Чтение онлайн

– Дорогой капитан! – я, взяв моряка под локоток, отвел его в сторонку. – Позвольте поинтересоваться, как вы отразили в судовом журнале инцидент с Соидэном?

– Там записана истинная правда, господин: капитан Соиден погиб из-за колдовских козней Девы моря. А следующая запись гласит, что Хранитель наследника Дома солнца назначил меня капитаном, дабы не оставлять судно без командира, – охотно ответил Согрен. Тут на палубу вышла госпожа Кариэль, в сопровождении обеих дам. Они немедленно присоединились к нам. Мы обменялись приветствиями. В темно-синем платье, отороченном широкой каймой с серебряными цветами, Кариэль выглядела великолепно, хотя и не так трогательно, как в шелковой рубашечке прошлой ночью.

– Мне кажется, что команда заслуживает поощрения за удачный, несмотря на все опасности, рейс, – мелодично произнесла дочь Шестого луча. – Я доложу сенату о безупречном поведении команды. И обязательно поделюсь с отцом благоприятным впечатлением, которое произвели на нас вы, капитан Согрен. Ждем вас сегодня же вечером во дворце повелителя.

Тот низко поклонился. Я поразился такому прямолинейному предложению взятки, но не мог его не одобрить.

– Хочу выразить благодарность, госпожа, вам и прекрасным дамам Квендориэль и Каториэль за приятное путешествие, скрашенное вашим присутствием, – мы обменялись поклонами, и я мимолетно отметил, что сломанные ребра срослись удачно, никакого дискомфорта я не ощутил. – Можем ли мы рассчитывать на дружбу вашего Луча и в дальнейшем?

– Повелитель Кронвиэн всегда готов предложить руку дружбы верным подданным императора Кельвила.

Однако приглашения посетить дворец не последовало. На это, впрочем, я особо и не рассчитывал. Глава сената не будет демонстрировать симпатию недругу АтТанари. Но Кариэль, словно иллюстрируя свои слова о руке дружбы, протянула мне свою маленькую ручку. Я прикоснулся губами к холодным узким пальцам, а потом поцеловал запястье и отступил в низком поклоне. Дикое нарушение этикета никто не заметил. Дамы Квендориэль и Каториэль увлеченно чирикали с лейтенантом и доктором. Линия губ Кариэль чуть смягчилась. Я за время экспедиции уже привык к ее полуулыбке. И мне стало грустно при мысли, что вряд ли в дальнейшем мне представится возможность часто ее видеть.

«Кто тут рыбак, а кто рыбка? – подумалось мне. – Юная госпожа тоже может оказаться игроком, причем довольно хладнокровным. Недаром она единственная дочь главы сената».

На палубе поднялась суета. Прибывшей лодке бросили канат и спустили лестницу офицеру порта. Помимо него, на барк поднялись лоцман и невысокий плотный человек с бритой головой и рыбьими голубыми глазами. Дамы спустились в каюту, чтобы не мешать оформлению документов и прочим формальностям, положенным в таком случае.

– Полковник Ридаан! – обратился ко мне бесцветным голосом глава министерства правды Электрийской империи Марий Верон. – Где эскадра адмирала?

Я подумал, какое у него станет лицо, когда он узнает, что в трюме корабля лежит ключ к Вратам перехода, и широко улыбнулся.

Марий торопился лично получить сведения об экспедиции прежде, чем это сделают другие заинтересованные лица. А я хотел знать, что сейчас происходит при дворе. Мы спустились в каюту, чтобы без помех удовлетворить обоюдное любопытство.

Марий возвысился из самых низов и имел твердую репутацию верного стража имперских интересов. В юные годы, будучи еще стражником порта, он собственноручно отрубил руку своему отцу – рыбаку, занявшемуся контрабандой в надежде, что сыночек выручит, если что. После этого случая Мария отметил император Титус, отец Кельвила. Сын контрабандиста сделал головокружительную карьеру, прыгая через служебные ступени и головы своих бывших начальников. Я считал начальника разведки очень полезным союзником, но не доверил бы ему прикрывать в бою свою спину.

– Почему вернулся только один корабль? Что с адмиралом?

– Подробный отчет об успехе нашей экспедиции будет представлен наследнику Танвиэну сразу же, как только он соизволит меня выслушать. А если говорить коротко, адмирал закрепился на южном берегу Изначальных земель и ждет поддержки империи.

– Как бы адмиралу не пришлось зазимовать без нашей поддержки, – Марий дернул уголком рта. – Вас не было полгода, тут многое поменялось. Совет тринадцати стал ядром сената, провести какое-либо решение без согласования с ним практически не реально. А чем вы можете доказать необходимость потратить немалые деньги из казны, и так полупустой?

– Хочешь взглянуть на ключ портала? – спросил я. – Докажет он необходимость продолжить изучение Изначальных земель?

– Ты привез ключ? – у Верона глаза стали круглыми, как прошлым вечером у Девы моря, а голос дрогнул. – А что еще? Где артефакты?

Я засмеялся: – Пойдем, сам посмотришь!

Мы спустились вниз по крутой лестнице. Я отпер низкую дверь, сняв ключ с серебряной цепочки, висевшей на шее. Свечу зажигать не стал, чтобы не испортить Марию первого впечатления. Мы вошли. Его лицо осветилось мягким золотым сиянием. Льющийся свет преломлялся в прозрачных гранях зарканского хрусталя, и ребра сундука переливались радугой. Золотой шар слегка покачивался между ними. Марий завороженно смотрел на ключ, потом глубоко вздохнул.

– Мы стоим на пороге исполнения главной мечты нашего народа. Не думал, что доживу до этого дня. Теперь у нас есть все, чтобы призвать наших Создателей. Мы вернем на нашу землю Золотой век.

Он постоял еще несколько минут, мы хранили молчание. Затем вышли. Я снова запер дверь и убрал ключ под рубашку. Мы поднялись на палубу. Патетический момент не соответствовал выяснению моих мелких вопросов, тем не менее я проявил настойчивость:

– Господин Верон, хотелось бы знать, что сейчас происходит. Все ли в порядке с наследником Танвиэном?

Марий поморщился, возвращаясь к насущным делам:

– После того что я увидел на этом корабле, Хранитель, нет ни малейших сомнений в успехе наследника, – он хищно улыбнулся. – У его врагов выбита почва из-под ног, только они об этом еще не догадываются. Встретимся вечером в резиденции Гестинга. Он более месяца находится там, ожидая, как и все мы, твоего возвращения. Обсудим все наши планы.

Марий весьма шустро для своей массивной фигуры спустился в лодку, где его ожидал матрос, и они отчалили. Лоцман встал у штурвала «Стремительного». Вдали, на правом королевском причале, суетились маленькие цветные фигурки. Нам оставалось совсем немного времени, чтобы надеть парадные мундиры.

22-е, месяц тиверин

Деревянный борт корабля брига слегка стукнул о причал Храмовой бухты. Мы выстроились согласно рангу и дожидались, пока матросы перекинут легкие сходни. Наконец, они легли прямо на край алой ковровой дорожки. На другом ее конце стояли встречающие. Среди ярких одежд выделялся золотой камзол наследника Дома солнца Танвиэна, сына владыки Танвигорэна. На палубе госпожа Кариэль, ее дамы и офицеры склонились в низком поклоне передо мной. Я произнес короткую благодарственную речь и ступил на сходни. Я шел, с трудом подавляя желание обернуться и еще раз увидеть улыбку Кариэль. Сын Седьмого луча Атэн и сын Четвертого луча Вотрэн несли сундук, обернутый в отбеленный лен.