Шрифт:
Глава 1
Циперон задумчиво взглянул на бумаги.
Что делать со сведениями, которые он добыл, инквизитор совершенно не представлял. Дело было не в том, что в них сообщалось что-то по-настоящему важное. Они приоткрывали политическую сторону жизни ордена и всей светлой знати. А политика – это всегда грязь. Этот урок Циперон запомнил давно.
– Нет, – покачал головой инквизитор. – В это я не полезу.
Он сгреб бумаги со стола и вышел из своего небольшого кабинета в коридор.
Несмотря на то, что по статусу и заслугам, он мог претендовать на кабинет, не уступающий главе инквизиции, Циперон предпочитал свою маленькую уютную каморку, где умещался всего один шкаф, стол и пара стульев.
– Господин Эко? – постучался в дверь главы инквизиции Циперон.
– Входи, – ответили с той стороны.
Инквизитор вошел в кабинет и получил уже привычное приглашение садиться за стол, где уже стоял слегка подостывший чайник и пара пустых чашек.
– Все хотел тебя позвать, но что-то опять застрял с бумагами, – пожаловался седовласый мужчина и встал из-за стола. – Я слышал, что у твоих людей получилось влезть в переписку определенных лиц из ордена?
– Да, господин Эко, – кивнул Циперон. – Все, что удалось узнать, у меня в руках.
– Вот как? – вскинул брови старик, усаживаясь рядом с подчиненным в кресло. – И я вижу, что тебя что-то смущает?
– Да. Я далек от политики и всегда больше тяготел к решению конкретных задач во благо ордена, – кивнул инквизитор. – Но сейчас… Я многого не понимаю.
– Понимаю. Рано или поздно любой хороший инквизитор сталкивается с проблемой, которую нельзя решить обычными методами. Эта проблема называется “политика”. Думаю, пришло время тебе кое-что узнать и понять. Возможно, после этого ты разочаруешься в ордене, как в организации, но поверь мне. Все это во благо.
– Вы о “Ехидстве бездны”?
– О нем, – кивнул мужчина и налил в чашки чая. – Несмотря на то, что эта сущность темная и творит жуткие вещи, она очень полезна для ордена.
– Как это чудовище может быть полезно?
– Все дело в людской натуре, – вздохнул старик. – Орден существует давно, и уже давно выработаны способы избавления от лишних элементов.
– О каких элементах вы говорите?
– Я о фанатиках, – произнес старик, но, заметив, как изменилось лицо подчиненного, тут же поднял руку. – Дай мне договорить.
Старик откинулся в кресле и пригубил чая.
– Дело в том, что в ордене всегда присутствовала каста людей, которая добивалась власти. Эти люди были категорически против любого проявления тьмы и стремились ее уничтожить любым способом. Ты ведь должен помнить эпоху “Охоты на ведьм”. Стремление спасти Империю подменили стремлением уничтожить всё, что относится к тьме.
– Без тьмы ты никогда не поймешь, где свет, – кивнул Циперон.
– Самое важная фраза в манифесте Карла “Лучезарного”, – кивнул старик. – Это было время, когда к власти в ордене пришли эти самые фанатики. Да, они жертвовали всем, жгли свой дар и готовы были пожертвовать своими жизнями, но им невозможно было объяснить, что темные превращались в чудовищ, потому что мы их такими сделали. Это мы ставили их в условия, когда им приходилось бежать, прятаться и пытаться выжить. Любыми способами.
– Я это понимаю, – кивнул инквизитор.
– Тогда ты должен понимать, что наличие этих фанатиков – неизбежность. Мы можем их отсеивать, отстранять от работы, но тогда они сами собьются в стаю и обоснуют свою секту-орден. Таких проще контролировать, когда они рядом.
– Но причем тут Ехидство бездны?
– При том, что он замечательно подходит для того, чтобы перевести внимание этих фанатиков на себя.
– Получается, все эти документы, что попали ко мне…
– Вполне рядовая ситуация. Раз в пятьдесят лет, после очередной выходки, мы вычисляем, где находится эта тварь, и отправляем туда всех фанатиков.
– И они каждый раз гибнут?
– Гибнут за правое дело, но иногда им удается убить тело Ехидства бездны.
– Но оно возрождается в другом?
– Да, причем прошлые приемы против него уже не действуют, – кивнул Эко. – В любом случае – это отличный способ убрать фанатиков, которые совершенно не способны к диалогу. Лет на пятьдесят-сто это принесет стабильность. Орден и дальше будет развиваться.
– Но как же… как же заветы Лучезарного и…
– Ты в курсе, что в тайной руке ордена вполне сносно живут некроманты? Да, их всего двое, но они прекрасно существуют и служат ордену?
– Нет, я… я считал, что в Империи их не осталось.
– А они есть и помогают нам в меру своих сил.
– Но тогда почему в последнем деле они не работали? Почему мы вышли в тупик?
– Потому что это было дело для тебя, – произнес старик, заглядывая в глаза подчиненному. – Я хотел всей душой, чтобы в этом деле разобрался именно ты и получил для себя новый урок. Чтобы ты увидел то, что происходит за границами нашей Империи. Мне нужен был отличный инквизитор, опытный и чуткий, способный разобраться в сложных делах. Если бы мне нужен был результат, я непременно воспользовался услугами тайной руки ордена.
– Следователи императора. Сколько их погибло?
– Ровно столько, чтобы Тивтон “Последний запах” мог понять, насколько его следователи беспомощны против опытного мага.
– Получается, – вскинул брови Циперон, – всё это дело, всё последствия, всё это… было использовано вами и отделом имперского сыска как проверка?
– Проверка и повод погладить против шерсти своих подчиненных. Нам нужен повод для того, чтобы отправить фанатиков на верную смерть. Сыску нужен повод для ужесточения отбора на службу и дополнительного обучения своих кадров. Им нужно повысить финансирование, а обосновать новые финансовые вливания им просто нечем.
Циперон нахмурился и опустил плечи.
– Я думал, что…
– Ты все сделал правильно. Ты поступил мудро и не поддался панике, страху и предрассудкам. Но твоё смятение я понимаю, – кивнул старик, снова пригубив чаю. – Это жутко противно – быть разменной монетой.
– Почему вы решили мне рассказать о настоящем положении дел? – не поднимая взгляда от чашки чая, к которой тот не притронулся, произнес Циперон. – Это ведь вы сделали так, чтобы ко мне попали документы о новом походе против Ехидства бездны? Это была очередная проверка?