Шрифт:
Сергей Артюшенко
Храбрый варанчик
Среди кустов верблюжьей колючки, на краю арыка, прямо у основания бархана, лежала эфа. Рядом, очевидно убитая ею, песчанка. А чуть поодаль в позе угрозы стоял молодой варанчик. Бархан был невысок, я лёг на живот и, спрятавшись за кустами, стал наблюдать.
Змея явно была не в духе. Её тело скользило на месте, выписывая восьмёрку, а твёрдые мелкие чешуйки, задевая друг друга, издавали характерное шуршание.
Эфа всегда так ведёт себя, когда взволнована. Чем быстрее она движется на месте и чем громче шуршит её чешуя, тем больше она раздражена.
Наконец её возбуждение достигло предела, и она сделала резкий бросок в сторону варана. Но не достала.
Варанчик только выше поднялся на ногах, ещё больше раздулся и грозно зашипел. Очевидно, ему казалось, что так он выглядел страшным зверем - высоким и толстым.
Но эфу его "страшный" вид не испугал. Она ещё раз метнулась к врагу с широко раскрытой пастью, из которой торчали несоразмерно большие смертоносные зубы.
Варанчик отпрянул и, повернувшись боком, круто изогнул шею и чуть приподнял хвост.
Теперь он был ещё смешнее. Монументальная поза никак не сочеталась с его размерами.
Но положение его было отнюдь не смешным. Мало того, он играл со смертью. Его хвост находился всего в полуметре от грозной "королевы" пустыни, которая была доведена до исступления наглостью неопытного юнца и каждую секунду могла укусить.
Но только её голова отклонилась назад, как на стальной пружине, чтобы в следующий момент устремиться к врагу, хвост варанчика, со свистом описав дугу, опустился на пятнистое змеиное тело.
Ослеплённая яростью, змея снова метнулась, и снова резкий удар хвоста по её тугим кольцам.
Эфа замерла на месте, То ли она растерялась, то ли удар был достаточно ощутим, чтобы охладить её пыл...
Некоторое время противники пребывали в неподвижности.
Затем змея отвернулась и, быстро выбрасывая переднюю часть тела далеко вперёд, будто прыгая, уползла в пески.
Варанчик постоял немного, наслаждаясь победой, потом медленно подошёл к "яблоку раздора" - маленькой песчанке - лизнул её, подбросил и проглотил.
Я спустился и приблизился к нему. Он мгновенно поднялся на ногах, раздулся и зашипел.
Смешно было смотреть на него - маленького, храброго и очень важного.
Я протянул руку, чтобы погладить варанчика. Но тут же отдёрнул её. Сильный хвост просвистел в воздухе и оставил на песке глубокий след.
Затем варанчик медленно, боком стал уходить, глядя на меня через плечо.
Мне не хотелось, чтоб он терял своё достоинство, спасаясь бегством. И я поспешил удалиться.
С вершины бархана я долго видел, как важно шагает варанчик по горячему песку пустыни навстречу новым приключениям.