Чтение онлайн

В неведении жил Кронос относительно последнего ребенка. Не знал грозный бог времени, что на Земле растет и мужает последний его сын, которому суждено судьбой свергнуть отца и отправить в Тартар. Когда же узнал Кронос о Зевсе, было слишком поздно.

Началась новая война, длившаяся десять лет. Освобожденные Зевсом, его братья и сестры выступили против отца и выставили свои огромные армии. Велика сила Кроноса, могущественней он любого бога, и потому вынужден был Зевс, нуждаясь в дополнительных силах, высвободить из недр земли сторуких гекатонхейров. Гекатонхейры встали на сторону олимпийских богов, и все вместе, противники Кроноса смогли одолеть его.

Заточил Зевс своего отца в Тартар навеки вечные, повторил Кронос судьбу Урана. А гекатонхейры встали на защиту входа в Тартар.

Но тем не окончилась история великих богов древности. Долго томился Кронос в Тартаре, во мраке и безвременье, где не существовало ничего кроме багровых всполохов и неясных шумов. Томился, пока не открылась ему тайна, как выбраться из Тартара и отомстить подлым детям.

Дабы обрести свободу, Кронос должен лишиться своего великого бессмертия…

Хрон открыл глаза и тихо застонал. Голова трещала так, словно в ней бесновались все духи Гадеса. Тело ломило от прошедших судорог, одежда взмокла и противно липла к телу. Над собой Хрон увидел плоское обеспокоенное лицо кентавра Фола.

— Наконец-то пришел в себя! — возрадовался кентавр. — Ты испугал меня, друг!

— Что… Что со мной случилось?

— Не знаю. Повалился на пол и принялся биться в конвульсиях. Пожалуй, ты слишком долго находишься в царстве мертвых. Пора бы тебе подниматься на поверхность.

Хрон подумал, что для начала ему не мешало бы подняться хотя бы на ноги. С трудом, корчась от боли, Хрон встал. Придерживаясь рукой спины Фола, Хрон посмотрел туда, где давеча лежала пифия.

— Где прорицательница?

— Пришла в себя, как только ты упал, — рассказал Фол. — А еще…

Кентавр вывел Хрона из оракула и указал мясистым пальцем в сторону и вниз, где Хрон оставил свое оружие. Рядом с мечом и пистолетами лежал кожаный щит с изображением горгоны Медузы, тот самый щит, на который Хрон недавно наткнулся в подвале оракула.

— Это эгида, — медленно проговорил Фол. — Ты должен был узнать ее. Волшебный щит Аполлона отличается вовсе не внешней красотой и богатством, но внутренним содержанием. Бери же ее, эгида теперь твоя!

— Но… как? Как ты узнал, что это именно эгида? Ты спускался в подвал?

— Нет. Пифия сама подала ее мне с тем, чтобы я затем передал эгиду тебе.

— Пифия?

Хрон с сожалением понял, что ничего не понимает.

— Она сказала, что не в праве противиться твоей воле после того, как узнала, кто ты есть на самом деле.

— Она сказала, что я не человек.

— Не только это. Вернее, ты не просто НЕ человек.

— А кто же тогда? Какой я НЕ человек? Чего во мне такого необычного, что оракул Аполлона без вопросов отдает мне принадлежащую Аполлону реликвию?

— Пифия не сказала мне, — потряс головой кентавр.

— Где же она сейчас?

— Я не знаю. Ушла. Советовала тебе быстрее заканчивать свое путешествие в подземном царстве.

Хрон поднял пистолеты и закрепил их в кобурах. Меч с тихим металлическим звуком вошел в ножны. А щит Хрон долго крутил в руках, рассматривая с разных сторон. Ничего необычного, указывающего на волшебную природу, в том щите не оказалось. Обычная кожа, хоть и толстая, прочная. Металлическое армирование. Рисунок, мало похожий на произведение искусства. Да и защитить такой щит вряд ли мог, ведь в диаметре не превышал сорока сантиметров. Действительно, лишь отбивать удары вражьих мечей, притом отбивать так, чтобы лезвие не прошлось по коже.

Хрон с помощью ремешков закрепил эгиду на левом плече. Потом, в последний раз бросив взгляд на оракул, ступил на пыльную дорогу. Теперь, когда он раздобыл древний артефакт, предстоит найти сад Гесперид и умыкнуть оттуда несколько яблок.

Чего особенного в тех яблоках, Хрон не знал. Догадывался лишь, что они волшебные и нужны Хозяину для каких-то тайных ритуалов, для неизвестных целей. Возможно, они нужны как раз для приготовления чудодейственного нектара, дающего абсолютное бессмертие.

Фол догнал Хрона на дороге. Хотя его друг уже пришел в себя и не чувствовал никакого дискомфорта, связанного с прошедшими судорогами и потерей сознания, кентавр до сих пор был чем-то обеспокоен.

— Послушай, Хрон, я тебе не сказал еще кое-что, — признался Фол. — Пифия просила передать, что Кора в опасности…

Хрон остановился как вкопанный и резко обернулся. Его руки легки на плечи кентавра и сильно того встряхнули.

— Что ты сказал?!

— Кора в опасности… — робко повторил кентавр.

Лицо Хрона мгновенно изменилось. Фол еще не видел, чтобы этот человек выглядел так устрашающе, так грозно и опасно. На секунду кентавру почудилось, будто Хрон свихнулся.

— Надо быстрее добраться до этих чертовых яблок! — воскликнул Хрон, ускоряя шаг, почти побежав. — Ты знаешь, какой дорогой идти?

Кентавр не знал точного направления на сад Гесперид от Дельфийского оракула. Но представлял себе примерный маршрут.

— Проклятая эгида! — ревел Хрон. — Не надо было терять время на ее поиски! Я же чувствовал, что ничего хорошего не выйдет!

Фол, быстро шагая рядом с человеком, поинтересовался:

— А кто такая Кора?

— Не важно.

— И все же?

— Я сказал — неважно.

— Она тебе дорога, да?

Хрон вновь резко обернулся.

— Черт побери, Фол, я же дважды повторил: НЕ ВАЖНО! Неужели тебе так хочется знать, кто такая Кора?

Фол прекратил с вопросами. В другой ситуации он затаил бы обиду на этого человека за его дерзкий тон и нежелание делиться информацией в путешествии, где их жизни могут напрямую зависеть от этой информации. Чтобы не вызвать в Хроне новую вспышку гнева, Фол немного отстал и теперь шел позади.