура! Ты – дура!
Поднятая крыльями пыль вместе с опавшими листьями бросается в лицо девушки – миленькой, большеглазой, пухлогубой.
Вместо драконьей туши, плюхнувшейся рядом с ней, в мерцании воздуха появляется молодой человек – парень, тоже лет шестнадцати на вид. Они с девушкой похожи, как две капли воды, только парень плечистее, массивнее.
– Ты это нарочно! – сердится девушка – Обязательно было так махать крыльями?! Посмотри, ты всю меня запорошил! Подальше не мог приземлиться?!
– Я все расскажу маме – мрачно сообщает юноша, прислушиваясь к топоту копыт, слышимому издалека – Ты непослушная, шаловливая девчонка! И заслуживаешь наказания! Я же тебе сказал – нельзя! Почему ты не слушаешь своего старшего брата?!
– Ой, уж старший! – насмешливо фыркает девушка – Всего на пятнадцать минут старше! Как не стыдно так говорить?!
– Тихо! – обрывает ее юноша – Слышишь, скачут?
– Да! – радостно взвизгивает девушка – Настоящие люди! Посмотрю их вблизи! Ой, как интересно!
– Чуют мои сердца, добром это не закончится – вздыхает юноша – Я всегда знал, что ты вляпаешь нас в какие-нибудь неприятности. Второй самостоятельный вылет, и что? Ты уже лезешь к людям!
– Они то-то кричат – девушка хмурит брови, прислушиваясь.
– Нет. Визжат! – со знанием дела поясняет брат – Ну, как ты, когда повизгиваешь от полноты чувств. Вот как сейчас было.
– Не надо меня сравнивать с людьми! – фыркает девушка – Сам говорил, ни очень плохие!
– Вот они! – возбужденно выдыхает юноша – Смотри, смотри! О! Это девушка! Девушка скачет!
– А я что тебе говорила?! – хихикает сестра – Это девушка с младенцем!
– Тогда уж женщина – широко улыбается юноша, и получает тычок в бок:
– Глупый! А с чего ты взял, что это ее младенец? Может чужой!
Топот копыт, взмыленный конь делает поворот, огибая упавшую ель, и летит на парочку, с живым интересом наблюдающую за происходящим. А потом он падает бьется в судорогах, отбросив своего седока прямо под ноги брату сестре. Тогда те видят торчащие из крупа лошади деревянные палочки.
– Это что такое? Это… стрелы? – Айя показывает на лошадь – В нее стреляли? Я вдела такое в книге! Помнишь картинки из книги про Регала Великолепного? Там еще его утыкали стрелами, а он…
– Тихо! – прерывает ее брат – Стрелы не только в лошади. Смотри, у нее в спине две стрелы! У девушки!
Девушка лежала на боку, так и не выпустив из рук сверток с младенцем, вопившим со всей мощи своих младенческих легких. Изо рта наездницы текла кровь, пузырясь, толчками, при каждом ее выдохе. Она посмотрела на брата и сестру туманным взглядом тускнеющих глаза, потом медленно, с огромным усилием, булькая и задыхаясь, сказала:
– Спасите моего сына! Унесите его, скорее! Его имя… имя… Робар! Помогите!
– Что она сказала? – Айя повернулась к брату – Ты понял? Я не очень хорошо знаю человеческий язык. Она что-то просила?
– Нужно было учить язык людей! – сердито буркнул брат – Сколько раз тебя ругал за то, что ты ленишься?!
– Ну зачем мне этот дурацкий язык, если я не собираюсь жить в мере людей?! – запальчиво возразила Айя – У меня есть гораздо более интересные дела, чем язык каких-то там людей!
– Делать фигурки из камней и заставлять их ходить? – хихикнул брат – Последняя твоя фигурка так напугала маму, что она пообещала надрать тебе гребень, если ты еще раз такое сделаешь! Это же надо додуматься – красный человек в натуральную величину! Мама так ревела, что наверное все плоскогорье это слышало!