Чтение онлайн

Мы выехали на Пенсильвания-авеню, где находилось здание ФБР, а поблизости располагалась контролирующая компания — Министерство юстиции.

Машина остановилась перед зданием ФБР, уродливым сооружением из бетонных плит, размеры и форма которого не поддавались описанию. Но как бы там ни было, фасад здания был семиэтажным, а задняя часть — одиннадцатиэтажной. Площадь здания составляла около двух с половиной миллионов квадратных футов — больше, чем площадь здания бывшего КГБ в Москве. Вероятно, оно являлось крупнейшим в мире сооружением, в котором размещалась силовая структура. Здесь работали около восьми тысяч человек, главным образом службы обеспечения и эксперты. Настоящих агентов здесь было около тысячи, но я им не завидовал, как не завидовал полицейским, работавшим в Департаменте полиции Нью-Йорка. Успехи в работе прямо пропорциональны удаленности от головной организации.

Мы вошли в небольшой вестибюль, похожий на внутренний дворик. Пока мы ожидали сопровождающего, я побродил по этому дворику, где имелись фонтан и садовые скамейки. На стене над скамейками была выложена бронзовыми буквами цитата Эдгара Гувера:

Хорошая цитата. Во всяком случае, лучше неофициального девиза ФБР «Мы не можем ошибаться».

На стенах висели обычные фотографии: президент, генеральный прокурор, директор ФБР и т. д. Снимки размещались в порядке субординации, с них улыбались приветливые лица, так что, надеюсь, никто не путал их с фотографиями объявленных в розыск опасных преступников.

На самом деле существовал еще один вход в здание: для посетителей. Отсюда начинались туристические осмотры, и как раз здесь висели десять фотографий самых разыскиваемых преступников. Невероятно, но трое преступников были арестованы в результате того, что туристы узнали их на снимках. Я не сомневался, что на первом месте сейчас уже висит фотография Асада Халила. А вдруг кто-то из туристов увидит ее и воскликнет: «Эй, да я же сдал комнату этому парню!»

Лет пять назад я побывал в этом здании, здесь тогда проходил семинар, посвященный серийным убийцам. Пригласили детективов из отделов по расследованию убийств со всей страны, они все оказались немного чокнутыми, как и я. Во время семинара мы постоянно отпускали шуточки в адрес ФБР, и их психологи посчитали, что нам требуется медицинская помощь.

Но ладно, вернемся к нашему визиту в здание ФБР. Разумеется, сегодняшний день не был обычным рабочим днем. Здание выглядело практически пустым, однако я не сомневался, что отдел по борьбе с терроризмом в сборе. Оставалось надеяться, что коллеги не станут ругать нас за испорченное воскресенье.

Джек, Кейт и Тед предъявили охране личное оружие, а я был вынужден признаться, что у меня оружия нет.

— Мои руки зарегистрированы в качестве смертельного оружия, — предупредил я охранника.

Охранник посмотрел на Джека, который сделал вид, что я не с ними, а сам по себе.

В девять часов нас провели в зал заседаний на третьем этаже, где предложили кофе и представили нам шестерых мужчин и двух женщин. Мужчин звали Боб, Билл, Джим (впрочем, может, мне просто это послышалось), а женщин — Джейн и Джин. Все они были в синих костюмах.

Я догадывался, что этот день будет долгим и напряженным, но действительность оказалась еще хуже. Нет, никто из них не проявлял враждебности, не упрекал нас — они были вежливы и сочувствовали нам, — однако у меня появилось ощущение, что я снова учусь в школе и меня вызвали в кабинет директора. «Джонни, как ты думаешь, когда террорист в следующий раз заявится в Америку, ты сможешь вспомнить, чему мы тебя учили?»

Хорошо, что я не взял с собой пистолет, а то уж слишком большой соблазн перестрелять их всех.

Мы не все время торчали в этом зале заседаний, нас, словно цирковых животных, водили по разным кабинетам, где повторялась одна и та же процедура, менялась только публика.

Короче говоря, все утро мы говорили, отвечали на вопросы, а разные люди слушали нас и кивали. По большей части я не знал, с кем мы говорим, а несколько раз вообще ловил себя на мысли, что нас привели не в тот кабинет, поскольку находившиеся там люди выглядели удивленными и смущенными, как будто не понимали, откуда здесь взялась четверка из Нью-Йорка, которая рассказывает про какой-то отравляющий газ и про парня по имени Лев. Что ж, возможно, я и преувеличиваю, но после трех часов разговоров с различными людьми об одном и том же все это начало здорово утомлять.

Кто-то задавал специфические вопросы, касавшиеся фактов, иногда нам предлагали высказать свое мнение или версию. Однако никто не сообщил нам ничего из того, что они знали. А затем нам сказали, что можно пойти отобедать.

Асад Халил услышал, как открылась входная дверь и раздался женский голос:

— Роза, мы пришли.

Халил допил кофе, вытащил генеральский «кольт» 45-го калибра, стал сбоку от кухонной двери и прислушался. Мужчина и женщина, разговаривая между собой, приближались к кухне.

Генерал и его жена вошли в просторную кухню, генерал сразу направился к холодильнику, а женщина к кофейнику, стоявшему на кухонном столе. Они стояли спиной к Халилу, а он, сунув пистолет в карман, ждал, когда его заметят.

Женщина достала из шкафчика две чашки и налила в них кофе. А генерал продолжал что-то искать в холодильнике.

— А где молоко? — спросил он.

— Оно здесь, — ответила миссис Уэйклифф.

Она повернулась, направляясь к столу, увидела Халила, сдавленно вскрикнула и уронила обе чашки на пол.

Генерал резко обернулся, посмотрел на жену, проследил за ее взглядом и увидел высокого мужчину в костюме. Глубоко вздохнув, Уэйклифф спросил:

— Кто вы такой?

— Посыльный, — ответил Халил.

— Кто вас впустил в дом?

— Ваша служанка.

— Где она?

— Пошла покупать молоко.

— Ладно, убирайтесь отсюда, — рявкнул генерал, — или я вызову полицию!

— Как вам понравилась сегодняшняя церковная служба? — поинтересовался Халил.

— Прошу вас, уходите, — попросила миссис Уэйклифф. — Если вы немедленно уйдете, мы не станем звонить в полицию.