Чтение онлайн

Выслушав все это, я невольно коснулась шеи, где висела цепочка. Сейчас на этом месте ощущалась лишь небольшая припухлость, но и она исчезала практически на глазах. Боли и жжения также как не бывало. Да-а, вот так и начинаешь верить в сказки. Кажется, последнюю фразу я произнесла вслух, так как Даккруол незамедлительно отреагировал:

– Это не сказки! Эту легенду знает каждый житель нашего мира. Только далеко не каждый знает, что вампиры были чуть ли не самыми верными соратниками Хранительницы в той войне, а точнее говоря – наш клан!

Гордо выпятив грудь и расправив плечи, парень попробовал сделать высокомерное лицо, но тут же совершенно по-детски расплылся в счастливой улыбке:

– Обалдеть, что наши скажут, когда узнают, что именно я первым встретил новую Хранительницу в нашем мире!

– Слушай, Дакк – можно, я буду звать тебя Дакк или Дакки, а то пока твое имя выговоришь, язык сломаешь? – я вообще-то в вашем мире недавно и ничего здесь не знаю. Этот медальончик попал ко мне совершенно случайно (знала бы, что все так повернется, никогда и близко не подошла бы к той землянке). – Чтобы прояснить ситуацию, пришлось вкратце рассказать про свой мир, поездку за грибами и необычную находку.– И почему ты от меня с таким визгом шарахнулся, когда нападал, я ведь до тебя даже не дотронулась?

– Медальон защищает своего носителя, то есть тебя, и мне еще крупно повезло, что он не спалил меня на месте, а всего лишь обжег руку. Он является опознавательным знаком, а также открывает для своего носителя практически неограниченные возможности как в магии, так и во многом другом. Всех его свойств не сможет сказать практически никто, тем более что для каждого носителя набор свойств может отличаться. Твой медальон дает возможность совершенствоваться во всех смыслах этого слова, Как внутренне, так и внешне, по твоему желанию и необходимости. По крайней мере, мой отец мне именно так рассказывал, когда я заинтересовался историей прихода первой Хранительницы.

– Что значит совершенствоваться внешне? Это как? – Я обалдело посмотрела на Дакка.

– Ну, к примеру, если у тебя были какие-то проблемы со здоровьем, аурой или еще там что-то (вы, люди, такие несовершенные и хрупкие), то «Знак Отверженных» исправит все огрехи твоего организма.

Я некоторое время молча переваривала это сообщение, а потом, задрав штанину, начала усердно изучать свою коленку, которую с самого детства украшал небольшой шрам – последствие падения с яблони в возрасте семи лет. Коленка была абсолютно чистая и гладкая, никакого намека на шрамы и царапины там и в помине не было. Внимательно осмотрела руки на предмет повреждений: все-таки, пока я продиралась по лесу, да и потом, когда летела в яму, все руки у меня оказались в царапинах и ссадинах. Сейчас и они были девственно чисты, а кожа гладкая, как в младенчестве.

– С ума сойти! – Если я еще в чем-то и сомневалась – все-таки наговорить можно все, что угодно,– то теперь была готова поверить во что угодно. Клыки можно приделать, даже татуировку на моей шее можно было сделать, когда я валялась в беспамятстве, но вот так запросто убрать старый шрам, такого я еще не видела. Да и других странностей вокруг хватало.

– Прям голова крутом… Дакк, а почему ты называешь мой медальон «Знаком Отверженных»?

