Чтение онлайн

Уже то, что этот сын получил имя в честь отца королевы, Альфонса VIII Кастильского, говорило об особом к нему отношении. В самом деле, этот слабый замкнутый ребенок был особенно любим Бланкой и отвечал ей неизменной привязанностью и преданностью. Он никогда не выходил из повиновения. Известно от Жана де Жуанвиля, летописца Крестовых походов Людовика Святого, что даже «король действовал всегда согласно советам доброй матушки»; что уж говорить об ее некоронованных сыновьях. Умнейшая женщина своего времени, Бланка пользовалась непререкаемым авторитетом и правила Францией единолично до самой кончины. Она ненавидела так упорно сопротивляющихся еретиков-альбигойцев и всей душой желала их гибели. Королева положила сделать своего болезненного Альфонса государем жаркого изобильного Юга. Если же Господь не даст ему потомства — эта перспектива также хладнокровно рассматривалась — богатые владения графов Тулузских перейдут королевскому дому Франции.

Десятилетней Жанне Тулузской при дворе королевы предстояло получить достойное воспитание и укрепиться в истинной вере — ведь она прибыла из опасной еретической страны. Надо полагать, что этим вопросом ее будущая свекровь озаботилась в первую очередь. Жанне следовало также сдружиться с будущим супругом. На это отводилось несколько лет, поскольку жених и невеста были еще детьми.

Девочка больше не видела ни своего отца, ни матери и воспитывалась под контролем королевы Бланки. Выдающаяся правительница умела внушать не только страх, но и преданность, и принцесса Тулузская скоро оказалась под обаянием этой сильной личности.

Скорее всего, Жанну строго охраняли. В те времена захват наследницы, олицетворяющей право владения землями и титулами, рассматривался как дело обыкновенное; некоторых знатных и богатых наследниц похищали по нескольку раз. Королева не доверяла своему кузену Раймунду — он был вполне способен на такой отчаянный шаг.

Получив девочку, он мог отдать ее своей родительской властью в жены нужному человеку и снова создать на Юге очаг сопротивления владычеству Капетингов.

Имеется очень мало сведений о жизни Жанны во Франции. По-видимому, сдерживаемая железной рукой свекрови, она не проявляла никакой самостоятельности, угнетенная не только мыслью об угрозе со стороны отца лишить ее наследства, но и всеобщим подозрением по отношению к ней как к дочери покровителя еретиков. В детстве такие вещи могут создать комплексы на всю оставшуюся жизнь.

Жанна осознавала свою значимость как благородной принцессы и богатейшей наследницы. Однако ей постоянно внушали страх новой женитьбы отца и рождения у него сына. Тогда она теряла почти все — приданое, значение и будущее, поскольку в новом качестве была неинтересна королевскому дому Франции. Такие перспективы не могли внушить девочке большую любовь к отцу, тогда как большинство авторов неизменно подчеркивают глубокую привязанность Раймунда к дочери. Наверное, граф, занятый войнами и политикой, уделял не слишком много человеческого тепла ребенку, но существование наследницы определяло его положение в феодальном обществе. Отсюда — заинтересованность и внимание к Жанне.

Когда был заключен брачный договор Жанны Тулузской и принца Альфонса, точно неизвестно. Как уже говорилось, Бланка Кастильская и Раймунд Тулузский были двоюродными братом и сестрой, так что степень родства между их детьми требовала от Рима специального разрешение на брак. Такое разрешение было получено в 1229 г. Как возможные даты свадьбы называются 1234 и 1241 гг. Первая дата представляется более правдоподобной: королевский дом был крайне заинтересован привязать тулузскую наследницу к короне. Возраст жениха и невесты — 14 лет — позволял осуществить брачные планы, а слабое здоровье принца могло служить причиной откладывания его супружеской жизни на неопределенное время. Стала притчей во языцех тяжелая ревность, которую испытывала королева Бланка, видя сближение Людовика IX с его супругой Маргаритой Прованской. Но Альфонс не обнаруживал к своей нареченной той ласковости и нежной привязанности, которые выводили из себя Бланку в отношениях старшего сына и его жены.

