Чтение онлайн

— Просто запомни: левый бок — правая нога, правый бок — левая.

Зато схематическое мышление у Андрея было развито прекрасно, и он торопливо записал: «Л = П, > П = Л».

Заметив хмурый взгляд нависшей над ним Аси, Хордин виновато пробормотал:

— У меня просто память визуальная.

— То есть, когда ты будешь соблазнять мою сестру, у тебя в голове нарисуется вот эта лжеформула любви?

— Ну да. Если ничего не перепутаю.

— Давай проще. В этом опыте мы задействуем верхнюю ногу, потому что на нижнюю ты будешь опираться.

— А, ну да, — согласился Андрей, толком не поняв, с чем соглашается.

— Значит, эту самую ногу…

— Которая может быть и левой, и правой, но, по сути, она верхняя.

— Да! — начала раздражаться Ася. — В общем, эту ногу ты сгибаешь в колене…

— Погоди, я запротоколирую.

— …и аккуратно помещаешь между ног своей партнёрши.

— Насти?

— Допустим, Насти.

— А она не будет возмущаться?

Ася опасно уткнула кулаки в бока.

— Возмущаться сейчас буду я. Я же сказала — аккуратно! Ты меня с мысли сбиваешь!

— Прости, — смутился Хордин.

— А потом бедром…

— Чьим?

— Своим, балда! …Ты нежно и ритмично надавливаешь ей между ног.

— Как?!

— Я же сказала — нежно и ритмично!

— Это я записал. А если она меня ударит?

— Прикуёшь её наручниками и засунешь кляп, чтобы не ворчала.

— А так можно?!

— НЕТ! — Ася без сил упала на стул. — Андрей, ты такой зануда, что тебе поможет только разнузданный секс.

— Так я и пытаюсь… раззанудиться.

— Короче, этот способ в процессе прелюдии очень заводит. Пока ты будешь целовать Настю, она, возможно, ничего и не заметит, но ей будет о-очень приятно…

— Стоп! — запротестовал Хордин. — Так я её при этом ещё и целовать должен?!

— И ласкать, и целовать. Посмотри в свою схему — там всё написано.

Андрей придирчиво глянул в конспект.

— А этот способ к какому из китов относится? К ласкам или прикосновениям?

— Какая разница? — вздохнула Ася.

— Всё так сложно…

— А ты как хотел? Секс — это не существительное «процесс, род занятия», это глагол.

— Это тоже записать?

— Так запомнишь.

— Ась, я, наверное, не смогу.

— Сможешь. Ты пока это выучи, а потом дальше пойдём.

— А экзамен ты у меня будешь принимать или Настя? — осмелел Хордин.

Ася встала и похлопала его по плечу.

— А экзамен у тебя… примет жизнь.

Возможность сдать экзамен представилась Хордину буквально на следующий день.

— Андрей, у меня тут ЧП форс-мажорное. Можно к тебе зайти? Я тут недалеко…

— Конечно… Да! Я жду.

Хордин был возбуждён, но далеко не в эротическом плане. Он нервно набрал Асин номер.

— Асют, ко мне скоро Настя нагрянет…

— А ты один?

— Да. Вот свезло.

— Надолго?

— Даже если соседи вернутся, мне всё равно! В конце концов, я никого не притесняю, я уже живу в «комнате… страха». Только что-то мне страшно.

— Это ты, брат, зря. Успокойся, не нервничай. И не рассчитывай на слишком многое, всё-таки первый раз. А главное: чистые трусы надень.

— О, она уже звонит!

— «И сказал ему: встань и иди!»[46] — ободрила напоследок Ася.

Неловко прекратив метания по квартире, Хордин бросился открывать.

— Настя!

Но радость его сменилась унынием, едва он увидел свою девушку.

— Привет, Хордин, — мрачно отозвалась Настя.

— Что с тобой случилось?

— Это ужасно, я упала в канаву.

— Ты цела?

В ответ Настя выставила вперёд свои по локоть исцарапанные руки.

— А ещё я вся грязная!

— Э-э… я сейчас йод принесу.

— А где вся ваша bloodhound gang[47]? — Так называла Настя их сообщество будущих следователей.

— По делам разъехались.

— Удачно.

«Уже нет», — подумал Хордин.

— Андрей, где у тебя можно руки помыть?

Тот неопределённо махнул вглубь квартиры.

— Там.

— Ага, спасибо.

Через минуту Настя вышла с напряжённым лицом.

— Терпеть не могу совместные санузлы. Это как сочетание высокого и низкого, недопустимо-обыденная эклектика быта!

Андрей вздохнул. Как-то сразу стало ясно, что секса он сегодня не дождётся.