– Раньше, еще до Вторжения, раса вампиров считалась проклятой. Отверженные – так мы называли себя сами в те времена. Нас старались истребить все разумные существа, которые живут в нашем мире, потому что мы не могли обходиться без свежей крови разумных существ. Из-за этого нас становилось все меньше и меньше. Само наше существование было поставлено под вопрос. Именно поэтому, когда началось Вторжение, мы одни из первых поняли, чем это всем грозит, и сразу же, не колеблясь, предложили свои услуги Хранительнице, добровольно присягнув ей на вечную верность. Взамен она подарила нам возможность обходиться кровью животных и жить по своему усмотрению. В тот момент, когда клятва была произнесена, цвет медальона поменялся с красного на зеленый, а мы стали его называть «Знаком Отверженных», в память о тех временах, когда мы были слишком зависимы от крови и живой энергии, содержащейся в ней. Так и получилось, что с тех пор наш клан давно отказался от употребления крови разумных, нам достаточно изредка питаться кровью животных, обитающих в этом лесу. Да и отношение разумных рас Тарагона кардинально поменялось. Конечно, хватает и косых взглядов, особенно в маленьких деревнях очень сильны еще старые предрассудки. Однако в крупных городах вампиры имеют право появляться на общих основаниях, единственное ограничение – следящий браслет. В случае немотивированного нападения на мирных горожан браслет подает сигнал в Башню Магов, и такой нарушитель будет моментально казнен, в лучшем случае выдворен из города на руки полномочного представителя клана, для последующего суда. Но эту меру мы принимаем, так как можем понять опасения простых обывателей по отношению к нашей расе.

–Ладно, это все, конечно, очень интересно. Но, может быть, ты знаешь здесь недалеко какое-нибудь человеческое жилье? И прекрати наконец называть меня Хранительницей. У меня и нормальное свое имя имеется – Лика.

– Совсем-совсем рядом нет. Но вот если пройти по лесу напрямик, то одна деревушка будет неподалеку. Однако разумно ли идти ночью по лесу? Может, лучше дождаться утра, а утром мы двинемся в путь?

Припомнив все, что я когда-то читала про вампиров, решила поинтересоваться:

– Ты сказал, что вы теперь можете долго обходиться без крови, а как по отношению к солнечным лучам? Не по вредят ли они тебе, ведь сейчас днем достаточно жарко и солнечно, а ты, насколько я поняла, собрался меня сопровождать?

Парень ощутимо смутился.

– Ну… ты же Хранительница, а значит, можешь практически все. Я просто подумал, что, управляя различными потоками силы, ты могла бы, ну или хотя бы попробовала немножко мне помочь… Вернее та, предыдущая Хранительница, могла это делать,– поправился он,– И если бы Лика только попыталась…

– Как ты себе это представляешь, если я только что узнала, что являюсь какой-то Хранительницей, и никаких особых новых навыков в себе заметить еще не успела?

– Ну чисто теоретически, очень приблизительно, я могу попробовать объяснить тебе, как следует действовать. Ведь даже необученной Хранительнице бывают подвластны тонкие материи, и самое главное – это иметь желание помочь – Дакк замер, напряженно ожидая моего решения.

Сведения эти, конечно, очень занимательны, однако, вспомнив, как это чудо природы напало на меня какой-то час назад, я начала лихорадочно думать. Не такая уж я и дура. Надо как-то себя застраховать от подобных нападений на будущее. Подумаешь, что он мне здесь наболтал! Даже если все правда, а этого пока никто не подтвердил, то кто даст гарантию, что конкретно этот вампир не вынашивает ненормальных идей по переливу моей крови в какой-нибудь резервуар. И тут меня осенило!

– Слушай, чистокровный, а нет ли у вас какой-нибудь клятвы, через которую ты не смог бы переступить? А то, сам понимаешь, доверия к тебе у меня пока не больно-то много. Нет, это не значит, что я тебе совсем уж не доверяю, но поворачиваться спиной и уж тем более спокойно ложиться спать пока не могу. Вдруг лягу спать человеком, а проснусь с такими же красными глазками, как у тебя? А мне пока и свой цвет глаз очень нравится. Они у меня с рождения меняют цвет в зависимости от настроения: то темно-зеленые, то серые с зеленоватым отливом. В общем, красный цвет глаз как вариант меня совершенно не устраивает.

Дакк задумался. Я почти физически ощущала, как вертятся в его голове шестеренки.

– Ну почеши в своей шевелюре, может, какие умные мысли в твою молодую башку залезут! Давай думай быстрее, а то мне уже спать хочется.– И я демонстративно широко зевнула. Парень с тоской посмотрел на меня, но лично я помочь ему никак не могла. Обеспечение моей безопасности от клыкастого и глазастого злыдня – напервейшая задача на сегодняшний день (вернее, ночь). Я уже начала подумывать, что я буду делать, если молодой вампирчик ничего не выдаст. Задумавшись о возможных вариантах, я даже подпрыгнула от неожиданности, когда Дакк громко закричал: