Чтение онлайн

Красивая молодая женщина вплыла в пучок лунных лучей. Лицо ее озарилось доброй улыбкой. Сережка попытался вскочить с кровати, броситься к ней, обнять, прижаться к ее телу, вдохнуть запах матери. Мать жестом остановила его порыв.

— Нельзя, сына!

— Мама, как же так?

— Так получилось, Сереженька. Нет мне жизни без нашего папы. Спели мы свою лебединую песню. А, ты сыночек родной живи и будь счастливым. Встретишь еще в своей жизни свою лебедушку!

— Мама, я не хочу оставаться один.

— Ты не один, и не последний в роду, как думает Ивакин. Есть человек, который примет и отогреет тебя. Старый он, правда, но силушкой его бог не обидел. Поднимет тебя на крыло, а там уж сам. Мы к нему в отпуск с папой и тобой собирались. Запоминай, Хильченков Матвей Кондратьевич, прадед твой. А может даже прапрадед, отец сам толком не разобрался. Путь твой лежит на Кубань-реку, там недалеко от станицы Старолуганской, на одном из притоков реки, его хутор. Сам он там живет. Как нас с папой проводишь, так и езжай к нему.

— Мама, я вырасту, поеду в Афганистан, я отомщу за отца.

— Глупыш, не надо ни за кого мстить. Не держи зла в сердце. Тем более война уже этим годом закончится. Прости, пора мне, тяжко тут находиться. Прощай сыночек, береги себя.

Женщина направилась на выход из спальни сына. Коснувшись дверного косяка, на мгновенье оглянулась.

— Сережка, прикрой кран на кухне, вода течет, твой гость его вечером неплотно закрутил.

— Спасибо вам с папой за все. Я буду всегда любить вас!

Шаги женщины пропали, растворившись в ночи. Сергей поднявшись, прошел на кухню. Из незакрытого крана тонкой струйкой стекала вода.

— Мамочка, я буду всегда любить вас, — прошептал он.

Закрыл плотно кран, прошел к своей кровати, прилег, и тут же отключился в крепком сне. Любовь матери, это великая сила, непознанная ни учеными, ни диктаторами, ни простыми людьми. Она просто есть!

Сам процесс похорон, отложился в памяти у мальчишки смутно. Восковое лицо матери, да закрытый гроб отца, много цветов, и надрывный женский плач.

На следующий день, через ворота КПП Сергея провели к Ивакину. В кабинете находился и майор Карабут, подтянутый лощеный, со слегка лысеющей головой, со скудной планкой юбилейных медалей на груди.

— Входите, молодой человек! — улыбнувшись, предложил он.

Писавший что-то за столом командир части отвлекся.

— Проходи Сережа.

— Товарищ полковник, — официально обратился Сергей. — Я по поводу моей дальнейшей жизни. Разрешите?

— Ну, что ж, давай. Твои предложения?

— Николай Иванович, отправьте меня к деду.

— Это, к какому-такому, деду? Откуда ты его выкопал?

— Ну, не совсем к моему деду. К деду моего отца.

— Та-ак! — рука полковника непроизвольно потянулась к макушке, предстояло поразмыслить над информацией.

— Гражданские власти не пропустят такого усыновления. Прадед-то, небось, стар?

Сверкнув глазами на замполита, парень перешел в наступление.

— Оно конечно проще, перед лицом товарищей говорить одно, а сына погибшего капитана, сдать в детдом. И власти пропустят!

— Но-но, думай что говоришь, и кому говоришь!

Полковник снял с рычагов телефонную трубку.

— Начальника штаба ко мне!

Стоявшему навытяжку седому подполковнику поставил задачу:

— Сейчас забираешь Хильченкова младшего, все у него выясняешь, оформляешь в сопровождение старшего лейтенанта Шкуратова, он сам с Кубани. Обеспечишь проездными документами. Я все подпишу.

— Есть!

— Да-а! Василь Василич, вместе с замполитом, придумайте для мальца комплект документов, на все случаи жизни. Чтоб ни одна гражданская морда на сраной козе объехать не смогла. Уловил? Вась-Вась, ну ты же можешь!

— Сделаем, командир!

— Ну, вот и добре!

Прощание с друзьями не затянулось, Сергею было не до него. Ивакин держал слово. Сутки потребовалось на все нюансы бумажных заморочек. Сопровождающий, в прошлом подчиненный отца, Сашка Шкуратов, подъехал на УАЗе к воротам, теперь уже ставшего чужим подворья, вместе с водителем загрузил в «собачатник» нехитрые пожитки, которых и было-то не так много. Не нажили. А всегда казалось, что всем обеспечены, а лишнее и не нужно. Толпа друзей обступила его со всех сторон. Лица ребят, смурные, расстроенные, слезы из глаз готовы пролиться в любой момент.

— Уезжаешь? — Рольф заглянул в глаза друга.

— Да, не увидимся больше.

— Ну, это жизнь покажет. Вот, — рыжий протянул охотничий нож в кожаном чехле. — Ты же хотел, я знаю. На память, помни, что у тебя есть друг.

— Спасибо!

— Сережка, пора. Нам еще больше сотни километров по степи пилить, да на полустанке на поезд садиться. Поехали.

УАЗ проехав по асфальту поселковой дороги, оставив позади стройные ряды ухоженных домишек, соскочил на проселок и попылил по нему, оставляя шлейф серой пелены позади себя. Сергей не догадывался, что там, позади, оставалось его детство.

Дорога была долгой. Поезд пассажирский, тормозил у каждого столба. Лишь после пересадки в Москве на скорый, за окном проносились просторы необъятной Родины, мелькали невозделанные поля и леса, зеленевшие соснами вперемешку с белыми березами средней полосы России. Не так представлял себе эту дорогу Сергей, когда мечтал с отцом и мамой проделать такой путь. Мысли, черными птицами, набросились на мальчишку. Куда он едет? Примет ли его дед, который может и не знает о своем малолетнем родственнике? Как дальше распорядится жизнь его судьбой?