Чтение онлайн

Как и сказал Мишка, вторые ворота раза в два ниже, явно служебные, на стене и внизу ровно такая же охрана, что и у главных ворот.

Дорога от задних ворот медленно-медленно спускалась с уклона, а по сторонам от нее росли деревца. Сначала робко, низко и редко, и в нескольких километрах на запад деревья смелели, наглели, росли все гуще и выше. Пока не вливались в темно-синий сказочной красоты лес. И не было впечатления, что город наступает, что деревья рубятся, а щепа летит. Скорее наоборот — это лес наступал на замок. Над лесом как раз нависла багровая Эос, и казалось, что это она толкает лес вперед. Жаль, не положено больше напитка. Деревья стоят так плотно, что даже за километры кажется, что там непроходимые чащи и темень.

Вторую часть пути ребята прошли “трезвыми”, поэтому мальчикам казалось, что следует дождаться ночи, и можно атаковать в любом месте стены, что было бы наивно и ошибочно.

“Я уже у вторых ворот.” — отчиталась Дашка. Она вслушивалась в каждый разговор.

“Наташа, твой выход, дорогая! Городские ворота.” — обратился Котя.

“Будет сделано.”

Котя с Наташей зашли за какой-то кузнечный цех. Мало ли, приспичило! Оттуда Котя выходил уже сам, манерно запахивая балахон, под которым он спрятал лишнюю флягу, а в небе незаметно порхал невзрачный мотылек. Неизвестно, была ли ранее на Тее моль, но теперь точно была, хотя бы одна.

“Сколько вышло шагов, если не забыли считать?” — обратился ко всем Котя.

“Где-то полторы тысячи.” — снял у себя с языка Миша. Девушки называли цифры немного побольше, но это нормально, так как женский шаг гораздо уже.

Котя прикинул. Выходило метров триста в поперечнике. Плюс десять башен и два входа. По башне на каждые восемьдесят метров. Четыре арбалетчика на каждую башню и по семь лучников между ними. И все это время нападающие будут на ка ладони у охраны с высоты метров пятнадцати.

“Над воротами не меньше десятка сверху.” — напомнила Даша.

“Сто сорок четыре наверху и по двадцать на земле у каждых ворот.” — Маша чаще вех по работе сталкивалась с цифрами.

Они должны сменятся раза четыре в сутки. Можно считать, что их там больше тысячи бойцов и еще должен быть персонал. Туго набита калоша! Но если смен всего две, то все выглядит гораздо проще.

Маша и Даша пугались того, что наверняка там имелось оружие покрепче магических стрел и копий, а Маша попыталась их успокоить, что они пока только наблюдают.

“Миша и Маша, давайте ко мне, будем возвращаться, жду вас за конюшней, видите, перед ней телега на боку?” — Котя собрал ребят и открыл портал в свой номер. Но перед этим он сделал тайник. В него вложил Наташкину настойку и рассказал о нем Дашке.

Они втроем сидели в номере, а Даша с Наташей отчитывались об одних пьяных разговорах, в которых на девяносто процентов одни бабы, а на десять еда и выпивка.

Даша околачивалась у каждой компании перед воротами, пока ее терпение не закончилось. Она увидела показавшийся на дороге у леса экипаж, запряженный одной лошадью, и пока он подымался, Даша посетила тайник с припрятанной дозой настойки камалии, затем она вместе с телегой просочилась внутрь.

Больше самого разговора Императора с чопорным посетителем ее поразило белое сияние кольца. Оно просто слепило. Машка ничего не говорила про белый цвет магии. Кольцо напитывало Императора до такой степени, что он весь светился красным, а излишки сияния кольца струились вокруг, везде за Императором следовал затухающий шлейф и растворялся в стенах замка.

Не прошло и двух часов, как девочки вернулись.

Наташа была расстроена. Через центральные ворота выезжали повозки, груженые оружием и вещами, следом выходили кавалеристы или же пехота небольшими группами — это гвардейцы направлялись в разные части города, стража. Иногда сновали чиновники со свертками или налегке. Под вечер городская стража возвращалась назад уставшей походкой и навеселе — с дисциплиной было не очень, или же в пьянстве после службы не было ничего незаконного.

У задних ворот было потише, единственным движением стал приехавший из леса экипаж. Как оказалось, не зря Даша за ним проследовала в периметр. В экипаже прибыл главный евнух его Императорского Высочества за вечерним заказом. К нему вышел сам Император, и они долго рассматривали подшивку небольших картинок.

После описания кольца у Коти случилась нервная горячка. Его глаза пылали азартом, в них ожили чертики, а во рту пересохло.

— У меня одного созревает план? — спросил Котя, — Дашка, Дашуля, Дашулечка, — он в шутку встал на колени.

— Через мой труп! — выступил Мишка.

Девушки, в том числе и с Дашей принялись уламывать его, поясняя, что в случае чего, Даша просто смоется в ближайшую дыру, а они все прибегут на выручку и, если будет надо, камня на камне не оставят от замка, и что сама Даша в состоянии за себя постоять и уж выкорчевать что надо сможет точно. Главное — проникнуть без подозрений.

Мишку с горем пополам уломали.

Помимо дворца императора за крепостной стеной имелось еще одно здание, это были казармы с конюшнями. Сами конюшни интереса для операции не представляли,

Но в случае тревоги нужно было придумать, как заблокировать казарменный вход. Наташка это взяла на себя.

Предварительно план был готов: Даша будет в образе ночной жрицы, Наташка лошадью, Котя кучером. Машка старой бабкой должна будет пристать к охране, а Мишке нужно раздобыть форму гвардейца и вступиться за бабулю, отвлекая на себя внимание.

Если у троих внутри все сложится, то Ведьма с Забойщиком не понадобятся, разве что для организации выхода. Ну а если не сложится, тогда штурм и помоги им Григорий и Святослав.

Кто не любит шлюх? Однозначно девушки. И уж определенно ревнивые. А ревнивая у нас сегодня кто? Правильно — Дашка. И не напрасно!

Императорскую шлюху везли скромно. В карете и усаженную в подарочную упаковку. Что-то в роде паранджи, только из алого тюля, а на голове проволочный каркас с полами шире плеч для придания формы конструкции. А под этим…

Скрип кареты со шлюхой послышался метров за двести. Котя как раз закончил рубить дерево, и то благополучно валялось поперек дороги. Ну почти. Поперек было бы слишком подозрительно. Просто упало, пройти можно, а проехать только одним колесом. Но одним колесом не считается. Дерево было выбрано специально не слишком большое, а оттого не слишком тяжелое. Как раз кучеру попотеть пять минут.