Игрок
Шрифт:
«А надо ли открываться? Мы здесь за информацией, а не за соратниками, или тем паче сподвижниками.»
«Одно другому не мешает. У меня теперь серьёзные намерения по отношению к этой державе. Просто убить Дрейкуса — мало. И, естественно, я не собираюсь рассказывать всё.»
— Немедленно принести вещи нашего гостя в мой кабинет! — рявкнул каменщик на поджидавших нас наверху в большой прямоугольной прихожей четверых мужиков в не одинаковой, но похожей серой одежде.
Двое сразу бросились в боковой проход. Оставшиеся же почтительно расступились. У этих тоже имелось оружие. Причём, настоящее — у каждого на поясе по клевцу.
— Прошу сюда, — указал Фатахо Глаг на ещё одну лестницу, начинавшуюся напротив входной двери.
На втором этаже было заметно светлее — тут кроме магических светляков имелись узкие окна на торцах коридора. Кабинет же главы гильдии каменщиков таковыми не мог похвастаться, и одновременно с открытием двери там зажглась на автомате целая россыпь приделанных к потолку шариков. Оказывается на корнях тоже можно жить с комфортом. Интересно, сколько манников обслуживает городскую энергосистему?
— Присаживайтесь, господин, — сделал приглашающий жест в сторону кресла, стоящего за массивным столом, здоровяк.
Надо же, на своё место усаживает. Отказываться я не стал и по-хозяйски развалился на мягком кресле. Мои пленители заняли стулья напротив.
— Ну, уважаемые, рассказывайте, как вы меня проверяли пока я отсыпался?
Вопрос тайных борцов с новой властью смутил. Фатахо бросил быстрый просящий взгляд на Лемара, и старику пришлось отдуваться за них обоих.
— Как я уже говорил, господин, — начал он. — Мы весьма осторожны. Каждого кандидата проверяем с особой тщательностью. Увы, сторонники Чёрного Рэ держат ухо востро. Без поддержки нирийцев узурпатор и месяца не просидел бы на троне, и он это понимает не хуже нас с вами. Не знаю, как наверху, — бросил старик взгляд на потолок, — Но здесь на корнях народной любви ему не видать, как своих ушей, и потому соглядатаи лезут во все щели, выискивая Верных и их помощников. Дело в том, что контакт с Ханго у нас уже есть, и ваша легенда смутила господина Глага. Признаюсь, мы хотели вас допросить.
— Но верёвки оказались недостаточно крепкими, — не смог удержаться я.
— Дело не в этом, мэл, — не смутился Лебле Лемар. — Ваши вещи…
— Я просто прежде не видел аптечек, мэл, — встрял Фатахо. — Специально позвал Лебле, чтобы тот подтвердил, что они — это они. Хотя одиннадцать манитов-пятёрок и несколько десятков таларов… С таким состоянием в Гарго нечего делать. Тем более подставному агенту. Аптечка, то есть сразу две штуки, меня окончательно убедили, что вы не просто мэл, а мэл с самых верхов. Не по чину силарам такого полёта отлавливать подпольщиков в таких дырах, как наш городок.
«А ты говорил, что я зря тащу с собой в разведку столько бабла.»
«Могло сложиться и по-другому.»
«Удивлён ещё, что он про смолу ничего не сказал. Аптечки его, понимаешь, смутили, а амулет из смолы хаджа, которые только силары таскают, на мысль не навёл.»
«Амулет я убрал.»
— И раз вы искали встречи, значит точно не из сторонников Рэ, — снова перехватил слово Лебле. — Вы же из Верных, мэл? Я ведь прав?
«Что значит убрал?!»
И тут же вслух старику:
— А вот и не угадали, господин Лемар. Не из Верных.
Лица хозяина мельниц и каменщика синхронно вытянулись.
«Потерять амулет для нас — смерть. Ты забыл, что без него боги снова смогут залезать тебе в голову? У меня не было иного выбора.»
— Но и не из сторонников Рэ, — неуверенно пробормотал Лебле.
«Я всё помню. Что значит убрал?!»
Разговор на два фронта бесил, но Трах со своими загадками бесил сильнее.
— Не из сторонников. Скорее из ненавистников.
Подпольщики облегчённо выдохнули.
— Я ведь и сам Рэ.
— Что?! — поперхнулся собственным вопросом Фатахо.
«Рассосал, впитал, растворил — не важно. Важно то, что теперь его не украдут, не заберут и даже не заметят.»
Оба гаргийца синхронно вскочили со стульев.
«Ну и зашибись. Нужно было давно так сделать, раз можешь.»
Я сразу расслабился. Ох уж этот многословный словоблуд. Только испугал меня зазря. Продолжаем шоу имени меня.
— Про Рейсана Рэ слышали?
— Не может быть… — плюхнулся обратно на свое место Лемар.
— Создатель… — простонал Глаг. — Живой…
— Значит слышали, — ухмыльнулся я. — Надеюсь, только хорошее.
— Господин, — Фатахо вместо того, чтобы сесть на стул, решил почему-то упасть на колени. — Вы же символ нашей борьбы. Приговорённые к смерти умирают с вашим именем на устах. Знаете знаменитое: «Даже сын пошёл против Чёрного Рэ!»? Это же наш девиз!
— Мэл, мы знали! Мы верили! — снова вскочил немного пришедший в себя Лемар. — Узурпатор вас проклял посмертно. Но они врут! Они всегда врут!
А утро-то превратилось в по-настоящему доброе. Оказывается, я теперь знаменитость. Хотя чего ожидать при таком-то отце? Вот только я боялся славы со знаком минус и собирался возвращать себе доброе имя. Ну то есть не Рейсану, а именно себе. Пожалуй, демона-Саню пока придержу. Рейсаном быть сейчас выгоднее.
— Как видите, жив и здоров, — поднял я каменщика с коленей. — Просто пришлось отлучиться кое-куда.
— Мы понимаем, — часто закивал Лебле Лемар. — Вам нужно было залечь под корни. Отсидеться пока страсти схлынут. Чёрный Рэ хоть и объявил вас мёртвым, но искали они вас, наверняка, по всему Древу и не только.
— О нет, господа, — покровительственно положил я руку на плечо старика. — Я отнюдь не отсиживался. Я добывал силу. И я сейчас не только про возвышение. Дни Дрейкуса сочтены.
— Долой узурпатора! — вскинулся Глаг.
— Слава Империи! — прохрипел Лебле.
— Слава! Величие! Мощь! — на автомате прорычал я официальный ответ, вдолбленный в голову ещё в академии. — Мы вернём свою родину, господа. Обещаю. Но сначала я хочу узнать обо всём, что случилось на нашем аллое в моё отсутствие.