Чтение онлайн

Он подошел к Орлин и обнял ее:

— Ты пришла ко мне, Орлин, чтобы остаться со мной?

Она смутилась:

— Остаться?.. О, Нортон, я не могу! Обладательница этого тела — живая девушка и должна возвратиться в царство смертных. Я здесь вместе с ней и Джоли…

— Джоли, супруга Сатаны! У меня немало разногласий с Сатаной, но она чудесная женщина.

— Да. Вот так и получилось, что я пришла не одна и не могу остаться с тобой.

— Но ты дух. Смертная девушка пусть возвращается, Джоли уже много веков является призраком, а ты обретешь свой прежний облик. Если ты не покинешь мой особняк, проблема времени не возникнет, и мы сможем жить вместе десятилетия, абсолютно не старея.

Предложение показалось Орлин ужасно привлекательным. До сих пор ей не приходило в голову, что существует такая возможность. Поселиться с Нортоном и вести с ним мирную и удобную жизнь…

Потом она вспомнила о Гэве Втором.

— Наш ребенок… может жить с нами?

— Нет. Человек находится здесь столько, сколько реально продолжалась его собственная жизнь. Через тридцать семь лет я исчезну и передам Песочные Часы следующему Хроносу, который с точки зрения смертных станет моим предшественником, потому что я приближусь ко времени своего рождения. А Гэв Второй достигнет своего предела через несколько дней.

— И будет снова вынужден жить вперед, — закончила Орлин его мысль. — О, Нортон, я не в силах от него отказаться! Я действительно тебя люблю, однако его я тоже люблю, а он гораздо больше нуждается во мне. Мне нужно избавить сына от страшного недуга души и проводить на Небеса — лишь тогда я смогу отдохнуть. — Она чувствовала себя ужасно виноватой, когда произносила эти слова, но такова была правда.

— А если ты спасешь его, а потом вернешься ко мне?

— Тогда в моей душе снова воцарится мир, и все остальное не будет иметь значения.

Он кивнул:

— Я узнал от Жимчика — демонического кольца, которое ты мне подарила, — что тебя воспитывали приемные родители. И понимаю, почему для тебя так важно, чтобы у ребенка была мать.

— Да. Я жила с приемными родителями, но имена моих истинных родителей мне стали известны только после того, как я умерла. Наверное, это изменило мое отношение к миру. Мой ребенок должен знать меня даже после смерти.

Хронос задумался. Наконец он принял решение.

— Орлин, я могу показать, как происходило твое удочерение. Я никогда сам не заглядывал в те времена, поскольку старался забыть тебя, но теперь, я думаю, это следует сделать. Ты моложе меня; твое удочерение произошло еще до того, как я передал Песочные Часы другому Хроносу. Ты бы хотела вернуться в свое прошлое?

Орлин удивилась:

— Я могу отправиться назад во времени и посмотреть собственными глазами? А как же временной парадокс?

— Обычно все мои действия защищены от парадоксов, но в данном случае потребуются дополнительные предосторожности: для участников тех событий мы останемся невидимками. Тогда прошлое не изменится.

— Я согласна! — воскликнула Орлин. — Я бы очень хотела увидеть, как это происходило! Более того, мне ужасно интересно взглянуть на мою мать в тот момент, когда она отдавала меня. Это возможно?

Хронос взглянул на кольцо, которое когда-то принадлежало Орлин, и она поняла, что Нортон задает ему вопросы, а оно отвечает «да» или «нет».

— Да, Жимчик отведет нас туда; ведь он при этом присутствовал. Я последую его советам и покажу тебе твою жизнь с самого начала. Возьми меня за руку.

Орлин сжала его пальцы, и ее охватило странное ощущение. Они были любовниками, а теперь она мертва, а Нортон стал бессмертным, но любовь между ними не прошла. Какие воспоминания рождает простое прикосновение руки!

Хронос поднял большие Песочные Часы, и песок в них поменял цвет на темно-синий. Потом Нортон слегка встряхнул Песочные Часы — и все вокруг заволокло дымкой. Началось мерцание, такое частое, что невозможно было за ним уследить; Орлин сообразила, что ночь сменяет день; они возвращались в прошлое, проходили сотни и тысячи дней и ночей.

Потом оказалось, что они летят над незнакомой местностью. Хронос расспрашивал Жимчика, используя технику «двадцати вопросов», которую успел заметно улучшить.

— Индия, — заявил Хронос. — Бродячий цирк или что-то в таком же роде.

— Цирк в Индии? — переспросила Орлин. — Я родилась там?

— Похоже на то.

Теперь они приблизились к каравану повозок. Так и есть — бродячий цирк! В одном фургоне жила русалка в цистерне, в другом — гигантский змей, в остальных ехали артисты и разные диковинные животные.

Они вошли в самый лучший фургон, похожий на маленький домик. В нем на постели лежали мужчина и женщина; не вызывало сомнений, что они были любовниками.

— Война! Природа! — удивленно воскликнул Хронос.

— Что ты сказал?

— Я их узнал! Он — воплощение Войны, его называют Марс или Арес. Она — воплощение Природы, ее зовут Гея.

— Он, конечно, прав, — вмешалась Джоли. — Твои генетические родители, Орлин.

Орлин смотрела на две неподвижные фигуры со смешанными чувствами. Все произошло так неожиданно! Однако она удивительно быстро справилась со своими эмоциями — Джоли это поразило. Орлин училась принимать жизнь такой, какая она есть.

— Да, мне рассказали после смерти, — проговорила Орлин, опустив немаловажную деталь — не стала сообщать Хроносу, когда все произошло. — Но тогда они еще не были инкарнациями.

— Вероятно, ты права, поскольку теперь они живут порознь.

— Но почему же они расстались и отдали меня чужим людям? — воскликнула Орлин, охваченная жгучей болью.

Послышался цокот копыт и шум. Будущий Марс встал, чтобы выяснить, что случилось. Его встретил офицер, одетый в роскошный мундир.

— Принц, мы пришли за вами! — сказал офицер. — Принц, ваш брат, наследник престола, умер.