Чтение онлайн

– Так и будем смеяться? Или может пойдем? Осталось полчаса, – прикрикнула на меня женщина в очках, тыкая пальцем куда-то в воздух.

Куда пой…

– Да, извините!

Я сорвалась с места, как хищник в метре от добычи, из-за чего словила ещё парочку негодующих взглядов. Бодрость стремилась в ноль.

Я проследовала за женщиной в просторную залу, где по периметру были расставлены столы. Ожидаемой толпы желающих почему-то не наблюдалось.

– Сейчас все онлайн документы подают, так что… – видимо, приметила мой удивленный взгляд Ольга Сергеевна, если верить табличке на столе, напротив которого меня усадили.

Онлайн.

Я точно идиотка.

– Значит, учиться хотите?

Женщина присела в кресло напротив.

– Очень…

– Представьтесь для начала.

– Елизавета Павловна В-Валерьева.

Я бросила быстрый взгляд на бодрость, которая стояла на месте. Видимо, сидячее положение успевает компенсировать нервоз.

– Ну посмотрим…

Председатель приемной комиссии ГГУ им.Ломоносова Ольга С. П. запрашивает доступ к персональным данным.

Разрешить/запретить

Я улыбнулась и кивнула. Интересно, там отмечено, что шесть лет назад я уже поступала… Может, удастся перескочить через курс?

Ольга Сергеевна поправила очки и всмотрелась в повисшее над столом голубое окно. Я сцепила руки в замок, устраивая на коленях, чтобы не чесаться и не дёргаться.

Это всего лишь собеседование, мне должны озвучить перечень вступительных испытаний, которые состоятся через месяц здесь же, и всё. В интернате я была хоть и не отличница, но закончила всё же без троек.

– П-простите, – заикнулась женщина, – Лиза, а на кого вы хотели бы учиться?

– Психология и педагогика начального образования.

Ольга Сергеевна молча вернула внимание к интерфейсу. Периодически я чувствовала на себе ее взгляд, сквозь панели информации. И как-то он мне не нравился… Прошло ещё три минуты, прежде чем она полностью вернула внимание ко мне.

– Да уж. – Ольга сняла очки и свернула голубое окно до размеров альбомного листа. – Это конечно замечательно, что вы изъявили желание учиться, но…

– Н-но?..

– Нет, никаких но, это замечательно! – лицо женщины смягчилось до неузнаваемости. А она старше, чем мне сначала показалось…

– У меня есть шансы поступить? – спросила я в лоб, чтобы вдруг не начать нести чушь.

– Шанс есть всегда… Вы не возражаете против небольшого тестирования? Ничего требующего специальных знаний.

Передо мной положили ручку и лист бумаги с кучей цифр.

– И что делать?..

– Не волнуйтесь, это таблицы Шульте. Как вы видите, в поле разбросаны числа от одного до двадцати пяти. Вам нужно указывать на них по возрастанию, параллельно, я буду рассказывать вам историю мальчика по имени Виктор, как закончите с числами, вы мне ее перескажите, как сможете.

Я посмотрела на Ольгу Сергеевну. Она спокойно за мной наблюдала, изредка переводя взгляд на панели интерфейса.

– Можем начинать, – подтолкнули ко мне ручку. – Мальчик Виктор родился в славном городе…

Я уставилась на листок. Больше сидение на стуле мне не помогало, бодрость поползла к нулю. Один… чувство, что где-то я подобное уже делала. Два… может в клинике? Три… и нужно ли мне уложиться по времени?

– … он очень хотел стать…

Четыре… обязательно нужно купить что-нибудь на выносливость. Пять. Пять… Шесть!

– Достаточно, Лиза.

Семь…

– Лиза!

Я оторвала взгляд от таблиц.

– Достаточно. – Женщина потерла глаза.

Панели интерфейса опять разрослись.

– Это конечно лучше, чем вам приписывают, но апрозексия на лицо…

– Простите?..

– Апрозексия, так написано в вашей медицинской карте. Вам тяжело сконцентрироваться… Что можете рассказать мне про Виктора?

Я стиснула зубы. Мальчик Виктор родился…

Женщина тяжело вздохнула. Она встала, выкатила свое кресло из-за стола и села напротив.

– Лиза. зато время, что вы шли до семи, средний абитуриент приступает к изучению второй таблицы. У вас в карте указана крайняя степень расконцентрации внимания. Конечно, это не она, потому что с таким диагнозом вы бы вряд ли дошли до двух. Но… Вы должны понимать, показатели далеко не выдающиеся. Вы же знаете, что в вашем деле, основываясь на типе подписки, указана вся, и очень подробная, медицинская информация?..

Я подняла глаза на председательницу. Неужели… там написано, что я бывшая наркоманка?

– Помимо прочего, – женщина отвлеклась на панель, – вам приписывают алекситимию, но мы же понимаем, что это не так?..

– …что это?

– В переводе с греческого "без слов для чувств", это аэмоциональность. Употребление сильных психотропных веществ не часто к этому приводит, видимо, у вас в жизни был ряд других тяжёлых моментов. Стрессы, угнетения?

Я опустила глаза.

Она видит меня насквозь благодаря этой справке. Да Палыч на славу постарался…

– Послушайте. Я не думаю, что это может стать проблемой для поступления. Это не просто, но поработать над концентрацией внимания вы можете самостоятельно. Я пришлю вам на почту список литературы.

– Если я смогу быстро отыскать числа и рассказать про Виктора, у меня будет реальный шанс поступить?..

– Допуститься до вступительных экзаменов, да. С ними будет сложнее, я приложу списки материала. Но вряд ли вам удастся поступить на бюджетную основу. – Женщина опять оценивающе на меня посмотрела. – И дело не совсем в этом. Я вижу, что вы уже поступали на подобный специалитет, значит выбор более, чем осознанный. Но…

Опять но.

– … с вашей группой здоровья, вам просто не дадут допуск для работы с детьми.