В пользу 1234 г. свидетельствует и тот факт, что тогда состоялась свадьба короля, а в Средневековье часто устраивали совместно сразу несколько свадебных торжеств. Если это так, то замужество Жанны Тулузской прошло совершенно незаметно для современников, коль скоро даже дата этого события неизвестна.

С другой стороны, свадьба принца королевского дома и тулузской наследницы могла состояться в 1241 г. по достижении Альфонсом совершеннолетия — ему исполнился 21 год. Известно, что в это же время он был посвящен в рыцари — это важнейшее событие в жизни средневекового дворянина могло быть связано также и с женитьбой.

Однако не надо думать, что, став посвященным рыцарем, принц Альфонс не сходил с седла и не снимал доспехов. Рыцарями являлись все те, кто реально сосредотачивал в своих руках власть. Рыцарство представляло собой элиту общества. Посвящая немощного брата в это высокое звание и признавая за ним владение богатейшими территориями Европы, Людовик IX объявлял его одной из высочайших персон королевства.

Французский король, а вернее, его властная матушка приурочила к совершеннолетию Альфонса передачу ему графства Пуатье вместе с Овернью, что завещал еще Людовик VIII. Но их требовалось сначала отобрать у семьи ла Марш. Когда Людовик IX вместе с королевой-матерью привезли принца в Пуату, чтобы тот принял оммаж от своих вассалов, бароны попытались прогнать французов. Они призвали на помощь короля Англии Генриха III. И только победы короля Людовика при Тайльбурге и Сенте заставили англичан покинуть Пуату. Наконец, Капетинги утвердили здесь монархический порядок; однако эта победа в следующем веке привела к Столетней войне между Францией и Англией.

Все-таки, скорее всего, брак был заключен в 1234 г. Вряд ли королева Бланка рискнула до 21 года держать незамужней Жанну, такую бомбу замедленного действия: она могла влюбиться не в своего нареченного, ее могли похитить, в конце концов, она могла умереть от какой-нибудь болезни. Тогда неминуемо появились бы сложности с наследованием Тулузы.

Когда бы ни был заключен брак, в Крестовый поход Людовика IX Альфонс отправился вместе с женой. С ними должен был отплыть и Раймунд VII. Однако он только попрощался в Эг-Морте с дочерью и зятем — нездоровье помешало ему присоединиться к крестоносцам. Здесь дочь и отец увиделись в последний раз.

Если задаться вопросом, была ли Жанна Тулузская счастлива, ответ может быть только отрицательным. Не исключено, что она любила и жалела своего болезненного супруга, вместе с которым выросла. Однако личные качества этого принца не особенно располагали к нежности и сочувствию. Невозможность иметь от него ребенка убивала в зародыше все добрые порывы, оскорбляла ее женское достоинство. Крепкая и здоровая женщина по вине мужа обречена была влачить существование бесплодной смоковницы.

Похоже, Жанна была привязана к Бланке Кастильской. Но после смерти королевы чары рассеялись, и горькая правда предстала перед графиней Тулузской с жестокой очевидностью. Милая тетушка, почти вторая мать, по существу, лишила ее наследства. Но чтобы ни заставила Бланка написать королевских юристов относительно наследственных прав Жанны, та и не думала отрекаться от своего сана и ощущала себя законной графиней Тулузской, маркизой Прованской, герцогиней Нарбоннской и прочая.

Как только Раймунд испустил последний вздох, королевский чиновник известил об этом королеву Бланку. Та незамедлительно организовала передачу власти представителям сына, нового правителя страны, и через двадцать дней консулы Юга уже принесли присягу графу Пуатье.

Тем не менее титулы унаследовала Жанна. Было очень кстати, что сейчас она находилась в Сирии; французы успели занять все командные посты и глубоко укорениться на завоеванной земле.

Не скоро весть о кончине графа дошла до крестоносного войска. Наверное, Жанна встретила ее со сложным чувством. Она была искренне верующим человеком, поэтому пыталась вызвать в себе надлежащую скорбь, но, скорее всего, основным переполнявшим ее чувством была радость освобождения. Наконец она получила то, что ей причиталось по праву рождения; можно было перестать бояться непредсказуемых поступков далекого и чужого человека — ее отца.