И такое бывает...
Шрифт:
– Скажи спасибо Барратту лучше, вот без него бы точно ничего не вышло.
– Барратт - просто зверь, - немедленно согласился я.
– Честно, он мне не кажется рядовым аврором... Странно, что возился со мной и помочь согласился, делать ему больше нечего, что ли...
– Нечего, - обрубила грубовато Тонкс.
– Так как прошло просвещение обманутого внука и объяснение статуса-кво?
– Извини.
– Ты меня не обидел, тебе не за что извиняться, мистер Прюэтт, - отмахнулась она.
– Нормально прошёл. Успешно, я бы сказал, - я осторожно тронул ухо: - Да вообще великолепно, если честно. На новый джемпер я даже не надеялся!
– А старым пришлось заплатить, это ничего?
– Вещи теряются, - важно заявил я, - но халява - вечна!
– Ну ты... обалдуй!
– щёлкнула меня по лбу аврорша, чем спровоцировала короткий раунд салок. Я почти успел её поймать когда нас прервало возмущённое:
– А ну прекратили!
– Профессор МакГонагалл, - пискнула придушенно Тонкс, выскальзывая из моей хватки и немедленно принимая стойку смирно.
– Вот так-то, - чуть потеплел голос женщины.
– А теперь разошлись по спальням. И, мистер Прюэтт, чтобы больше не склоняли авроров к нарушению комендантского часа!
– Почему я-то!
– Тише, вас услышат... Что я, вас обоих не знаю? Быстро по кроватям, и чтобы ни я, ни кто-либо другой вас не видел!
Мы с Тонкс переглянулись.
– А баллы?
– затупил я, пока Тонкс тянула меня за рукав в сторону портрета Цефеи.
– Мистер Прюэтт, - строго посмотрела МакГонагалл на меня поверх очков.
– Я не горю желанием объяснять кому-либо, даже Дамблдору, что поймала ночью четверокурсника и великовозрастного аврора за игрой в салочки, по всей видимости, на щелбаны. Хотя, должна признать, с каждой секундой такая возможность нравится мне всё больше. Так доступно?
– Тонкс, да чего ж ты спишь-то?!
– возмущённо прошептал я, перехватывая рукав аврорши.
За спиной послышался тяжёлый вздох, звук соприкосновения лба с ладонью и бормотание "Ничего, зато через несколько десятков лет - пенсия... Мда".
Вяло переругиваясь шёпотом, мы с Тонкс всё же добрели до моей комнаты, где она дала мне наставительный подзатыльник: "Не поможет, но вдруг" и распрощалась.
– Э, Тонкс, может, ты мне вернёшь палочку всё-таки, а?
– Ты и без неё можешь магический мир вверх ногами поставить, - вздохнула девушка, копаясь в карманах мантии.
– Это-то да, - вынужденно признал я.
– Но без палочки я чувствую себя несколько неловко.
– О, месье Прюэтт знает слово "неловко"?
– деланно изумилась Тонкс, протягивая мне мою прелесть.
– Не далее как на прошлой неделе именно вы, мадемуазель Тонкс, огрели меня словарём по голове; я счёл это подарком, и, безусловно, не мог оставить его без внимания. В данный момент я как раз на букве Т, так что - конечно, я знаю слово "неловко", читал его аккурат два дня назад.
– Эх, балаболка... Весело с тобой, но спокойной ночи, а то МакГонагалл трансфигурирует меня в пять исключений Гампа и не поморщится...
– Я поморщусь за неё, не волнуйся, - заботливо успокоил девушку я. Она только закатила глаза.