Хетты
Шрифт:
За несколькими исключениями, эти законы изложены в форме гипотетических случаев, сопровождающихся указанием надлежащего судебного решения, наподобие того, как это сделано в кодексе Хаммурапи и в других древних сводах законов. Многие из хеттских законов, судя по их своеобразию и включению в них не относящихся к делу подробностей, явно базирующихся на судебных прецедентах, и можно почти не сомневаться, что большая часть кодекса имеет подобное же происхождение. Одна из статей даже содержит прямое описание реального дела, представленного на суд царю. Поэтому между теорией и практикой не могло быть сколько — нибудь серьезных расхождений, хотя, как мы уже видели, законы в разных частях страны могли несколько различаться.
Статьи, устанавливающие цены на продукты и на размеры жалованья, требуют особого рассмотрения. Трудно поверить, что эти предписания были действительны повсеместно. Цены на продукты меняются в зависимости от спроса и предложения, и управление ценами потребовало бы бюрократической организации, существование которой в те времена было немыслимо. Подобные же предписания, содержащиеся в кодексе Хаммурапи, также не согласуются с фактами, известными нам из договоров. Возможно, что цены указывались как максимальные, не подлежащие превышению; однако, взятые как некое приближение, они дают нам довольно точную картину экономических условий в стране.
Итак, мы заключаем, что большинство этих законов составлено, исходя из постановлений судов. Что же нам известно о самих судах?
2. Суды
Надо признать, что наши сведения о хеттских судах первой инстанции и судах царских чиновников очень скудны. Это связано в первую очередь с отсутствием документов, касающихся частных лиц.
Споры в первой инстанции улаживались старейшинами, которые, как мы уже говорили, составляли правящий совет почти во всех городах страны. Они упомянуты в кодексе всего один раз, как те, кто решает вопрос о принадлежности заблудшего скота. Они были народным трибуналом — органом народа — и в этом качестве связаны с государством лишь косвенным образом.
Представителем государства в судебных делах был обычно один из царских офицеров, например начальник гарнизона; его обязанности подробно изложены в сравнительно хорошо сохранившемся документе. Приведем некоторые извлечения из этих инструкций:
Вернувшись в город, какой бы это ни был, созови всех жителей города. У кого бы ни был иск, вынеси решение и удовлетвори его. Если раб человека, или служанка человека, или женщина, потерпевшая утрату, имеет иск, вынеси решение и удовлетвори их.
Не делай правое дело неправым, а неправое дело правым. Поступай справедливо.
Офицеру вменялось при исполнении своих обязанностей сотрудничать с местными властями, что видно из следующего отрывка:
Начальник гарнизона, градоначальник и старейшины должны вершить суд по справедливости, и народ будет обращаться к ним.
Другой отрывок из того же текста показывает, какое положение занимал царь в качестве высшего арбитра:
Если кто-нибудь обращается с таким делом, решение которого уже предусмотрено в табличке, то начальник должен вынести честное решение и удовлетворить истца. Но если дело слишком сложное, то начальник должен направить его царю.
Царское решение требовалось, по-видимому, по делам о колдовстве и во всех случаях, в которых речь могла идти о смертной казни. Кража древесины более чем на два таланта также подпадала под юрисдикцию царя.
Авторитет судов поддерживался угрозой ужаснейших наказаний тому, кто нарушит законное решение суда:
Если кто-нибудь воспротивится приговору царя, то дом его должен быть уничтожен ( возможно, что слово «дом» должно быть переведено как «дом, семья и все хозяйство» и вся фраза может иметь в виду такое наказание, которое постигло Ахана в кн. Иисуса Навина (VII. 16–26)).
Если кто-нибудь воспротивится приговору сановника ему должно отрубить голову.
«Сановником», по-видимому, титуловался всякий, кто был представителем царя.
Примечательной чертой хеттской судебной процедуры была необыкновенная тщательность в установлении точных фактов. У нас имеются чрезвычайно подробные протоколы следственных судов по делам о казнокрадстве и халатности; они уникальны в литературе восточных народов и звучат очень современно. Наиболее сохранившийся текст этого типа начинается так:
Касательно хранилищ, которые [царица] доверила человеку по имени «Велик — бог — Грозы», сыну Уккуры, главного над десятью, — а именно [колесницы], бронзовые и медные орудия, одежды и ткани, луки, стрелы, щиты, [палицы], штатские пленники (!), быки, овцы, лошади и мулы — запасы, которые он выдавал кому угодно без скрепления печати и не имел ни дусдуми, ни лалами (два слова неизвестного значения). И царица сказала: «Пусть «золотые пажи», и постельничие, и «Велик — бог — Грозы», и (?) Уккура, главный над десятью, идут в храм Лельвани и принесут торжественные клятвы».
Слушание дела открывается данными под присягой показаниями отца обвиняемого и других свидетелей; показания занимают в целом девяносто пять строк. Затем допрашивают обвиняемого по имени «Велик — бог — Грозы».
Так сказал Мапува: «Ты дал пару мулов Хиларицци» Велик — бог — Грозы ответил: «Мулы принадлежат Хиларицци; я брал их и вернул целыми и здоровыми» (?).
Так сказал Марува: «Ты дал мулов Пиха…» Велик — бог — Грозы ответил: «Эти мулы были не из стойла».
Так сказал Яррацалма, «золотой паж»: «Цуваппи подал коня и получил один талант бронзы». Велик — бог — Грозы ответил: «Он сказал мне, что конь пал».
После показаний, данных другими свидетелями, текст обрывается; вероятно, продолжение его было на второй табличке. Без сомнения, приведенное дело относилось к числу исключительных, как связанное с делами царского двора. Но текст иллюстрирует дух тщательности и беспристрастия, который, наверное, может считаться типичным для хеттской администрации в целом.
3. Возмездие и возмещение ущерба
В первобытном обществе наказание есть синоним возмездия, а между гражданскими и уголовными правонарушениями различие установить невозможно. Потерпевшая сторона старается отомстить обидчику, как только может, а если пострадавший умер, месть становится обязанностью родственников, и это порождает кровную вражду. Дело, однако, может быть улажено выплатой денег, если стороны согласны на это; такая выплата называется «компромиссным соглашением».