Чтение онлайн

— Маш, — я с надеждой повернулась к стоявшей поблизости девушке. — Там твой… Сергей не говорил, что они собираются сделать с Костей и Максом? Может, проболтался о том, куда их увели…

Та только помотала головой, огорчаясь ещё больше, будто виновата в чём-то. Впрочем, не удивлюсь, если она правда что-то знает, но не хочет подставлять своего ненаглядного охотника. Да и фиг с ними со всеми…

Я просто ушла. У меня не было ни моральных, ни физических сил успокаивать и жалеть Олю, понимать и сочувствовать Маше. Мне чертовски хотелось, чтобы меня саму успокаивали, жалели, понимали и сочувствовали…

Стараясь не попадаться на камеры, знакомым путём добралась до медпункта. Именно здесь мне почему-то было спокойно и… по-настоящему одиноко. Как раз тот уровень уединения, которого мне так часто не хватало как там, за периметром, так и тут…

Мне нужно поспать. Это самое банальное, что я могу сейчас сделать, но у меня просто больше нет сил. Ни физических, ни душевных… Я словно кончилась. Из меня будто выпустили воздух, и я сдулась, как воздушный шарик. Не осталось ничего, кроме тонкой потрёпанной оболочки. Не новое для меня ощущение, конечно, но никогда прежде оно не достигало такого апогея… И его надо пережить. Просто пережить…

Я свернулась калачиком на кушетке, обняла себя руками. Холодно… Даже несмотря на то, что спина во время ходьбы вспотела и покрылась испариной, ноги в мокрых кроссовках распухли и горели огнём. А вот ладошки мёрзли так, будто на улице внезапно наступила зима…

Сон пришёл почти мгновенно. Поверхностный, тяжёлый, напоминающий полуобморок. Воспалённый мозг продолжал напряжённо работать, периодически вспыхивая импульсами пробуждения, но сознание отключилось полностью, позволяя наконец ощутить спокойное умиротворённое равнодушие…

Не знаю, сколько часов я провалялась здесь, то обливаясь потом, то стуча зубами от холода. Но когда я наконец резко распахнула глаза, вокруг стоял зыбкий влажный полумрак, а по крыше над головой били крупные капли летнего монотонного дождя.

Едва не застонала, когда по занемевшим в неудобной позе ногам побежали колкие неприятные мурашки, разгоняя кровь по телу до нормальной скорости…

Руками ощупала край кушетки, пытаясь повернуться. Ладонь неожиданно наткнулась на небольшой гладкий предмет…

Я машинально сжала мягкий прямоугольник пальцами, чувствуя, как в груди поднимается волна недоверчивой благодарной радости. Пачка сигарет, да?! Сашка… Не разбудил даже…

События прошедшего дня вихрем пронеслись в голове… Сейчас они воспринимались легче, будто произошли неделю назад.

Я быстро поднялась на ноги. Наощупь пробралась к выходу, остановилась в проёме. Осмотрела темную улицу, выхватывая взглядом островки света далёких фонарей… Неторопливо открыла пачку, с нереальным ощущением счастья прикурила сигарету. Протянула ладонь под под дождь… Мокнуть совсем не хотелось, но сейчас я чувствовала в себе силы для того, чтобы вернуться на склад и наконец рассказать о местонахождении Лиды.

Идти приходилось медленно. Я понятия не имела о том, сколько сейчас времени — возможно, ещё до сих пор продолжается вечер, а так темно только потому, что небо затянуто тучами. Но не исключено, что уже давным-давно наступила глубокая ночь… Первый вариант предпочтительнее — всё-таки ночью чисто психологически мне было бы тяжелее…

Впрочем, пробираться в темноте в любом случае оказалось малоприятно. Подсознательный страх, днём не такой ощутимый за чередой событий, сейчас полностью завладел разумом, заставлял желудок сжиматься и поднимал волоски на теле; давивший на уши гомон дождя искажал реальные звуки и вызывал неконтролируемые вспышки паники… Но я старалась держать себя в руках и не срываться на бег.

Напряглась, услышав вдали лай. Выпустили собак, похоже…

Прибавила шаг…

У складов царила кромешная тьма — тут фонарей поблизости не было. Лишь лужи изредка поблёскивали неровными искрами, но я даже не пыталась их обходить, не имея возможности определить границы разлившейся воды. Несмотря на то, что тягучий дождь казался достаточно тёплым, к концу пути я замёрзла так, что зубы выбивали дробь от озноба, а пальцы на руках и ногах почти лишись чувствительности…

Я всю дорогу старалась отогнать от себя навязчивые мысли о том, что наш склад окажется пуст. Но сейчас не могла заставить себя не думать об этом…

Подступила к дверному проёму, наощупь касаясь холодной шероховатой стены, прислушалась… Но кроме шума дождя ничего не могла уловить, как бы не старалась. Чёрт…

Осторожно ступила на порог, стараясь не шуметь и представляя ужас тех, кто находится в помещении, если они не спят…

Внутри почему-то было холоднее, чем снаружи. И тише… И в этой тишине отчётливо различалось чужое глубокое дыхание и чьё-то негромкое похрапывание. Значит, девчонки остались тут…

Выдохнула, гораздо увереннее делая следующие шаги.

Под ногами что-то тихо хрустнуло, но в первый момент я не обратила внимания на этот звук. А через мгновение носком кроссовка зацепила какое-то металлическое ведро, и оно с диким оглушающим грохотом покатилось по полу…

Я только зажмурилась, понимая, что порядочного вора из меня точно никогда не получится.

Секундная тишина… Визги, вопли, крепкий грубый мат, призывающий к молчанию… Сердце радостно встрепенулось — Костик?! Его вроде голос…

— Ребят, тише! Не пугайтесь! — я всматривалась в темноту, чувствуя, как в мою сторону тоже направлены несколько пар глаз, пытающихся хоть что-то разглядеть. — Это всего лишь я…

— Инна… — Оля с облегчением выдохнула. — Господи… Я уже и не надеялась, что ты вернёшься…

В пяти метрах справа вспыхнуло маленькое пламя зажигалки, оттуда же раздался голос Кости, констатирующего очевидный факт:

— Явилась.

Огонь взметнулся выше, превращаясь из крошечного язычка в огромный сноп света и частично освещая его небритое лицо.

— Куда же я денусь? — я миролюбиво улыбнулась, надеясь лишь на то, что радость встречи затмит в Косте желание съездить мне ещё раз по физиономии. — И у меня новости… Я знаю, где Лида!