Чтение онлайн

Лэм прижал ее к себе.

— Лечестер не дурак. Сейчас он может считать себя нашим врагом, но все равно он останется нашим вынужденным союзником здесь, в Ирландии, потому что он ненавидит Ормонда гораздо сильнее, чем нас. Они оба соперничают за благосклонность королевы.

Он погладил ее по спине, по волосам, и наконец обхватил ладонями ее лицо, заглядывая ей в глаза.

— Вы вернетесь ко мне, Кэти? Чтобы быть со мной рядом, вести мой дом, рожать моих детей, жить со мной и любить меня?

— Да, — прошептала она. — Да!

Он засмеялся громко, беззаботно, торжествующе и прижался к ней губами в крепком, долгом поцелуе. Когда он поднял голову, на его лице играла улыбка.

— Я вам кое-кого привез, любимая. Катарина вцепилась в его рубашку.

— Наш сын!

Нежно улыбаясь, Лэм кивнул, глядя через ее плечо.

Катарина резко повернулась и увидела стоявшую в дверях женщину со спящим ребенком на руках. Она вскрикнула и, подобрав юбки, бросилась к ней.

Она чувствовала, что готова упасть в обморок. По ее щекам текли сдезы. Женщина улыбнулась ей и протянула ребенка. Катарина прижала к груди маленькое теплое тельце, не сводя глаз со спящего младенца.

— Мой сын, — задыхаясь, прошептала она. Лэм оказался рядом с ней.

— Ее величество не стала давать ему имени, — сказал он. — Выбор за вами, Катарина.

Катарина разрыдалась, качая ребенка на руках осыпая пухлые щечки поцелуями. Ребенок пошевелился и открыл глаза. Их взгляды встретились. Взгляды матери и сына, впервые с того времени, как он родился. Катарина зарыдала еще сильнее.

Через какое-то время, немного успокоившись, Катарина шептала своему малышу:

— Какой ты прелестный — совершенно как твой отец. — Она взглянула на Лэма.-Я хочу назвать его Генри, в честь отца королевы — и в честь самой королевы.

Лэм расхохотался.

— Ну, Кэти, вы начинаете разбираться в политике. Катарина засмеялась вместе с ним, а Генри О'Нил сладко зевнул.

Темную комнату заливал лунный свет.

Катарина и Лэм остановились в середине комнаты. С громко бьющимся сердцем, еле стоя на подгибающихся ногах, Катарина искоса взглянула на Лэма.

Он стиснул ее в объятиях. Его губы нашли ее губы. В его поцелуе не было ничего нежного и успокаивающего. Он был яростным, жаждущим, долгим и глубоким.

Его ладони обхватили и стиснули ее груди. Катарина рванула шнурки его рубашки и просунула под нее руки. Его мышцы содрогнулись под кончиками ее пальцев. Он оторвался от ее губ.

— Жадина, — хрипло выговорил он, срывая с себя рубашку и отбрасывая ее в сторону.

Катарина рассмеялась.

— Этой ночью я буду очень жадной, милорд, и не без причины, — прошептала она. Ее пальцы скользнули за пояс его бриджей, легко касаясь его плоти. — Не думаю, что вам удастся меня удовлетворить.

— Это вызов, госпожа? А вам известно, что пираты обожают драться на дуэли?

— Вот как? — Она обольстительно улыбнулась, поглаживая пальцами его кожу около пупка. Ее ладонь снова коснулась его плоти.

В то же мгновение Катарина оказалась брошенной на постель. Она нетерпеливо задвигалась. Он навис над ней, блистая серыми глазами.

— Приди ко мне, — прошептала она.

Он пропустил ее нежное приглашение мимо ушей. Он долго, с вызовом, смотрел ей в глаза своими потемневшими глазами. Потом он не спеша сдвинул вниз ее лиф вместе с рубашкой, обнажив ее груди. Едва дыша, Катарина застыла, предвкушая наслаждение.

Лэм улыбнулся ей и наклонил голову. Как только его язык коснулся ее соска, Катарина обхватила его голову, выгибаясь и выкрикивая его имя. Он принялся легонько посасывать ее сосок, постепенно задирая ее юбки. Он сорвал с нее полотняное белье и обхватил ладонью ее лоно. Катарина издала звук, в котором смех перемежался с рыданием.

Его палец принялся со знанием дела потирать ее расщелинку. Катарина задергалась, издавая громкие стоны.

— Я не смогу вас удовлетворить сегодня, милая? — прошептал он, склонившись над ней.

Его язык затрепетал в том месте, которое только что занимал палец. Он зарылся лицом в пышную поросль. Катарина обхватила руками его затылок, вскрикивая снова и снова.

Она вдруг обмякла и куда-то поплыла, смутно представляя, что происходит. Лэм куснул ее бедро. Их взгляды встретились. Его глаза лихорадочно блестели, но хрипловатый голос звучал поддразнивающее.

— А это как вам понравилось? — спросил он. Она улыбнулась, вдруг осознав его позицию между ее раздвинутых бедер. Ее сердце сразу учащенно забилось.

— Может, и понравилось, — согласилась она, — но до удовлетворения еще далеко.

Его глаза потемнели, и его рот снова был занят делом. Катарина ахнула, цепляясь за его плечи. Его язык вызывал невообразимые ощущения на ее сверхчувствительной коже. Ее бедра сами собой задвигались, притираясь к нему. Внезапно его сильные пальцы оказались внутри нее, раз за разом продвигаясь все глубже. Она задыхалась, вскрикивая:

— Лэм, прошу! Войди в меня, сейчас же войди! — Слишком поздно, потому что она уже переставала владеть собой и проваливалась в небытие.

Когда она открыла глаза, он поглаживал ее лицо, оглядывая ее всю блестевшими серебром глазами. От его жаркого голодного взора все тело Катарины напряглось.

— Я признаю поражение, — прошептала она, протягивая руку и прижимая ладонь к его щеке.

Он улыбнулся, но в мышцах его лица чувствовалось напряжение. Его рука провела ее ладонью по своей груди и ниже, к животу. Он ждал, не сводя с нее взгляда, и Катарина потянулась еще ниже, дрожащими пальцами прослеживая тяжелые контуры сквозь ткань бриджей.

Ее тело снова охватила лихорадка желания. Не сводя с него глаз, она просто сказала:

— Я вас хочу, Лэм.

Он рассмеялся смехом, полным торжества и восторга. Через мгновение он улегся на нее, обхватив ее сильными руками, прижимаясь губами к ее губам. Его язык быстрым толчком скользнул внутрь. Катарина не просто ласково встретила его — она глубоко всосала его в свой рот.

И она обвила лодыжками его икры, от чего их тела сдвинулись таким образом, что его пульсирующие чресла вклинились между ее бедрами.