Хобо
Шрифт:
— Конечно, по-ня-л, — пробормотал хобо, вылезая из злополучного «Мерседеса».
Стоило ему только встать на землю, оглушительный удар, пришедшийся в переносицу, едва не лишил его чувств. Ноги подкосились, но… Хриплый все же устоял…
— На капот! — прокричал рассвирепевший Сталлоне-Рэмбо, держа пистолет перед собой.
Хобо, чувствуя легкое головокружение, лег рядом с Сэмом.
— У кого тачку стырили?
Дрифтеры промолчали, прекрасно понимая, что любой ответ мог стоить им жизни. Что на уме у едва продравшего глаза копа одному только богу известно. Да и не всегда, только временами, и то… только под настроение.
— «Саманта», — прохрипел коп в микрофон рации, пристегнутой к груди, — это «Джуллиан»…
После непродолжительного шума и скрежета послышался ответ:
— «Саманта» слушает. Что у тебя?
— Задержан черный «Мерседес», номер BEA 13 TCH. Проверь на угон. Как слышишь, «Саманта»?
— «Джуллиан», слышу хорошо. Одну минуту…
Коп, опустив руку с пистолетом, осторожно обошел «глазастого» со стороны капота.
— Куда намылились, хобо? — спросил он с презрением.
Хриплый поднял глаза и тут же увидел дядю Сэма, ошалело взирающего на копа. Он смотрел на него, ни жив, ни мертв — едва дыша. Даже на капоте от его дыхания появилось мутное пятно.
— Мы… — начал Хриплый, — никуда вроде и не направлялись, сэр.
— Ты еще поговори мне! Скажи, что и «Мерс» вы ни у кого не тырили. Да?..
— Э-э…
Хриплый договорить не успел, ибо из динамика донеслось:
— «Джуллиан», машина в угоне не числится.
— Не понял?!..
— Чистая, «Джуллиан», машина.
Коп снял фуражку и вытер пот. Как такое могло быть: на четырехколесной безделушке стоимостью десятка полтора зеленых едут хобо, уж точно не являющиеся ее хозяевами? А машину, тем не менее, никто в угон не подавал. Бред какой-то…
— «Саманта», понял. До связи!
— До связи, «Джуллиан»!
Коп, отключив рацию, вплотную приблизился к хобо, лежащим на капоте.
— Повторяю, права есть?
Хриплый не успел ничего ответить, так как поднявшийся с капота Сэм, прошептал:
— Прав у нас нет. Всего остального, вроде паспортов и прочего, собственно, тоже.
Вот кретин, едва не закричал Хриплый, видя выпрямившегося во весь рост Сэма. Ночная встреча с бандитами на пустыре его так ничему и не научила. Членоголов хренов!
— Вы же должны понимать, — продолжал хобо, направляясь прямиком к копу, — что документами для людей, лишенных всего на свете, могут быть только их души…
«О-ой, ду-ра-к — Хриплый, разрываясь от мыслей, уже начал царапать ногтями капот „Мерса“, — „усы, лапы и хвост — вот мои документы!“… Тьфу. Идиот идиотом!»
— Заткнись, — коп, не выдержав, снял пистолет с предохранителя и направил его на дядю Сэма, — еще шаг, и в твоей башке появится дырка.
Он занес руку над Сэмом, и у последнего через мгновение потемнело в глазах…
Сэм, открыв глаза, увидел сидящего на корточках у капота Хриплого, который внимательно рассматривал визитку.
— Пришел в себя? — спросил хобо, вставая.
Тот кивнул. У него почему-то сильно болела голова.
— Что произошло?
Хриплый, оторвав взгляд от визитки, буркнул:
— Коп ударил тебя пистолетом в висок. Посмотри, наверное, еще кровь не успела высохнуть.
Дядя Сэм дотронулся рукой до виска. Точно, кровь еще не свернулась — от виска к шее и далее под воротник тянулась липкая кровавая ниточка.
— А где?..
— Этот идиот, ты хотел спросить?
— Да, — Сэм, нащупав дрожащей рукой палку, смог, наконец-то, подняться, — он самый.
— Сли-ня-ял, как миленький, — ответил Хриплый, протягивая визитку еще не успевшему придти в себя Сэму, — видел бы ты, как он вприпрыжку помчался к своему «Форду». Я, конечно, все понимаю, но такого отродясь не видел. У тебя выпала из рук эта фиговина, — визитка с загадочной надписью «СБГБ» уже оказалась в руках у дяди Сэма, — ну, и коп не был бы настоящим копом, если бы не поднял ее. Что случилось потом, даже трудно рассказывать… Он быстро заморгал глазами, вытянулся по струнке и, отдав мне и тебе, валяющемуся у его ног без сознания, честь, побежал, спотыкаясь к машине. Через минуту его уже и след простыл.
Сэм, ничего не понимая, еще раз прочел надпись: «СБГБ». Что могли означать эти буквы, он даже не представлял.
— Я думаю, — продолжил Хриплый, — вернее, у меня сложилось впечатление, что странное поведение копа было вызвано…
Он показал на визитку.
— Визиткой?.. — спросил хобо, прищурив оба глаза.
— Да. Коп странно повел себя только после того, как прочел эту чертову надпись.
— Не может быть.
— Я и сам не верю в это, тем не менее… Одним словом, я все видел вот этими самыми, — Хриплый показал на свои глаза, — понимаешь, э-т-и-м-и самыми глазами. И еще… только не падай. Иди… иди сюда скорее!
В багажнике ничего не было, кроме кейса цвета полированной стали. Хриплый, озираясь по сторонам, достал его, тут же коснувшись рукой к замка. Дядя Сэм остановил Хриплого со словами:
— Давай лучше откроем его в машине. По крайней мере, мы успеем удрать, ежели что…
Они так и поступили. Хриплый положил кейс себе на колени и включил свет.
— Открываем?
— А если, — мрачно сказал Сэм, — в нем бомба…
— Тю-ю, — с уст Хриплого слетела усмешка, — разве бандиты носились бы бомбой, как курица с яйцом?
— Хорошо… Пусть не бомба, но… А вдруг в кейсе лежат деньги, похищенные из какого-нибудь банка? Ты о таком раскладе думал?.. Какой срок полагается за кражу денег?
— Даже если деньги краденные, мы же не станем их бросать посреди дороги.
— И все же.
— Все же, — отрезал Хриплый, — себе дороже. Открываем…
Он замолчал, коснувшись руками заветных замков. Не прошло и пары секунд, как послышались щелчки, подсказавшие дяде Сэму и Хриплому то, что тайна кейса цвета полированной стали, вот-вот будет разгадана.