Игра
Шрифт:
Пространство гостиной пропиталось сигаретным дымом, белёсые клубы неподвижно висели в воздухе.
— Саш, ты хотя бы окно открой…
Саня оглянулся на меня, распахивая небольшую дверь в правой стене.
— Здесь нет окон, Ин. Сейчас проветривание включу…
— Как нет? — я удивлённо заморгала, входя следом за ним в крошечную кухню.
Он улыбнулся. Помолчал немного, кивая на табуретку у… окна же… и жестом предлагая мне сесть. Как-то мягко и осторожно произнёс:
— Это обманки. У нас тут электричество, как видишь, и если окна будут светиться на всю территорию… Сама понимаешь…
Вот значит как…
Я опустилась на стул, не зная, что ответить на такое неожиданное открытие.
— И многому вас тут таких… "обманок"? — я поскребла пальцем по чёрной глянцевой поверхности пластика, издали так похожего на стекло.
Саша загадочно усмехнулся, всем видом нагоняя таинственности.
— Полно. Это вы невнимательные… — он открыл дверцу невысокого холодильника. — Хотя на то и рассчитано…
Я затаилась, боясь вздохнуть. Пусть расскажет ещё что-нибудь…
Но Саша молчал, изучая содержимое полок.
— Салат будешь? — он оглянулся ко мне, приподняв бровь.
Засосало под ложечкой… И салат, и вон то большое блюдо, кажется, с нарезкой, и вон в ту кастрюлю можно заглянуть…
— Буду, — я сглотнула слюну, с трудом отрывая взгляд от холодильника и едва не теряя сознание от запаха продуктов. — Саш, поговори со мной…
Он насмешливо покосился в мою сторону. Шумно вздохнул, доставая всё, что я успела разглядеть, закрыл дверцу. Потянулся к пеналу за тарелками…
— Знаешь же, Ин, что не смогу ответить на твои вопросы.
Он поставил кастрюлю на электрическую панель.
— Знаю, — я придвинула поближе салатницу и тарелку, взяла ложку. — Но ты же рассказал вот сейчас про окна… Значит, хоть что-то можешь…
Саня пожал плечами, опускаясь верхом на соседнюю табуретку. Сложил локти на столе, с улыбкой наблюдая за тем, как я старательно пытаюсь вспомнить манеры, торопливо запихивая в рот полную ложку оливье.
— Что-то могу.
Я помолчала несколько секунд. Проглотила салат, отодвинула тарелку. Подняла на него глаза, тихо произнесла не в тему:
— Выпусти меня, Саш… Пожалуйста… У меня есть деньги, я смогу заплатить! И я никогда никому не скажу…
Он раздражённо вздохнул, поднимаясь из-за стола, повернулся к плите, принялся помешивать содержимое кастрюли. Я снова захлебнулась слюной — судя по запаху, там должно быть какое-то овощное рагу с мясом. Чёрт…
— Ин, давай без этого, а, — он оглянулся, сверля меня серьёзным жёстким взглядом. — Не давай мне повода сожалеть о том, что я привёл тебя сюда.
Я судорожно выдохнула — он, конечно, прав, но всё равно обидно…
— Извини, — я потупила глаза, снова хватаясь за ложку и придвигая салат. — Ну хотя бы ответь, хоть кто-нибудь из нас отсюда выйдет живым?!
Саша пожал плечами. Достал глубокое блюдо, взял половник…
— Конечно выйдет, — он не смотрел на меня, осторожно выкладывая на тарелку содержимое кастрюли, но я чувствовала, как он тщательно взвешивает и отмеряет слова.
— Когда?! — я не смогла удержаться от этого вопроса.
Он улыбнулся и покачал головой, ставя передо мной дымящиеся овощи.
Вашу мать, ну почему так мало-то? Впрочем, тем лучше — меньше вероятность, что меня стошнит как от рыбы…
— Когда придёт время, Ин. Ешь. Потом задашь свои вопросы…
Сам он почти не притронулся к еде. Сел напротив, покрутил в руках кусок хлеба, скатал из мякиша шарик… Потянулся за пультом, включил тихую спокойную музыку… Снова поднялся, насыпал кофе в кофеварку…
— Будешь? — он поднял на меня нечитаемый взгляд.
Кивнула…
Чувство волнения как-то незаметно перешло в эйфорию. Мне хотелось плакать от щемящего щастья, обрушившегося на меня со всех сторон внезапным ливнем… Тепло, музыка, сытая тяжесть в животе, самый чудесный на свете аромат кофе — что, вашу мать, что может быть прекраснее этого всего?!
Я отложила ложку. Пристально вгляделась в Сашин профиль… Чёрт побери, он мне реально нравится. Да и разве сблизились бы мы так, если бы он не был мне симпатичен с самого первого знакомства, когда протянул на въезде свою пачку сигарет?! Нет, не были бы. По сути, я сама напросилась на это сближение… Мне нравилось в нём всё — смазливая внешность, манера держать себя и не задавать лишних вопросов, резковатые движения, напускное равнодушие в глазах, исходящее от него чувство защищённости (пусть даже обманчивое), способность уважать чужие границы, но в то же время чётко очерчивать свои… Ему нет дела до меня, я — минутный проходящий эпизод в его жизни, и это почему-то кажется таким естественным. Наверное, будь мы в других условиях, я смогла бы влюбиться в него…
— Ты женат, Сань? — вопрос вырвался сам собой, и я покраснела, опуская глаза и откладывая ложку.
Он лишь усмехнулся, ставя передо мной дымящуюся чашку. Промолчал, и я почему-то поняла, что на это моё банальное любопытство он точно не ответит… Тоже к лучшему, да.
Я сделала большой обжигающий глоток кофе.
— Саш, а что там… с остальными? Не знаешь?
Саня пожал плечами, выражая высшую степень безразличия.
— Выбывших нет, не переживай, — он усмехнулся. — Другими словами — все живы и даже не ранены.
— А Рома?.. Как он? — я не сводила с Сани глаз, пытаясь уловить хоть намёк на то, правду он говорит или лжёт.
— Отлично, — на его лице не дрогнул ни один мускул. — Зря сомневаешься.
— Где он? В больнице?
— Слишком много вопросов, Ин, — Саша наконец поднял на меня предупреждающий холодный взгляд. — На, покури лучше.
Он переставил с полки пепельницу, кинул рядом пачку и зажигалку.
— Спасибо…
Я потупила глаза, торопливо прикуривая сигарету. Никогда прежде не доводилось вести подобные разговоры с мужиками перед тем, как лечь с ними в постель… Уже даже не унизительно и не обидно. Просто странно…