Чтение онлайн

— Только сперва назовите сумму в галлеонах и фунтах, которую вы желаете иметь при себе.

— Сто галлеонов и пятьсот фунтов, — тут же ответил Гарри, которому ужасно хотелось заявить настырной матери Рона, что она лезет не в свое дело.

Наконец они снова уселись в тележку и оправились назад.

Булстроудов в лавке Оливандера уже не было, видимо Невилл, как воспитанный мальчик, пропустил даму вперед. Теперь он сам выбирал палочку под суровым взглядом бабушки. Наконец очередная попытка увенчалась успехом: палочка выдала густой сноп зеленых искр.

— Прекрасно! Прекрасно! Вишня и волос единорога. Отличное сочетание. Гибкая и очень хороша для чар.

Невилл в полном восторге смотрел на собственную палочку. Его бабушка, явно впечатленная увиденным, отсчитывала галлеоны. Наступила очередь Рона. После обязательных обмеров ему тоже предложили несколько палочек на выбор. Он нерешительно взял одну.

— Взмахните! — сказал ему Оливандер.

Первый три не подошли. Четвертая выпустила разноцветные искры.

— Отлично! Ива и волос единорога. Очень хорошая палочка.

Миссис Уизли со вздохом достала кошелек.

— Теперь вы, мистер Поттер, боюсь, что второй такой палочки у меня для вас нет.

Гарри пожал плечами и приступил к подбору. В это раз ему подошла пятая палочка из предложенных. Она выдала сноп серебряных искр.

— Как интересно! — восхитился мастер. — Черная бузина и шерсть книззла. Очень необычная палочка.

Гарри достал деньги. Странно, что ему не было сказано, в чем хороша его новая палочка, но это было не так уж и важно. Главное, что она была только его.

— Думаю, можно отметить покупку мороженым, — предложила бабушка Невилла.

Мальчишки заулыбались. Миссис Уизли поджала губы. Гарри показал кошелек:

— Я угощаю, — сказал он.

И они отправились в кафе мистера Фортескью. Как оказалось, тут можно было купить большой торт в специально зачарованной коробке, которая вполне выдерживала транспортировку по каминной сети. Так что было решено купить для друзей такой торт и много сливочного пива. Покупки оплатили леди Лонгботтом и Гарри. Пора было возвращаться.

Гриффиндорцы были рады угощению, торт был большим, так что по полному блюдечку вкуснейшего мороженого хватило всем. Сливочное пиво тоже пошло на ура.

— Я записала для вас домашнее задание, — сказала Гермиона, — и вы можете скопировать мои конспекты.

— Спасибо, — поблагодарил Гарри.

Рон закатил глаза. Невилл робко улыбнулся.

— И, Гарри, тебе придется рассказать мне, где можно прочитать про женскую магию. Иначе я тебе не поверю.

Гарри почесал в затылке.

— Думаю, тебе стоит написать синьоре Руджиери, я же мальчик, мне это знать нельзя. А еще Франческа тоже учится, можно и ей написать.

— Ты думаешь, это удобно?

— Ну, хочешь — я напишу, а еще лучше — вместе напишем!

Гермиона медленно кивнула.

— Хорошо, но только прямо сейчас.

И они составили письмо. Гермиона лично проследила за его отправкой. Похоже, что она не успокоится, пока не получит всю доступную информацию. Видимо, ее очень задело, что есть что-то, о чем она и понятия не имела.

Прилетела сова из Гринготса. Гарри часто слышал от дяди Вернона, как важно читать самый мелкий шрифт в договорах, потому что именно там прячут всякие неприятные вещи, поэтому очень внимательно перечитал длинный свиток. Но все было понятно изложено. В магическом банке Италии для него арендовалась ячейка, куда клали три тысячи галлеонов. Ключ можно было получить в главном офисе в Турине, подтвердив свою личность кровью. Плата за аренду составляла сикль в месяц. Гарри подписал там, где стояли галочки, потом приложил к подписям свою новую волшебную палочку и капнул кровью в небольшой квадратик. Затем положил документ в специальный тубус с гербом Гринготса, который тут же уменьшился, и привязал его к лапке совы.

— Гарри, — спросил Рон, — а зачем тебе в Италии столько денег?

— Понимаешь, — ответил Гарри, — мне очень понравилось изучать и варить зелья. У нас тут Снейп мало что объясняет, а синьора на все мои вопросы отвечала. Многие ингредиенты дорого стоят, а так — я смогу за свои деньги покупать, чтобы учиться.

— Ты что хочешь потом всю жизнь зелья варить? — удивился рыжий.

— Так ведь всегда может пригодиться!

Рон задумался.

— Ну, не знаю, — сказал он, — мне это не нравится. И вообще, еще на каникулах всю эту гадость варить. Бэээ! Мы вот на метлах летали, в квиддич играли. Потом еще сад обезгномливали.

— Чего делали? — удивился Гарри.

— Ну, у нас в саду гномы живут. Они норы роют, растения портят. Вот мы их и выгоняли.

Гарри вспомнил, что дом рыжего семейства называется «Нора». Похоже, что это было весьма символично. Но он ничего не сказал вслух, чтобы не обижать Рона. К тому же предложенная программа каникул его совершенно не устраивала.

— О, — сказал Рон, — смотри — Вуд объявление вешает, что будет отбор на место охотника.

— Хочешь попробоваться?

— Ты чего? Откуда я новую метлу возьму? А на школьной можно даже не пытаться. А у слизней, говорят, будет новый ловец. Как думаешь, кто?

— Посмотрим, хотя Малфой хорошо летает.

— Да уж! Никуда от этого паразита не деться.

Гарри пожал плечами. Блондин ему не нравился, но вся эта вражда теперь казалась такой мелкой, впрочем, как и борьба за баллы. Знания-то нужны не для баллов. Вдруг понадобиться самому сварить зелье, применить какие-нибудь сложные чары, которые могут помочь в трудную минуту или даже спасти жизнь? Ситуации-то всякие бывают. Вон, в прошлом году поперлись камень спасать, так если бы не Гермиона, то дальше дьявольских силков бы и не ушли. Подружка раздражала временами до зубовного скрежета своей правильностью и занудностью, но она не только зазубривала сведения и заклинания, но и соображала, как их применить на практике.

— Опять Джин в своей тетрадке строчит, — показал пальцем Рон, — как думаешь, чего это она? Нам же столько в прошлом году не задавали.

— Может дневник? Многие девочки это любят. Записывают все события дня, свои мысли, чувства.

— Зачем?

— А я откуда знаю? Я же не девочка. Нравится им это.

— А может стащить у нее тетрадку и посмотреть?

— Да зачем тебе? Небось как все — слюни по Локхарту там пускает.

Рон хихикнул.

— Да нет, она по тебе… это самое. Такую истерику закатила, когда выяснилось, что ты в гости не приедешь. А потом все про тебя расспрашивала.