Чтение онлайн

По другую сторону от статуй были витражи из темного непрозрачного стекла различных оттенков. Окна с витражами оказались просто огромные: от самого пола и почти под крышу. Они готическими стрелами зауживались кверху. Сюжет витражей изображал батальные сцены. На двух крайних окнах были поединки на мечах и копьях, а на двух внутренних — явно магические сценки. По центру, где могло расположиться еще одно окно, возле прохода, из которого все вошли, находилась гигантская скульптура шара. Рисунок прожилок на красном мраморе был подобран так однозначно, что ни у кого не возникло сомнения — это местная луна.

Все четверо подошли и прикоснулись к отполированному шару. Его форма и размер манили и звали.

— Ушел, гаденыш!

В проходе стояла рысь с огромной крысой в зубах. У кого-то уже был завтрак.

— В подвал, гадость такая, шмыгнула! — договаривала человеческая Наташка, как раз заглатывая некрасивый неаппетитный голый крысиный хвостик

— Не ходила бы ты туда сама, подруженька, — отчитывала ее приземлившаяся ведьма, — вон, весь бок стерла!

Наташка только сейчас заметила, что справа все покраснело и сочится.

— А нечего ноги свои растопыривать! — Наташка погрозила Коте кулачком.

— Иди ко мне, я тебе поправлю. — Машка уже обнимала подругу и водила рукой по облупленному боку. Без сомнения, она могла поправить все и так, но больно уж влек ее животный магнетизм.

Мишка в своем великанском обличии перетаптывался с ноги на ногу, Даша, почувствовав неловкость, приобняла того за ногу — помогло.

Все смотрели на заживающие кошачьи ссадины.

— А у нас тут скульптуры, что думаешь? — Котя махнул подбородком в сторону статуй. Вихляя, Наташка шла вдоль ниш с воинами, простирала к ним свои тоненькие изящные ручки и поглаживала чуть ли не каждую складочку на изваяниях.

— Однако…

Она не спеша присматривалась, задерживаясь у каждой ниши.

— Достойно Лувра, смотрите, как тонко сделано вот тут и тут. Сохранились отлично. Машка, что скажешь, ручная работа?

Ведьма утвердительно кивнула.

— Все, кроме этого!

— А это что вообще такое? Горный хрусталь? Пластик?

— Энергия. В твердом состоянии.

Машка положила две руки на пирамиду.

— Присоединяйтесь! Это нечто батарейки, скрещенной с котом!

Они обступили и навалились толпой на тускло-прозрачную пирамиду с голограммой огня внутри. Но голограммой это могло быть на Земле. А здесь это волшебное пламя, залитое затвердевшей энергией. От него исходило магическое тепло, наполнявшее саму их сущность, как сверхсуществ. Обычному человеку просто сделалось бы возле пирамиды уютно и комфортно. Знаете, как бывает, идешь по скверу, или по аллее, и вдруг понимаешь, что только на этой лавке нужно присесть? Или, когда в булошной на тебя смотрит именно тот батон, второй снизу. И ты говоришь продавщице: “Нет-нет, ниже… да, спасибо, его мне надо!”

Наташка навалилась на пирамиду всем телом и влипла: — Оставьте меня тут!

На лице ее застыло блаженство.

— Вот что за тепло отражалось от каменной луны напротив. За столько времени этот камень сумел напитаться излишками магии.

Вдоль всего зала прямо по центру шел длинный каменный стол, он был единым целым с полом. А вот стулья оказались деревянными. Они были накиданы кучей в том конце зала, что находился прямо над волшебной кладовой, где и валялся один такой же, только покалеченный.

Мишка и Котя пошли к горе стульев и начали разбирать завал. Минут через пятнадцать все стулья были расставлены вдоль стола. Все еще пыльные, но раритетные и основательные. Зал преобразился. Хотелось захлопать в ладоши и закричать: “А теперь дичь!”

Ребята отлепили негодующую Наташку от пирамиды и потащили вниз по лестнице.

— Ты тут уже была, веди!

Проходя мимо своего этажа, они нос к носу столкнулись с образовавшейся толпой.

— Попрошу всех разойтись. Не видите? Мы еще заняты. — Котя попытался утихомирить посетителей. Те жестикулировали, трясли корзинками, сумками, пакетами, они перекрикивали один другого.

— Ладно, иди, мы уж тут сами как-нибудь. — Мишку, как самого мягкого по выдержке, толпа сломила, и он дружески положил Коте руку на плечо. — Давай, а потом мы с тобой сделаем вылазку, если захочешь. Я обещаю!

Котю схватил десяток рук и добрые люди уволокли его заниматься прямыми обязанностями.

На этот раз впереди шла Наташка, она включила свои хищные кошачьи глаза и вышла вперед, чтобы яркие палки-фонари не засвечивали ей обзор. Она частенько шмыгала носом. Но не от холода — принюхивалась.

— Оно тут пробегало. Интересный запах. Наверное, вкусное! — и она продолжала шлепать босыми ступнями по каменным ступеням.

Четверо отважных и осторожных разведчиков крались в глубины тайн замка.

Ниже этажом оказалась кухня, кладовая и большая комната с двухъярусными кроватями. Повара и прислуга когда-то давно здесь жили как в казарме.

Порядка никакого. Сваленные в кучу стулья — это еще ого-го какой порядок. Под ногами звенели металлические миски, черепки битой посуды, ножи, трезубые вилки, черпаки и так далее. Вдоль одной из стен были печи с дымоходами, встроенными в толстые замковые стены. Дальше из стены выходила длинная каменная мойка со сливом в дальнем углу. В кладовой были полки и стоящие на них пустые плетенные корзины, большие пустые стеклянные емкости, бочки, кадки.

Котя заглянул в топку каждой печи. Оттуда тянуло гарью. Никаких сюрпризов.

Еще ниже этажом начинался подвал.

— Я туда как-то не особо хочу идти. — Сказала Машка и вцепилась ребятам в руки.

Мишка сходил сам, Машу оставил на попечении девчат: — стой тут, чуть что — бегите. Машка, закроешь стеной проход.

Ему дали еще одну светящуюся палку.

Мишка вернулся минуты через три.

— Нечего там делать. — грустно заметил он.

Мишка казался задумчивым. Вообще, Мишка с Машкой были вынуждены мириться со своим положением. Каждый раз после перевоплощений они оставались светить задами. А все, что говорит голый человек, воспринимается немного смешно.

— Там клети и казематы. Я проверил каждую из них — никого, пусто. Так что нечего тебе там делать.

— Исходит оттуда что-то такое… — предупредила их Машка.

Лестница вела еще на один пролет вниз. Он оказался последним и закачивался железной дверью, закрытой на несколько засовов.

— Давайте дождемся Котю и откроем ее вместе! — заскулил Мишка.

— Уж нет, если хочешь — возвращайся, а меня не отговоришь.

Наташа напала на засовы.

— Дай-ка я, подруга! — Машка испустила из рук пучок яркого пламени в каждый засов по очереди. После чего Наташа смогла с легкостью все их сдвинуть.