Чтение онлайн

– Прошу.

Боже, я чувствовала себя какой-то Золушкой, которая попала неожиданно на бал с легкой руки этой черноглазой странной Феи, такой же милой, как и устрашающей, осторожно входя в номер, который оказался просто за гранью фантастики моего скромного представления о классе люкс.

Этот номер был просто огромный! Только все здесь было непривычно светлое….и привычно золотое. Словно какая-то светлая сторона Хана, которая ощущалась в каждой детале, будь то мягкая кашемировая обивка мебели или позолота на изящном ночнике… все совершенно идеальное, словно каждая вещь лежала на своем месте, искусно вплетаясь в общий вид роскоши, богатства, но вместе с тем невероятной утонченной элегантности и стиля.

– Ну же, проходи, – улыбался Хан, полыхая своими глазами, подталкивая меня от дверей и закрывая их за моей напряженной спиной, пока я стояла, осматриваясь большими глазами и продолжая обеими ладонями сжимать ворот его пиджака возле своего подбородка.

Он спустился первым по ступеням, которые уходили вниз, в своего рода холл, в котором стояла изящная мебель, бежевый ковер настолько мягкий, что выглядел словно облако, а еще здесь был самый настоящий камин. С ума сойти!...

Глядя на то, как Хан прошелся по этой части огромного номера, обернувшись ко мне, я понимала, что он здесь был до этого, поэтому вел себя так, как обычно ведут себя люди, оказавшись дома – раскованно, уверенно и очень умиротворенно. Непривычно было видеть его в светлой обстановке, которая словно сглаживала его острые жадные глаза, смотрящие на меня так, словно внутри них затаился зверь, готовый для прыжка.

Понимая, что веду себя снова как школьница, а еще до жути глупо, я все-равно не могла сделать и шага вперед, тяжело сглотнув, когда Хан рванул ко мне, преодолев разделяющее нас расстояние и ступеньки практически в два прыжка, обхватывая своими крепкими горячими руками и откидывая с моих плеч свой пиджак одним резким властным движением, заставляя прогибаться в его руках, обхватывающих сильно, больно и так жадно.

Я лишь успела сделать один судорожный хриплый вдох, прежде чем его ароматные терпкие губы обрушились на меня, словно ураган, завладевая в единый миг, и снося мой бедный еле дышащий мозг, куда-то к берегам Антарктики к пингвинам.

Горячий бархатный язык, не просил – он требовал и повелевал подчиниться ему, отдавая свое дыхание, свой разум, все свои чувства без остатка, теряясь и падая в него, словно в черную дыру, летя в полной невесомости, содрогаясь от его страсти, которая могла буквально раздавить меня. И, я хваталась руками за горячий напряженный торс, чтобы почувствовать опору и понять, что я не лечу в пространстве, а все еще продолжаю стоять на нетвердых ногах, отдавая себя до головокружения, ощущая лишь его аромат, его вкус, его жадность и власть, которая струилась по моим венам, завладевая каждой клеточкой дрожащего тела.

Я не боялась уже даже задохнуться, понимая, что мне не хватает воздуха и готовая дышать только им, когда сквозь искрящее сознание донесся острожный стук в дверь и тело Хана под моими руками недовольно напряглось.

Он не сразу поднял свою голову, продолжая склоняться надо мной с высоты своего роста и, укусив за нижнюю губу, с рыком на своем непонятном языке, наконец отступил назад, кивнув мне на светлый диван и поправляя выпавшие из его идеальной прически прядки черных волос.

– Сядь туда.

Для начала мне нужно было хотя бы не рухнуть растекающейся лужицей прямо на пол к его брошенному пиджаку, пока я, словно Бэмби на трясущихся ногах, пыталась спуститься со ступенек, облизывая с губ его вкус и весьма смутно ощущая мир вокруг.

Так. Три ступеньки. 6 шагов и я была возле дивана, осторожно опускаясь на него, сдвинув колени, и сложив подрагивающие ладони на них, покосившись на Хана, который, как всегда, резко и напористо сделал пару шагов до двери, приоткрывая ее ровно настолько, чтобы увидеть того, кто посмел нас потревожить. Я же не видела никого, пытаясь в тот момент справиться с собственным телом, которое ныло и горело, пульсируя в бедрах и содрогаясь от волн жара, которые поднимались от ступней до самых ушей, заставляя меня мелко содрогаться.

Было слышно лишь приглушенный женский голос, который что-то говорил быстро, учтиво и очень так по-профессиональному отрывисто, но опять не понятно, на что Хан, чуть нахмурившись, просто кивнул, быстро что-то ответив, и закрывая дверь снова.

– Мавиш, мне придется отлучиться на пару часов.

Ловко, быстро и резко спускаясь по ступенькам снова, Хан явно не выглядел довольным, но был сдержан и собран, принявшись еще по дороге расстегивать на себе рубашку и увлекая меня за собой с дивана в следующую комнату этого шикарного номера, которая оказалась не менее шикарной спальней, куда меня привел Хан, усадив на большую кровать и, не задерживаясь, прошествовал в какое-то отдельное помещение, которое, по всей видимости, было гаредоробной.

Не прошло и пары секунд и двух моих отрывистых вздохов, как он снова был рядом, стягивая со своего красивого тела белоснежную рубашку, небрежно бросая рядом со мной очередную идеально выглаженную чистую , в этот раз слегка голубоватого цвета. Вот только я не смогла больше дышать, глядя на тело, которое открылось передо мной во всей красе, завораживая своей гибкостью, своими формами и идеальной золотистой кожей, в которую хотелось уткнуться кончиком носа и больше никогда не дышать ничем другим, кроме его аромата.

Полыхающие черные глаза лукаво и горячо наблюдали за мной сквозь пелену черных длинных ресниц, словно Хан наслаждался тем, что происходило со мной при виде его обнаженного торса, когда мое тело буквально кричало о том, что оно больше не может выносить этих сумасшедших золотых бабочек внизу живота, требуя того, чтобы он дал им свободу….собой. Иначе я лопну. Иначе я сойду с ума, сжимая колени до боли и кусая щеку изнутри, видя, как на губах Хана появилась лукавая, игривая, и такая чертовски обаятельная улыбка, когда мужчина сладко протянул:

– Ты слушаешь меня, мавиш?...

А он еще и что-то говорил? Боже! Мне казалось, что даже мои уши в этот момент стекли в область бедер, вместе со всеми внутренностями, включая сердце, наверное, поэтому там что-то надрывно подрагивало в такт сердцебиению. Пришлось пару раз прокашляться, чтобы просто выдавить:

– …да.

И поморщиться, видя, как изогнулась лукавая резкая бровь, явно забавляясь над моей реакцией и глазами, которые никак не могли оторваться от его изящных длинных пальцев, которые медленно и тщательно застегивали пуговку за пуговкой начиная от ремня и выше….отчего его золотистая грудь была пока еще обнажена.