Чтение онлайн

– Ну что ж, так тому и быть.

Лорелея сгребла в охапку то, что осталось от проколотого бассейна, и, словно раненого ребенка, понесла его в гараж, бормоча:

– Папа все починит.

А отец ответил:

– Мы оба знаем, что папа не сможет его починить. Я понятия не имею, как ремонтировать детские бассейны, и я до сих пор не починил тот, который они продырявили в прошлом году.

Лорелея улыбнулась и через сад послала ему воздушный поцелуй.

Папа вздохнул и произнес:

– Отлично. Теперь в нашем гараже обосновались три проколотых лягушатника. Это не дом, а какая-то свалка. – И закатил глаза.

Пандора улыбнулась и добавила:

– Она совсем как наш папа. Никогда ничего не выбрасывает.

Бен, второй кузен Мэган, с улыбкой попросил мать:

– Расскажи еще раз, что собирала Лорелея, когда была ребенком.

Пандора нахмурилась, а потом улыбнулась:

– Осенние листочки. Кольца для открывания банок. Бирки от новой одежды. Корешки от билетов в кино. Серебристую фольгу из пачек маминых сигарет.

– И волосы! – радостно воскликнул Бен. – Не забывай про волосы!

– Да, – согласилась Пандора. – В нашей семье время от времени кто-то стригся, и Лорелея просила не выбрасывать волосы. У нее под кроватью хранилась сумка, набитая волосами. Надо сказать, это было ужасно.

Взрослые и подростки смеялись, а Мэган с любопытством смотрела на них. Они говорили об этом и раньше, точнее, всякий раз, когда собирались вместе, но каждый раз, когда девочка слышала, как и что они говорили о ее маме, это звучало по-разному. Чем старше она становилась, тем находила эти байки менее забавными, даже, скорее, странными. Потому что сейчас ей было столько же лет, сколько было и ее маме, когда она собирала все эти странные детские коллекции. Мэган совершенно не могла себе представить, что сама может собирать старые волосы, для нее это было сродни тому, чтобы просить разрешения пойти в школу в субботу.

– Это вы надо мной смеетесь? – добродушно поинтересовалась ее мать, вернувшись из гаража.

– Нет-нет! Что ты! Какой смех! – воскликнул Бен. – Совсем нет. Мы просто по-доброму вспоминали тебя.

– Гм, – буркнула Лорелея, вытирая влажные руки о свою длинную джинсовую юбку. – Меня терзают смутные сомнения, что это далеко от истины. – Потом она подняла руки вверх, демонстрируя небритые подмышки с пышными каштановыми кудрями, и заявила: – Посмотрите на небо. Просто взгляните на него. На его синеву. У меня возникает желание зачерпнуть оттуда горсть и положить себе в карман.

В этот момент Мэган заметила, какое выражение промелькнуло на лице отца. Смесь любви и беспокойства. Словно он жаждал сказать что-то такое, что страшно произнести.

Мэган продолжила наблюдать; взгляд отца быстро смягчился, он улыбнулся и сказал:

– Представься моей жене такая возможность, ее карманы были бы наполнены кусочками всего, что существует в этом мире.

– О да, – просияла Лорелея. – Именно так и было бы. Они были бы забиты целиком и полностью.

Пандора принесла пирожные в форме бабочек, украшенные взбитыми сливками и крошечными цыплятками, их она приготовила сама.

Лорелея подала их в саду вместе с чаем, дымящимся в котелке, булочками и сливками. Кроме этого, на столе было много пиммса и земляника в пластиковой миске. Близнецы босиком носились к шлангу и обратно, чтобы наполнять водой свои водяные пистолеты, из которых поливали друг друга, несмотря на бесчисленные нагоняи. Том и Бен ретировались в глубь сада покурить в гамаке и поделиться мужскими шутками. Мэган и Бетан сидели рядышком, прислушиваясь к разговорам взрослых.

Когда сама Мэган выросла и во время послеобеденных посиделок ее спрашивали о детстве, ей всегда хотелось сказать: «Мое детство было совершенным».

И оно действительно было таким. Совершенным.

Они жили в доме цвета мёда, уютно примостившемся напротив пешеходной дорожки, которую обычно изображали на художественных открытках с видами Котсуолда; далее вдоль нее на три четверти акра тянулись не слишком ухоженные сады. Их мать звали Лорелеей. Она была красивой женщиной-хиппи с длинными спутанными волосами и искрящимися зелеными глазами, обращавшаяся со своими детьми, как с драгоценными камнями. Их отцом был милый долговязый человек по имени Колин, который всю жизнь выглядел как подросток, с небрежно уложенными волосами и очками в круглой оправе. Все они посещали местную школу, по вечерам собирались вместе за ужином, чтобы отведать блюда, приготовленные матерью. Их семья была теплой и дружной; им хватало денег, чтобы устраивать для близких вечеринки, периодически покупать детские бассейны; но все же средств было недостаточно, чтобы путешествовать за границу, да это и не имело значения, потому что они жили в раю. И даже будучи ребенком, Мэган понимала, что это рай. Потому что, оглядываясь на прошлое, ее мать всегда говорила об этом. Лорелея всегда жила одним днем. И старалась оживить каждый момент. Никто в семье Мэган не позволял себе забывать, как им повезло. Даже на секунду.

Именно в тот момент над солнцем проплыло облако, Лорелея рассмеялась и, указав на него, воскликнула:

– Посмотрите! Вы только посмотрите на это облако! Разве оно не замечательное? Оно в точности похоже на слона!

Небо было темным от туч, и где-то вдалеке уже слышались раскаты грома. Брусчатка улиц Йорка все еще была серой от дождя, и крупные капли воды красовались на листьях и цветах. Из-за облаков виднелась полоска синевы, а на горизонте уже едва проглядывала радуга. Лорелея, босая, закутанная в длинный разноцветный шерстяной кардиган, стояла возле двери на кухню. Ее длинные, до пояса, волосы переплетались, удерживаемые тремя большими черепаховыми гребнями.

– Смотри, Мэгги, – сказала она, выглянув из-за двери. – Смотри, радуга! Быстрее!

Мэг оторвала взгляд от лежавшего на столе текста и бодро улыбнулась.

– Сейчас, минутку, – откликнулась она.

– Нет! – крикнула мать. – Через минуту она исчезнет. Подойди сейчас!

Мэг тяжело вздохнула и положила ручку на блокнот.

– Хорошо.

Она вышла на улицу к матери, чувствуя сырость даже сквозь меховые тапочки.

– Бет! – крикнула мать в направлении кухни. – Мальчики! Давайте скорее!

– Они смотрят телик, – сказала Мэг. – Вряд ли они слышат тебя.

– Позовешь их, милая?

– Они не придут.

– Ну конечно придут. Быстрее, дорогая, позови их.

Мэг знала, что спорить бесполезно. Она снова вздохнула и направилась в гостиную. Двое ее братьев и сестра сидели на диване вместе с дремлющей между ними собакой. Они смотрели «Субботний супермаркет» [7] и жевали морковные палочки.

– Мама сказала, что там радуга, – покорно произнесла она. – Она хочет, чтобы вы взглянули.