Чтение онлайн

Пораженный, он высунул голову в образовавшееся отверстие. Потом отломил кусочек панели и принялся разглядывать его.

Двое мужчин, устанавливающих в коридоре осветительные приборы, обернулись на шум.

— Что вы там, черт возьми, делаете?

— Контроль над качеством работ, — ответил Майлз. — У вас, ребята, будет о чем подумать.

Не расширить ли дыру? Ладно, не стоит. Майлз повернулся и пополз обратно, к нетерпеливо ожидающему его человеку в желто-коричневом комбинезоне.

— Утечка в шестой секции, — сообщил он ему и протянул кусок панели. — Если так и задумано — ставить панели из возгорающегося пластика вместо положенного для военных объектов плетеного кварцевого волокна, то у конструктора явно не в порядке с головой. Если нет — советую прихватить пару громил с электрошоковыми дубинками и нанести визит вашему поставщику.

Выругавшись, мастер ухватился за край ближайшей панели и надавил. Раздался треск. В руках у него оказался здоровенный обломок.

— Сукины дети! И сколько этого дерьма уже установлено!

— Жуть! — поддакнул Майлз и развернулся на сто восемьдесят градусов — надо исчезнуть прежде, чем чертыхающийся мастер придумает ему еще какое-нибудь задание. Раскрасневшийся и запыхавшийся, Майлз не останавливался до тех пор, пока не завернул за второй поворот.

И сразу наткнулся на сооруженных людей в бело-серых мундирах. Их было двое. Один из них обернулся к нему. Майлз, закусив губу и не оглядываясь, прошел мимо.

Дендарийцы! (Или оссериане!) Здесь, на этой станции! Сколько их, где располагаются? Может быть, что-нибудь патрулируют? Ему страстно захотелось вновь оказаться между стенками, как крыса в норе.

Бог весть, на чьей стороне теперь большинство бывших подчиненных адмирала Нейсмита. Только один из них не вызывал у него сомнений. Абсолютно никаких. Элен.

Майлз оставил ее четыре года назад женой База Джезека и помощницей Танга, и лучшей защиты в то время он ей дать не мог. Но со времени переворота Оссера он не получал от База никаких известий. Не перехватил ли их Оссер? Баз понижен в должности, Танг, очевидно, впал в немилость. Элен? Какое положение занимает она в непростой иерархической структуре флотилии?

И в его сердце! Майлз задумался. Даже сейчас больно вспоминать об этом. Он любил ее с детства. И она знала его лучше, чем любой другой человек на свете, за исключением отца и матери. И все же тоска по ней потихоньку выветрилась, вместе с печалью о сержанте Ботари — его няньке, друге, телохранителе (и отце Элен), так нелепо погибшем на глазах питомца. Заботы новой жизни растворили его отчаяние. Так, иногда что-то находило на него, словно ныли больные суставы. Майлз хотел — и не хотел видеть Элен. Говорить с ней. Коснуться ее…

Но время ли думать о себе? Элен — приятельница Грегора, они вместе играли в детстве. Вторая линия обороны для императора. А болью Грегору сейчас не поможешь. Итак, надо отыскать Элен и прекратить свои бесцельные и опасные блуждания по станции. Остался ли кто-то, кроме Элен, во флотилии дендарийцев, на кого можно положиться? Ему необходимо учесть все, использовать все свои ресурсы. Существует ли еще в сознании дендарийцев такая личность, как адмирал Нейсмит? Интересный вопрос.

Ему необходимо отыскать укромное место, откуда можно наблюдать за обстановкой. Как только что доказал голубой халат, есть масса способов быть невидимым, оставаясь у всех на виду. Но его необычный рост — ох, что б его — не позволял полагаться только на халат. Нужно раздобыть какие-нибудь инструменты. Да, это самое лучшее — чемоданчик с инструментами, похожий на тот, который сию минуту поставил на пол человек в желто-коричневом комбинезоне, собираясь войти в туалет. В мгновение ока Майлз с чемоданчиком в руках исчез за углом.

Двумя уровнями ниже он обнаружил коридор, ведущий к кафетерию. Ага. Смертные, как известно, нуждаются в пище, следовательно, рано или поздно перед ним пройдут все обитатели Станции. Запахи съестного вызвали немедленную реакцию в желудке, выразившем урчанием свой протест против трехдневного пребывания на половинном рационе. Майлз, стоически проигнорировав голодные спазмы, снял со стены панель и нацепил на нос оказавшиеся в чемоданчике защитные очки, обеспечивая себе минимальную маскировку. Затем он залез в простенок, чтобы хоть так скрыть свой рост, и с диагностическими сканерами в руках приступил к роли: сделал вид, что проверяет приборы. Вид на коридор был прекрасный.

По доносящимся из кафетерия запахам он определил — там подают прекрасные бифштексы из клонированной говядины, но с овощами обращаются варварски. Необходимо быть начеку, чтобы слюна, мгновенно переполнившая рот, не попала в луч миниатюрного лазерного паяльника, которым он манипулировал, наблюдая за проходящей мимо публикой.

Людей в гражданском было немного. Какое все-таки счастье, что у него есть голубой халат: костюм Рота, без сомнения, привлек бы внимание. Мимо мелькали разноцветные комбинезоны, голубые и зеленые халаты, мундиры Аслунда — в основном нижние чины. Неужели у дендарийцев (оссериан) собственная столовая где-то на стороне? Когда Майлз, отчаявшись, собрался покинуть свой наблюдательный пост (приборы управления были отремонтированы им на славу: разобраны до винтиков), мимо прошли двое в серо-белых дендарийских одеждах. Лица были ему незнакомы.

Майлз еще раз попытался взвесить свои шансы. Из примерно двух тысяч наемников, находящихся в настоящее время в районе Аслундского п-в-туннеля, ему знакомы (да и то в лицо) от силы несколько сот, еще меньше — по имени. У этой наполовину собранной военной станции стоит только часть флотилии. И скольким из них можно доверять? Пяти? Шести?.. Прошло еще четверо в серо-белом, но Майлз пропустил их, хотя был уверен, что пожилая блондинка

— техник с «Триумфа» и когда-то горой стояла за Танга. Желудок буквально выворачивало от голода.

Но при виде загорелого лица в приближающейся оживленной группе серо-белых Майлз начисто забыл про свой желудок. Сержант Чодак! Снова удача повернулась к нему лицом. Хотя… Если бы дело касалось его одного, он рискнул бы, но рисковать Грегором?.. Судьба решила за него. Непроизвольно взглянув в сторону Майлза, Чодак, в свою очередь, узнал его. Глаза сержанта в ужасе раскрылись, но в тот же миг лицо приняло прежнее непроницаемо-спокойное выражение.

— Сержант, — негромко позвал Майлз, постукивая по коробке какого-то прибора. — Не будете ли вы так добры — не подойдете сюда? Я что-то запутался.